Полнота
-
- Администратор
- Posts: 215
- Joined: 15 Feb 2016, 20:03
Полнота
Полнота является одним из центральных понятий системы И.И. Шашкова. Полноте посвятил свою статью в "Интегральный журнал №6" В.И. Моисеев ("От теории Полноты к социопротокоду"). Не удержался высказаться на эту тему и я, сотворив "Оду полноте".
-
- Администратор
- Posts: 215
- Joined: 15 Feb 2016, 20:03
Ода полноте
Полнота! Величайшая философская категория. За ней стоит величайшая сущность, несущая величайшую истину.
Какие атрибуты у этой категории? Конечно, бесконечность. Но бесконечность не есть полнота. Бесконечность – тоже величайшая философская категория. Они взаимосвязаны, но не подменяют друг друга. Так же, как и вечность – особая категория и тоже атрибут полноты.
Еще атрибут полноты – всейность. Полнота охватывает всё. Отсюда ее инструментальный атрибут – единство противоположностей. А отсюда другой атрибут – единство рациональности и иррациональности, иначе эту кишащую противоречиями и парадоксами всейность не охватить.
Если верен аристотелевский закон гилеморфизма, что все вещи состоят из формы и материи (содержания), то под этот закон подпадает и полнота. У полноты есть своя форма и свое содержание. Содержание полноты издавна именуется плеромой. А форма? Ее исследованием занимается вся мировая философия от Анаксимандра (апейрон) до И.И. Шашкова и В.И. Моисеева. Главное требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому.
Отдельный, софистического толка вопрос: охватывает ли полнота ложь? «Софистического» – потому, что ответ прост. Поскольку полнота охватывает все сущности, а следовательно, все истины, а следовательно, всё, что есть, то полнота не может охватывать ложь, то есть то, чего нет, просто потому, что его нет. Полнота может охватывать форму выражения лжи: интуицию, образ, высказывание, теорию, потому что эти формы существуют, но не само содержание лжи, которого нет.
Два класса форм полноты: 1) иррационально-экзистенциальный – когда полнота дается личности в виде некоего откровения, предчувствия, самочувствия, экзистенциала, то есть, говоря хайдеггеровским языком, в виде Dasein-состояния, пронзающего всего человека; 2) рационально-логический – когда полнота дается человеку в виде рационального понятия или метафизической категории, развёртываемой в рационально-логических конструкциях.
Обладает ли полнота субстанциальным гипостазированием? Да, однако, интересно, что обладает и как экзистенциал, и как категория. Как экзистенциал она представляет суперсимвол (по А.Ф. Лосеву, миф), а как категория она претендует на суперкатегорию, сверхсущность = сущность для всех сущностей.
В последнем случае единственная нестыковка со всей мировой философией заключается в том, что на такую же роль абсолютного первоначала уже выдвинут ряд вполне определенных сущностей: бытие Парменида; форма форм Аристотеля; Единое Плотина; Бог всей средневековой философии; субстанция Декарта, Спинозы, Лейбница; Абсолют Шеллинга, Гегеля, Вл. Соловьева. Причем Абсолют как раз наделяется такими свойствами, что представляет абсолютный гипостазис, по отношению к которому все остальные (предыдущие) вариации первоначал являются его модами.
При этом что с полнотой? Возможно, вопрос пока открытый. Но если сравнивать с Абсолютом, то фраза «Полнота – мода Абсолюта» выглядит более приемлемой и логичной, чем фраза «Абсолют – мода полноты», ведь тогда какой он Абсолют? Даже у гностика Валентина плерома – это божественная полнота, но не Бог – модус плеромы.
А полнота, если она даже не конкретная мода или модус Абсолюта, то его первейший атрибут. Абсолют охватывает все сущности, все истины, т.е. всю полноту и поэтому сам полон. Некоторые верят, что Абсолют охватывает все вещи, даже материальные, а посему эти материальные вещи тоже входят в полноту. Но это уже зависит от аксиоматических подходов к онто-гносео-логической иерархии регионов мироздания.
В итоге спор о полноте трансформируется в спор аксиоматик. Как, впрочем, любой спор об Абсолюте, его атрибутах, модах и модусах. Отсюда и спор, и варианты решения о месте Абсолюта и полноты (а в пределе – вообще всякой метафизической категории) в СОЦИУМЕ (тема нашего гранта). Как Абсолют, а следовательно, любая метафизическая категория участвуют в социуме, так участвует в нем и полнота.
Есть две крайние точки зрения. Материалисты (исторические материалисты) утверждают, что социум существует по своим материальным (социальным) законам, без участия в нем не то что Бога (Абсолюта), но даже каких-то сущностно целеполагающих усилий человека. Объективные идеалисты считают и обосновывают наличие в социуме каких-то идеальных или объективно-существующих сущностей, предопределяющих и детерминирующих историю и социум. Если к последним всяко относится Абсолют и его предикаты, то уж в любом случае – и полнота.
Повторюсь, всё дело в аксиоматике. Я ориентируюсь на синтез материализма и идеализма, а посему придерживаюсь той аксиоматики, согласно которой обе крайние точки зрения содержат доли истины: и хотя у социума имеются свои законы (как полагают материалисты), но в эти законы входят в качестве их составляющих метафизические сущности, в том числе человеческие идеалы и ценности, хотя участие последних в социальном бытии является не столь прямолинейным и непосредственным (как полагают идеалисты).
Сущность (категория, идеал, ценность) может влиять на ход истории и в том числе на процессы социума, если она имманентным социуму образом встроена в социальную структуру в качестве ее реального элемента. А таковой она может стать, если только перейдет из понятийно-категориального ранга, в ранг сущей сущности (по О. Беккеру – Dawesen), став имманентной социальному бытию и даже не столько в части его общественного сознания, сколько в части его сущей бытийственности.
Впрочем, казалось бы, так говорят и объективные идеалисты. Абсолют, Бог, полнота, добро и зло, красота и истина, справедливость и карма существуют сами по себе и из основательности этой субстанциальности якобы детерминируют жизнь людей, их социум и историю.
Да, но, во-первых, опыт культуры показывает, что эта их самапосебейность напрямую зависит от людей и мыслителей, так или иначе трактующих эти категории. Например, Бог для одних является в христианском обрамлении, для других – в мусульманском, для третьих – в индуистском, а для четвертых – вообще в атеистическом. Так чей Бог детерминирует историю?..
Во-вторых, даже если предполагается какой-то трансперсональный инвариант единой сущности, он всё равно помещается в некую трансцендентную социальному бытию область, располагающуюся либо под социумом – в материальных, сущих,
субсущих пластах и регионах, либо над ним – в сверхсущих, сверхбытийных, надмировых сферах и регионах. А нужно, чтобы эта сущность располагалась и лежала прямо в самих социально-бытийных структурах.
Структуры социума описываются социокодами, включая социальные метакоды и уникоды. Структуры же метафизических сущностей описываются метакодами, включая метафизические уникоды и самый предельный из них – протокод.
Социопротокод – это метафизическая сущность (в данном случае – протокод), ставшая социальной сущей сущностью (Dawesen), т.е. не просто описывающая социум (как социокод), и не просто являющаяся метафизической предзаданностью (как метакод и протокод), но ставшая социально-бытийным объектом или социально-бытийной силой, наряду и вкупе с другими социальными объектами и силами.
Так и полнота. Для того чтобы стать сущей сущностью, она должна, как любовь или добро, счастье или справедливость, красота или вера и многие другие сущности-ценности, войти в плоть и кровь человеческого бытия. А для этого мало деклараций и философских трактатов, для этого должны быть указаны и разработаны механизмы, во-первых, верифицирующие в социуме те или иные представления о полноте, во-вторых, переводящие ее из разряда интереса метафизиков и метафизирующих личностей в интерес широких слоев и групп людей и в элемент их общественного бытия.
Пока не настало время говорить об этом. Ни бытие отдельных людей не является полным (наоборот, мы видим массу неполностей, несовершенств, ограниченностей и зацикленности на частностях), ни бытие общества в целом не является полным (наоборот, мы видим массу неполностей, борьбу добра и зла, z-матричные ограничения и разделы сфер влияния).
Проблема зла – с бородой, об нее споткнулось множество мыслителей. Зло – элемент, объект социального бытия, а не сущность. Может ли зло иметь свою сущность? Конечно, как и всякий познаваемый объект. Но сущая сущность зла определяется исключительно антонимически, от сущности добра (Августин). Зло есть то, чего не должно быть, то, что должно быть преодолено добром.
Может ли человек инспирировать зло? Да, точно так же, как может инспирировать и ложь, и фальшь, и симулякры – благодаря их сущей форме, в которую облачает иное содержание. Это издревле называлось мифом. Сама мифичность – одна из коренных, социопротокодовых сущностей, с незапамятных времен определяющая движение социума.
Однако такой z-матричной инспирации всегда противостояла борьба – борьба со злом, с пороками и предрассудками, со страданиями и смертью, социальными несправедливостями и угнетением, неправдой и лукавством. Борьба за правду и истину, красоту и счастье, идеальное и вечное. Эта борьба сама является одним из величайших сущих мифов, освещающих и освящающих движение человеческой истории и социума.
В последнее время я всё более и более склоняюсь к тому, что непосредственной проекцией (развёрткой) Абсолюта является не столько регион сущностей, сколько его подрегион сущих сущностей (Dawesen). А поскольку атрибутом Абсолюта является полнота, то она в таком случае является и атрибутом подрегиона Dawesen. Хотя многие ее переносят (проецируют) на всё социальное бытие и даже сущее в целом.
Подрегион Dawesen полон, т.е. полонится сущими сущностями и их производящей энергетикой (плеромой), говоря проще, энергетикой любви, добра, истины, красоты, гармонии, счастья. Несмотря на это, искусство инспирировать полноту пока остается искусством отдельных подвижников. Только их личное экзистенциальное Dasein-существование оказывается приютом и полигоном для полноты. Полнота не стала еще нормой реального социума и социального общежития.
Пока полнота – скорее гуманитарный идеал, нежели сущая социальная сущность. Она скорее объективно-идеалистический социокод или метакод, нежели социопротокод. Говоря производственно-техническим языком, полнота как продукт мыслетворчества должна быть не только верифицирована – на предмет ее социальной истинности, но еще и валидизирована – на предмет ее соответствия потребностям людей и общества в целом.
Все предпосылки и основания для этого имеются: как метафизические (абсолютный характер полноты), так и этические – полнота как атрибут и плерома Абсолюта несет положительный запал единства, многоединства и всеединства в главных предикатах Абсолюта: любви, добре, красоте, истине и совершенстве.
Какие атрибуты у этой категории? Конечно, бесконечность. Но бесконечность не есть полнота. Бесконечность – тоже величайшая философская категория. Они взаимосвязаны, но не подменяют друг друга. Так же, как и вечность – особая категория и тоже атрибут полноты.
Еще атрибут полноты – всейность. Полнота охватывает всё. Отсюда ее инструментальный атрибут – единство противоположностей. А отсюда другой атрибут – единство рациональности и иррациональности, иначе эту кишащую противоречиями и парадоксами всейность не охватить.
Если верен аристотелевский закон гилеморфизма, что все вещи состоят из формы и материи (содержания), то под этот закон подпадает и полнота. У полноты есть своя форма и свое содержание. Содержание полноты издавна именуется плеромой. А форма? Ее исследованием занимается вся мировая философия от Анаксимандра (апейрон) до И.И. Шашкова и В.И. Моисеева. Главное требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому.
Отдельный, софистического толка вопрос: охватывает ли полнота ложь? «Софистического» – потому, что ответ прост. Поскольку полнота охватывает все сущности, а следовательно, все истины, а следовательно, всё, что есть, то полнота не может охватывать ложь, то есть то, чего нет, просто потому, что его нет. Полнота может охватывать форму выражения лжи: интуицию, образ, высказывание, теорию, потому что эти формы существуют, но не само содержание лжи, которого нет.
Два класса форм полноты: 1) иррационально-экзистенциальный – когда полнота дается личности в виде некоего откровения, предчувствия, самочувствия, экзистенциала, то есть, говоря хайдеггеровским языком, в виде Dasein-состояния, пронзающего всего человека; 2) рационально-логический – когда полнота дается человеку в виде рационального понятия или метафизической категории, развёртываемой в рационально-логических конструкциях.
Обладает ли полнота субстанциальным гипостазированием? Да, однако, интересно, что обладает и как экзистенциал, и как категория. Как экзистенциал она представляет суперсимвол (по А.Ф. Лосеву, миф), а как категория она претендует на суперкатегорию, сверхсущность = сущность для всех сущностей.
В последнем случае единственная нестыковка со всей мировой философией заключается в том, что на такую же роль абсолютного первоначала уже выдвинут ряд вполне определенных сущностей: бытие Парменида; форма форм Аристотеля; Единое Плотина; Бог всей средневековой философии; субстанция Декарта, Спинозы, Лейбница; Абсолют Шеллинга, Гегеля, Вл. Соловьева. Причем Абсолют как раз наделяется такими свойствами, что представляет абсолютный гипостазис, по отношению к которому все остальные (предыдущие) вариации первоначал являются его модами.
При этом что с полнотой? Возможно, вопрос пока открытый. Но если сравнивать с Абсолютом, то фраза «Полнота – мода Абсолюта» выглядит более приемлемой и логичной, чем фраза «Абсолют – мода полноты», ведь тогда какой он Абсолют? Даже у гностика Валентина плерома – это божественная полнота, но не Бог – модус плеромы.
А полнота, если она даже не конкретная мода или модус Абсолюта, то его первейший атрибут. Абсолют охватывает все сущности, все истины, т.е. всю полноту и поэтому сам полон. Некоторые верят, что Абсолют охватывает все вещи, даже материальные, а посему эти материальные вещи тоже входят в полноту. Но это уже зависит от аксиоматических подходов к онто-гносео-логической иерархии регионов мироздания.
В итоге спор о полноте трансформируется в спор аксиоматик. Как, впрочем, любой спор об Абсолюте, его атрибутах, модах и модусах. Отсюда и спор, и варианты решения о месте Абсолюта и полноты (а в пределе – вообще всякой метафизической категории) в СОЦИУМЕ (тема нашего гранта). Как Абсолют, а следовательно, любая метафизическая категория участвуют в социуме, так участвует в нем и полнота.
Есть две крайние точки зрения. Материалисты (исторические материалисты) утверждают, что социум существует по своим материальным (социальным) законам, без участия в нем не то что Бога (Абсолюта), но даже каких-то сущностно целеполагающих усилий человека. Объективные идеалисты считают и обосновывают наличие в социуме каких-то идеальных или объективно-существующих сущностей, предопределяющих и детерминирующих историю и социум. Если к последним всяко относится Абсолют и его предикаты, то уж в любом случае – и полнота.
Повторюсь, всё дело в аксиоматике. Я ориентируюсь на синтез материализма и идеализма, а посему придерживаюсь той аксиоматики, согласно которой обе крайние точки зрения содержат доли истины: и хотя у социума имеются свои законы (как полагают материалисты), но в эти законы входят в качестве их составляющих метафизические сущности, в том числе человеческие идеалы и ценности, хотя участие последних в социальном бытии является не столь прямолинейным и непосредственным (как полагают идеалисты).
Сущность (категория, идеал, ценность) может влиять на ход истории и в том числе на процессы социума, если она имманентным социуму образом встроена в социальную структуру в качестве ее реального элемента. А таковой она может стать, если только перейдет из понятийно-категориального ранга, в ранг сущей сущности (по О. Беккеру – Dawesen), став имманентной социальному бытию и даже не столько в части его общественного сознания, сколько в части его сущей бытийственности.
Впрочем, казалось бы, так говорят и объективные идеалисты. Абсолют, Бог, полнота, добро и зло, красота и истина, справедливость и карма существуют сами по себе и из основательности этой субстанциальности якобы детерминируют жизнь людей, их социум и историю.
Да, но, во-первых, опыт культуры показывает, что эта их самапосебейность напрямую зависит от людей и мыслителей, так или иначе трактующих эти категории. Например, Бог для одних является в христианском обрамлении, для других – в мусульманском, для третьих – в индуистском, а для четвертых – вообще в атеистическом. Так чей Бог детерминирует историю?..
Во-вторых, даже если предполагается какой-то трансперсональный инвариант единой сущности, он всё равно помещается в некую трансцендентную социальному бытию область, располагающуюся либо под социумом – в материальных, сущих,
субсущих пластах и регионах, либо над ним – в сверхсущих, сверхбытийных, надмировых сферах и регионах. А нужно, чтобы эта сущность располагалась и лежала прямо в самих социально-бытийных структурах.
Структуры социума описываются социокодами, включая социальные метакоды и уникоды. Структуры же метафизических сущностей описываются метакодами, включая метафизические уникоды и самый предельный из них – протокод.
Социопротокод – это метафизическая сущность (в данном случае – протокод), ставшая социальной сущей сущностью (Dawesen), т.е. не просто описывающая социум (как социокод), и не просто являющаяся метафизической предзаданностью (как метакод и протокод), но ставшая социально-бытийным объектом или социально-бытийной силой, наряду и вкупе с другими социальными объектами и силами.
Так и полнота. Для того чтобы стать сущей сущностью, она должна, как любовь или добро, счастье или справедливость, красота или вера и многие другие сущности-ценности, войти в плоть и кровь человеческого бытия. А для этого мало деклараций и философских трактатов, для этого должны быть указаны и разработаны механизмы, во-первых, верифицирующие в социуме те или иные представления о полноте, во-вторых, переводящие ее из разряда интереса метафизиков и метафизирующих личностей в интерес широких слоев и групп людей и в элемент их общественного бытия.
Пока не настало время говорить об этом. Ни бытие отдельных людей не является полным (наоборот, мы видим массу неполностей, несовершенств, ограниченностей и зацикленности на частностях), ни бытие общества в целом не является полным (наоборот, мы видим массу неполностей, борьбу добра и зла, z-матричные ограничения и разделы сфер влияния).
Проблема зла – с бородой, об нее споткнулось множество мыслителей. Зло – элемент, объект социального бытия, а не сущность. Может ли зло иметь свою сущность? Конечно, как и всякий познаваемый объект. Но сущая сущность зла определяется исключительно антонимически, от сущности добра (Августин). Зло есть то, чего не должно быть, то, что должно быть преодолено добром.
Может ли человек инспирировать зло? Да, точно так же, как может инспирировать и ложь, и фальшь, и симулякры – благодаря их сущей форме, в которую облачает иное содержание. Это издревле называлось мифом. Сама мифичность – одна из коренных, социопротокодовых сущностей, с незапамятных времен определяющая движение социума.
Однако такой z-матричной инспирации всегда противостояла борьба – борьба со злом, с пороками и предрассудками, со страданиями и смертью, социальными несправедливостями и угнетением, неправдой и лукавством. Борьба за правду и истину, красоту и счастье, идеальное и вечное. Эта борьба сама является одним из величайших сущих мифов, освещающих и освящающих движение человеческой истории и социума.
В последнее время я всё более и более склоняюсь к тому, что непосредственной проекцией (развёрткой) Абсолюта является не столько регион сущностей, сколько его подрегион сущих сущностей (Dawesen). А поскольку атрибутом Абсолюта является полнота, то она в таком случае является и атрибутом подрегиона Dawesen. Хотя многие ее переносят (проецируют) на всё социальное бытие и даже сущее в целом.
Подрегион Dawesen полон, т.е. полонится сущими сущностями и их производящей энергетикой (плеромой), говоря проще, энергетикой любви, добра, истины, красоты, гармонии, счастья. Несмотря на это, искусство инспирировать полноту пока остается искусством отдельных подвижников. Только их личное экзистенциальное Dasein-существование оказывается приютом и полигоном для полноты. Полнота не стала еще нормой реального социума и социального общежития.
Пока полнота – скорее гуманитарный идеал, нежели сущая социальная сущность. Она скорее объективно-идеалистический социокод или метакод, нежели социопротокод. Говоря производственно-техническим языком, полнота как продукт мыслетворчества должна быть не только верифицирована – на предмет ее социальной истинности, но еще и валидизирована – на предмет ее соответствия потребностям людей и общества в целом.
Все предпосылки и основания для этого имеются: как метафизические (абсолютный характер полноты), так и этические – полнота как атрибут и плерома Абсолюта несет положительный запал единства, многоединства и всеединства в главных предикатах Абсолюта: любви, добре, красоте, истине и совершенстве.
- Игорь Шашков
- Участник форума
- Posts: 66
- Joined: 16 Feb 2016, 21:13
Re: Полнота
О ПОЛНОТЕ КАК ПОЛНОТЕ
Прочитал заметку САБ «Ода Полноте».
Тема этой заметки, казалось бы, близка к теме полноты в Интегралике, но на самом деле речь идет о принципиально разных вещах. Ощущение диссонанса между нашими подходами является особенно сильным на контрасте с ощущением после прочтения замечательной статьи ВИМа «От теории Полноты к социопротокоду», в которой решаются пусть не все, но многие важные, актуальные для нас задачи.
В настоящем сообщении я кратко рассмотрю, в чем же, по нашему мнению, состоит и к чему приводит различие в понимании и определении полноты САБом и нами?
В одной из первых наших книг, в которых говорится о понимании полноты в Интегралике («Бог и разум», 2010), есть такое утверждение: полноту можно определять, но нельзя определить. Основной смысл этого утверждения в том, что полнота, определяемая в одной из моделей адекватно как нечто конкретное, ставшее, в другой, дополнительной модели оказывается принципиально неопределенной, динамически ускользающей из нашего определения. Это отвечает другому нашему тезису о полноте: полнота парадоксальным образом превышает сама себя. Для понимания, представления такого превышения мы разделяем полноту на три (сохраняя ее при этом как неделимую целостность): 1)полноту, превысившую саму себя, 2)полноту, превышенную самой собой, и 3)полноту, единящую свои превысившую и превышенную ипостаси.
Как только мы говорим, что взяли в полноту Всё, может последовать возражение, что вот еще что-то добавим. Но следует ответ, что мы и эту добавку тоже берем в полноту…, определение оказывается динамическим, процессуальным.
Это подобно представлению о бесконечности: бесконечность больше любого наперед заданного числа.
Такое понимание полноты отвечает ее открыто-замкнутости: она замкнута в самой себе (в этом смысле она определена – о-пределена), но при этом парадоксальным образом и открыта (не имеет предела в своем расширении, развитии).
Это также отвечает абсолютности полноты – она включает в себя абсолютно всё без каких-либо изъятий.
В своей заметке САБ сначала пишет, казалось бы, о том же:
«Еще атрибут полноты – всейность. Полнота охватывает всё. Отсюда ее инструментальный атрибут – единство противоположностей. А отсюда другой атрибут – единство рациональности и иррациональности, иначе эту кишащую противоречиями и парадоксами всейность не охватить».
Но такая «всейность», полнота понимается совсем не так, как понимается «абсолютность» полноты в Интегралике:
Интегралика: «Полнота включает в себя не только все какие-либо материальные и идеальные сущности, но и пространство-время этих сущностей, и всевозможные представления и мысли об этих сущностях, и даже их отрицание, в том числе и отрицание самой полноты».
САБ: «Отдельный, софистического толка вопрос: охватывает ли полнота ложь? «Софистического» – потому, что ответ прост. Поскольку полнота охватывает все сущности, а следовательно, все истины, а следовательно, всё, что есть, то полнота не может охватывать ложь, то есть то, чего нет, просто потому, что его нет. Полнота может охватывать форму выражения лжи: интуицию, образ, высказывание, теорию, потому что эти формы существуют, но не само содержание лжи, которого нет».
Таким образом, «всейность», в отличие от абсолютности, охватывает только Да (только то, что, в понимании САБ, есть), но не охватывает Нет (то, что не существует).
Всейность по отношению к полноте оказывается усеченной, причем мощность «отсеченного» от полноты множества бесконечно превышает мощность множества, охватываемого всейностью; всейность оказывается «недо-полнотой», в которой нет отрицания и, следовательно, нет противоречивости.
Так что всейность, в отличие от первоначального посыла САБа, не охватывает противоположности, противоречия и парадоксы; в ней, соответственно, может осуществляться только непротиворечивое интегрирование 1-го рода.
Почему же САБ, начав насчет всейности во здравие, кончил за упокой? По моему мнению, ключом к ответу на этот вопрос является слово САБа «охватывает» («Полнота охватывает всё»). Полнота при таком подходе представляется некоторой пространственной формой, некоторым объемом, в котором всё содержится; отсюда и аристотелевский гилеморфизм – разделение вещи на содержание и форму (кстати, отсюда также и ошибка Аристотеля в его рассуждении о бесконечности пространства – с высовыванием руки за границу конечного пространства).
Аристотелизм – это философия пространственно-временного ящика-формы, в котором содержатся всевозможные объекты; при этом всякие модификации такого представления от него далеко не уходят – коренной, глубинный смысл остается тем же. Можно искривлять пространство-время, можно наполнять пространство и время различным смыслом… – без принципиальной «краевой» ломки аристотелевской логики, без коренного изменения самого способа мышления всейность всегда будет недополнотой, которая строится при отрицании краевой логической противоречивости, но при этом сама является логически противоречивой.
Полнота в Интегралике, в отличие от полноты по САБ, не сводится к модели гилеморфизма:
САБ: «Если верен аристотелевский закон гилеморфизма, что все вещи состоят из формы и материи (содержания), то под этот закон подпадает и полнота. У полноты есть своя форма и свое содержание. Содержание полноты издавна именуется плеромой. А форма? Ее исследованием занимается вся мировая философия от Анаксимандра (апейрон) до И.И. Шашкова и В.И. Моисеева. Главное требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому».
Возможно, что исследованием формы полноты и впрямь занимается вся мировая философия, но если Интегралика в одном из своих аспектов является философией, то «требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому» к ней не относится. Полнота в Интегралике включает в себя абсолютно всё, в т.ч. и всякую форму, которую может назначить какой-либо мыслитель.
Но не ведет ли это к тому, что мы вообще не сможем пользоваться понятием полноты в своих построениях (поскольку насчет нее оказывается возможным любое высказывание)? На эту тему уместна выдержка из нашей статьи в Ж:
«…при легитимации полноты, включающей в себя абсолютно Всё,…– полнота включает в себя и то, что остается вне ее.
Тут можно возразить, что в таком случае она включает в себя и невключение этого остатка, и тогда мы возвращаемся к представлениям из цитируемого пассажа С.А. Борчикова.
И оба варианта – включения и невключения трансцендентно-трансцендентального остатка – с точки зрения Интегралики являются равносильными, одинаково наличествующими. Это отвечает допущению, принятому в Интегралике: есть абсолютно Всё, т.е. оба варианта (включения и невключения трансцендентно-трансцендентального остатка) имеют место быть.
Но для человека непротиворечивое невключение относится к «макроскопической» срединной частичности (1-ая область), противоречивое включение же – к краю, к полноте (2-ая область)» [выделение последнего абзаца сделано при цитировании – И.Ш.].
Предполагая для полноты включение абсолютно всего, мы для осуществления своих теоретических построений выбираем из этого всего то, что необходимо и достаточно может осуществляться в адекватной теоретической картине мира.
Такое вырезание из Всего той части этого Всего, что резонансно взаимодействует с нами как с внешними и внутренними относительно этой картины, есть наивысшее осуществление метафизического антропного принципа.
Таким образом, конкретные статичные определения полноты являются неокончательными, частичными; полнота ускользает из них в свое динамическое определение. И выбор конкретного, рабочего определения в этом смысле на первый взгляд представляется относительным, произвольным для каждого мыслителя.
Однако сам такой выбор, осуществляемый для построения полной теоретической картины мира, накладывает, в соответствии с метафизическим антропным принципом, на рабочее определение полноты интегральный критерий адекватности:
Адекватное, инструментальное определение полноты, используемой как структурный элемент при построении полной теоретической картины мира, должно подразумевать ее абсолютность, двойственность, открыто-замкнутость, единение в ней срединной логической непротиворечивости и краевой логической противоречивости.
У ВИМа полнота не закрывается наглухо, превышает сама себя, восходя от малой полноты к большой, «максимальной» полноте; именно в связи с этим она оказывается инструментальной, позволяющей, в конечном счете, при ее использовании построить полную и адекватную теоретическую картину мира. Соответственно, построения ВИМа могут служить базовыми для построения социопротокода.
У САБа, как показано в настоящем сообщении, определение полноты не отвечает интегральному критерию адекватности. Соответственно, она может служить как предмет некоторых философских медитаций и в рамках исследований по истории философии. Что касается ее инструментального использования при построении, например, социопротокода, то пока это представляется мне маловероятным.
Об этом, по сути, пишет и САБ:
«Пока полнота – скорее гуманитарный идеал, нежели сущая социальная сущность. Она скорее объективно-идеалистический социокод или метакод, нежели социопротокод».
Полнота, как она понимается в Интегралике, является, конечно, и гуманитарным идеалом, но главный ее смысл в генерировании «сверху-вниз» любых достаточно общих фундаментальных принципов, законов, схем, в т.ч. « инспирированных в сами социально-бытийные структуры».
САБ: «Для того чтобы стать сущей сущностью, она должна, как любовь или добро, счастье или справедливость, красота или вера и многие другие сущности-ценности, войти в плоть и кровь человеческого бытия. А для этого мало деклараций и философских трактатов, для этого должны быть указаны и разработаны механизмы, во-первых, верифицирующие в социуме те или иные представления о полноте, во-вторых, переводящие ее из разряда интереса метафизиков и метафизирующих личностей в интерес широких слоев и групп людей и в элемент их общественного бытия».
Как такую верификацию представлений о полноте, перевод ее от метафизиков в массы осуществить помимо создания теории полноты и, вместе с этим, теории социопротокода? – я не вижу ответа на этот вопрос.
Именно теория полноты, будучи действительно, реально осуществленной в сознании мыслителя, оказывается теорией прямого действия – она индуцируется, инспирируется как вовне, так и на самого своего создателя (по кольцу КР). Надо просто постигать полноту в ее полноте, в ее абсолютности, в ее превышении самой себя, и она отдаст тебе самое главное, что есть в ней самой.
(продолжение следует)
Прочитал заметку САБ «Ода Полноте».
Тема этой заметки, казалось бы, близка к теме полноты в Интегралике, но на самом деле речь идет о принципиально разных вещах. Ощущение диссонанса между нашими подходами является особенно сильным на контрасте с ощущением после прочтения замечательной статьи ВИМа «От теории Полноты к социопротокоду», в которой решаются пусть не все, но многие важные, актуальные для нас задачи.
В настоящем сообщении я кратко рассмотрю, в чем же, по нашему мнению, состоит и к чему приводит различие в понимании и определении полноты САБом и нами?
В одной из первых наших книг, в которых говорится о понимании полноты в Интегралике («Бог и разум», 2010), есть такое утверждение: полноту можно определять, но нельзя определить. Основной смысл этого утверждения в том, что полнота, определяемая в одной из моделей адекватно как нечто конкретное, ставшее, в другой, дополнительной модели оказывается принципиально неопределенной, динамически ускользающей из нашего определения. Это отвечает другому нашему тезису о полноте: полнота парадоксальным образом превышает сама себя. Для понимания, представления такого превышения мы разделяем полноту на три (сохраняя ее при этом как неделимую целостность): 1)полноту, превысившую саму себя, 2)полноту, превышенную самой собой, и 3)полноту, единящую свои превысившую и превышенную ипостаси.
Как только мы говорим, что взяли в полноту Всё, может последовать возражение, что вот еще что-то добавим. Но следует ответ, что мы и эту добавку тоже берем в полноту…, определение оказывается динамическим, процессуальным.
Это подобно представлению о бесконечности: бесконечность больше любого наперед заданного числа.
Такое понимание полноты отвечает ее открыто-замкнутости: она замкнута в самой себе (в этом смысле она определена – о-пределена), но при этом парадоксальным образом и открыта (не имеет предела в своем расширении, развитии).
Это также отвечает абсолютности полноты – она включает в себя абсолютно всё без каких-либо изъятий.
В своей заметке САБ сначала пишет, казалось бы, о том же:
«Еще атрибут полноты – всейность. Полнота охватывает всё. Отсюда ее инструментальный атрибут – единство противоположностей. А отсюда другой атрибут – единство рациональности и иррациональности, иначе эту кишащую противоречиями и парадоксами всейность не охватить».
Но такая «всейность», полнота понимается совсем не так, как понимается «абсолютность» полноты в Интегралике:
Интегралика: «Полнота включает в себя не только все какие-либо материальные и идеальные сущности, но и пространство-время этих сущностей, и всевозможные представления и мысли об этих сущностях, и даже их отрицание, в том числе и отрицание самой полноты».
САБ: «Отдельный, софистического толка вопрос: охватывает ли полнота ложь? «Софистического» – потому, что ответ прост. Поскольку полнота охватывает все сущности, а следовательно, все истины, а следовательно, всё, что есть, то полнота не может охватывать ложь, то есть то, чего нет, просто потому, что его нет. Полнота может охватывать форму выражения лжи: интуицию, образ, высказывание, теорию, потому что эти формы существуют, но не само содержание лжи, которого нет».
Таким образом, «всейность», в отличие от абсолютности, охватывает только Да (только то, что, в понимании САБ, есть), но не охватывает Нет (то, что не существует).
Всейность по отношению к полноте оказывается усеченной, причем мощность «отсеченного» от полноты множества бесконечно превышает мощность множества, охватываемого всейностью; всейность оказывается «недо-полнотой», в которой нет отрицания и, следовательно, нет противоречивости.
Так что всейность, в отличие от первоначального посыла САБа, не охватывает противоположности, противоречия и парадоксы; в ней, соответственно, может осуществляться только непротиворечивое интегрирование 1-го рода.
Почему же САБ, начав насчет всейности во здравие, кончил за упокой? По моему мнению, ключом к ответу на этот вопрос является слово САБа «охватывает» («Полнота охватывает всё»). Полнота при таком подходе представляется некоторой пространственной формой, некоторым объемом, в котором всё содержится; отсюда и аристотелевский гилеморфизм – разделение вещи на содержание и форму (кстати, отсюда также и ошибка Аристотеля в его рассуждении о бесконечности пространства – с высовыванием руки за границу конечного пространства).
Аристотелизм – это философия пространственно-временного ящика-формы, в котором содержатся всевозможные объекты; при этом всякие модификации такого представления от него далеко не уходят – коренной, глубинный смысл остается тем же. Можно искривлять пространство-время, можно наполнять пространство и время различным смыслом… – без принципиальной «краевой» ломки аристотелевской логики, без коренного изменения самого способа мышления всейность всегда будет недополнотой, которая строится при отрицании краевой логической противоречивости, но при этом сама является логически противоречивой.
Полнота в Интегралике, в отличие от полноты по САБ, не сводится к модели гилеморфизма:
САБ: «Если верен аристотелевский закон гилеморфизма, что все вещи состоят из формы и материи (содержания), то под этот закон подпадает и полнота. У полноты есть своя форма и свое содержание. Содержание полноты издавна именуется плеромой. А форма? Ее исследованием занимается вся мировая философия от Анаксимандра (апейрон) до И.И. Шашкова и В.И. Моисеева. Главное требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому».
Возможно, что исследованием формы полноты и впрямь занимается вся мировая философия, но если Интегралика в одном из своих аспектов является философией, то «требование – чтобы форма полноты охватывала всё свое содержание – плерому» к ней не относится. Полнота в Интегралике включает в себя абсолютно всё, в т.ч. и всякую форму, которую может назначить какой-либо мыслитель.
Но не ведет ли это к тому, что мы вообще не сможем пользоваться понятием полноты в своих построениях (поскольку насчет нее оказывается возможным любое высказывание)? На эту тему уместна выдержка из нашей статьи в Ж:
«…при легитимации полноты, включающей в себя абсолютно Всё,…– полнота включает в себя и то, что остается вне ее.
Тут можно возразить, что в таком случае она включает в себя и невключение этого остатка, и тогда мы возвращаемся к представлениям из цитируемого пассажа С.А. Борчикова.
И оба варианта – включения и невключения трансцендентно-трансцендентального остатка – с точки зрения Интегралики являются равносильными, одинаково наличествующими. Это отвечает допущению, принятому в Интегралике: есть абсолютно Всё, т.е. оба варианта (включения и невключения трансцендентно-трансцендентального остатка) имеют место быть.
Но для человека непротиворечивое невключение относится к «макроскопической» срединной частичности (1-ая область), противоречивое включение же – к краю, к полноте (2-ая область)» [выделение последнего абзаца сделано при цитировании – И.Ш.].
Предполагая для полноты включение абсолютно всего, мы для осуществления своих теоретических построений выбираем из этого всего то, что необходимо и достаточно может осуществляться в адекватной теоретической картине мира.
Такое вырезание из Всего той части этого Всего, что резонансно взаимодействует с нами как с внешними и внутренними относительно этой картины, есть наивысшее осуществление метафизического антропного принципа.
Таким образом, конкретные статичные определения полноты являются неокончательными, частичными; полнота ускользает из них в свое динамическое определение. И выбор конкретного, рабочего определения в этом смысле на первый взгляд представляется относительным, произвольным для каждого мыслителя.
Однако сам такой выбор, осуществляемый для построения полной теоретической картины мира, накладывает, в соответствии с метафизическим антропным принципом, на рабочее определение полноты интегральный критерий адекватности:
Адекватное, инструментальное определение полноты, используемой как структурный элемент при построении полной теоретической картины мира, должно подразумевать ее абсолютность, двойственность, открыто-замкнутость, единение в ней срединной логической непротиворечивости и краевой логической противоречивости.
У ВИМа полнота не закрывается наглухо, превышает сама себя, восходя от малой полноты к большой, «максимальной» полноте; именно в связи с этим она оказывается инструментальной, позволяющей, в конечном счете, при ее использовании построить полную и адекватную теоретическую картину мира. Соответственно, построения ВИМа могут служить базовыми для построения социопротокода.
У САБа, как показано в настоящем сообщении, определение полноты не отвечает интегральному критерию адекватности. Соответственно, она может служить как предмет некоторых философских медитаций и в рамках исследований по истории философии. Что касается ее инструментального использования при построении, например, социопротокода, то пока это представляется мне маловероятным.
Об этом, по сути, пишет и САБ:
«Пока полнота – скорее гуманитарный идеал, нежели сущая социальная сущность. Она скорее объективно-идеалистический социокод или метакод, нежели социопротокод».
Полнота, как она понимается в Интегралике, является, конечно, и гуманитарным идеалом, но главный ее смысл в генерировании «сверху-вниз» любых достаточно общих фундаментальных принципов, законов, схем, в т.ч. « инспирированных в сами социально-бытийные структуры».
САБ: «Для того чтобы стать сущей сущностью, она должна, как любовь или добро, счастье или справедливость, красота или вера и многие другие сущности-ценности, войти в плоть и кровь человеческого бытия. А для этого мало деклараций и философских трактатов, для этого должны быть указаны и разработаны механизмы, во-первых, верифицирующие в социуме те или иные представления о полноте, во-вторых, переводящие ее из разряда интереса метафизиков и метафизирующих личностей в интерес широких слоев и групп людей и в элемент их общественного бытия».
Как такую верификацию представлений о полноте, перевод ее от метафизиков в массы осуществить помимо создания теории полноты и, вместе с этим, теории социопротокода? – я не вижу ответа на этот вопрос.
Именно теория полноты, будучи действительно, реально осуществленной в сознании мыслителя, оказывается теорией прямого действия – она индуцируется, инспирируется как вовне, так и на самого своего создателя (по кольцу КР). Надо просто постигать полноту в ее полноте, в ее абсолютности, в ее превышении самой себя, и она отдаст тебе самое главное, что есть в ней самой.
(продолжение следует)
-
- Администратор
- Posts: 215
- Joined: 15 Feb 2016, 20:03
Конфликт аксиоматик: ИИШ – САБ – ВИМ
Игорь Иванович, спасибо за ответ!
Рад, что Вы, наконец, так же, как и я, четко сформулировали диагноз:
Поэтому и призываю Интегральное сообщество трезво, без эмоций заняться «лечением» или хотя бы изучением этой проблематики. Но воз и ныне там.
Поэтому отвечать на все Ваши конкретные аргументы и контраргументы (с которыми с одними – согласен, с другими – нет) не вижу смысла, пока у нас не будет выработано четкого механизма притирки или синтеза наших аксиом.
Впрочем, на два аргумента отвечу, поскольку они непосредственно касаются центрального звена нашей грантовой, социопротокодовой темы: СОЦИУМА и СОЦИОПРОТОКОДА.
Я уже указал Вам, что в Вашей теории есть две сферы: фюзис (мир) и мыслитель, а промежуточная сфера – социум – весьма завуалирована. Ваш ответ снова подтвердил это:
Возможно, это противоречит и аксиоматике ВИМ, потому что суть его подхода выражена, например, в заголовке его статьи: «От теории Полноты к социопротокоду», в которой, на мой взгляд, как раз вскрываются конкретные механизмы, как от Полноты перейти к этому самому социопротокоду и уже далее в мир.
Вы же сначала даете оценку:
Рад, что Вы, наконец, так же, как и я, четко сформулировали диагноз:
Я уже почти год говорю о таком диссонансе со многими коллегами в терминах "КОНФЛИКТ АКСИОМАТИК".Игорь Шашков wrote:Ощущение диссонанса между нашими подходами является особенно сильным…
Поэтому и призываю Интегральное сообщество трезво, без эмоций заняться «лечением» или хотя бы изучением этой проблематики. Но воз и ныне там.
Поэтому отвечать на все Ваши конкретные аргументы и контраргументы (с которыми с одними – согласен, с другими – нет) не вижу смысла, пока у нас не будет выработано четкого механизма притирки или синтеза наших аксиом.
Впрочем, на два аргумента отвечу, поскольку они непосредственно касаются центрального звена нашей грантовой, социопротокодовой темы: СОЦИУМА и СОЦИОПРОТОКОДА.
Я уже указал Вам, что в Вашей теории есть две сферы: фюзис (мир) и мыслитель, а промежуточная сфера – социум – весьма завуалирована. Ваш ответ снова подтвердил это:
Между мыслителем и миром у Вас нет социума, а есть непосредственное претворение мысле-дум прямо в мир. Это полностью противоречит моей аксиоматике.Игорь Шашков wrote:Именно теория полноты, будучи действительно, реально осуществленной в сознании мыслителя, оказывается теорией прямого действия – она индуцируется, инспирируется как вовне, так и на самого своего создателя…
Возможно, это противоречит и аксиоматике ВИМ, потому что суть его подхода выражена, например, в заголовке его статьи: «От теории Полноты к социопротокоду», в которой, на мой взгляд, как раз вскрываются конкретные механизмы, как от Полноты перейти к этому самому социопротокоду и уже далее в мир.
Вы же сначала даете оценку:
Затем эту же свою оценку дезавуируете:Игорь Шашков wrote:…в замечательной статье ВИМа «От теории Полноты к социопротокоду», решаются пусть не все, но многие важные, актуальные для нас задачи.
Опять в Вашем подходе ни социуму, ни социопротокоду не нашлось места.Игорь Шашков wrote:Что касается ее [полноты и теории полноты] инструментального использования при построении, например, социопротокода, то пока это представляется мне маловероятным.
- Игорь Шашков
- Участник форума
- Posts: 66
- Joined: 16 Feb 2016, 21:13
Re: Полнота
Сейчас по технич. причинам подробно ответить не могу, отвечу только на следующее:
Насчет синтеза Вашей и нашей аксиоматик:
Если к полноте (как она понимается в Интегралике) что-то добавлять, то она в своем качестве полноты не изменяется (как и бесконечность). Так зачем же делать лишние движения?![Улыбается :)](./images/smilies/icon_e_smile.gif)
Более развернутый ответ на тему единения аксиоматик см. в нашей статье для Ж6.
Сергей Алексеевич, Вы выдернули мою фразу из контекста - представили так, будто речь у меня идет о полноте-как-она-понимается-в-Интегральке. На самом деле в цитируемой Вами фразе речь идет о полноте как она понимается ВАМИ:Сергей Борчиков wrote:Вы же сначала даете оценку:
Игорь Шашков писал(а):
…в замечательной статье ВИМа «От теории Полноты к социопротокоду», решаются пусть не все, но многие важные, актуальные для нас задачи.
Затем эту же свою оценку дезавуируете:
Игорь Шашков писал(а):
Что касается ее [полноты и теории полноты] инструментального использования при построении, например, социопротокода, то пока это представляется мне маловероятным.
Повторяю, эффективное, инструментальное использование понятия полноты в ВАШЕМ понимании при построении не только социопротокода, но и для решения любой другой научно-практической задачи представляется мне маловероятным (и, более того, бесперспективным). Что касается полноты в Интегралике (и в большой степени сродственной с ней полноты по ВИМу), то эффективность использования ее в решении ЛЮБЫХ краевых задач (в т.ч. задачи построения социопротокода) очевидна и несомненна. Если у Вас, однако, есть сомнения, то читайте наши тексты внимательнее. Да Вы и сами пишите, что ВИМ в своей статье вскрывает "конкретные механизмы, как от Полноты перейти к этому самому социопротокоду". Модель ВИМа практически полностью согласуется с моделью Интегралики, по крайней мере, в аспекте ее приложения к нахождению социопротокода; хотя, конечно, Интегралика кое-что к этому добавляет.Игорь Шашков wrote:У САБа, как показано в настоящем сообщении, определение полноты не отвечает интегральному критерию адекватности. Соответственно, она может служить как предмет некоторых философских медитаций и в рамках исследований по истории философии. Что касается ее инструментального использования при построении, например, социопротокода, то пока это представляется мне маловероятным.
Насчет синтеза Вашей и нашей аксиоматик:
Если к полноте (как она понимается в Интегралике) что-то добавлять, то она в своем качестве полноты не изменяется (как и бесконечность). Так зачем же делать лишние движения?
![Улыбается :)](./images/smilies/icon_e_smile.gif)
Более развернутый ответ на тему единения аксиоматик см. в нашей статье для Ж6.
-
- Администратор
- Posts: 215
- Joined: 15 Feb 2016, 20:03
No problеm
Игорь Иванович, я Вам уже ответил, что Вы имеет полное право так думать. Я аналогично имею полное право не соглашаться с Вами.
- Игорь Шашков
- Участник форума
- Posts: 66
- Joined: 16 Feb 2016, 21:13
Re: Полнота
ЕЩЕ РАЗ О ТРАНСФОРМАЦИОННОМ СКАЧКЕ В ПРЕДСТАВЛЕНИЯХ О ПОЛНОТЕ
На разных ветках нашего форума вопрос о полноте возникает вновь и вновь…
Дело, как мне представляется, в том, что речь у меня и у Сергея Алексеевича идет о принципиально разных понятиях полноты.
Казалось бы, ну и что? – разные основания, разные аксиомы, разные системы, построенные на этих аксиомах…, и каждый имеет право на собственное мнение, на собственный подход, на собственную базисную систему аксиом. Так что и дискуссия о том, чья полнота «лучше», особенного смысла не имеет.
Это представляется очевидным и несомненным для очень многих (в т.ч., видимо, и для Сергея Алексеевича).
Но это несомненно в том случае, если последней инстанцией, последним критерием адекватности является внутренняя логическая непротиворечивость теоретической системы, логическая непротиворечивость ее оснований.
Ведь непротиворечивая логика не имеет собственных ограничений в развитии логических цепочек, ограничения на логические цепочки могут накладываться только «со стороны»:
в практике – из соответствия эмпирическим результатам;
в теории – при достижении отрицания логической непротиворечивости краевой логической противоречивостью (которая в теории может пониматься как L-противоречие – ВИМ).
Образно говоря, непротиворечивые логические цепочки «разбегаются» по желанию мыслителя в разные стороны, в теории «самой по себе» ограничение на них может накладываться на них только краевой логической противоречивостью.
Мыслители оказываются перед дилеммой:
1. либо отбраковывать цепочки, заканчивающиеся логической противоречивостью (при этом полнота теоретической системы недостижима по т. Геделя);
2. либо допустить легитимность краевой логической противоречивости (при этом может достигаться полнота теоретической системы).
Об этой дилемме я писал в ряде своих сообщений, в т.ч. в журнале ИС в статье «Интегральное доказательство бытия Бога».
Практически всегда подразумевается адекватным 1-вый вариант, при котором полнота системы недостижима, но зато в системе нет логической противоречивости.
Мною, однако, был сделан выбор 2-го варианта (на краю) при сохранении 1-го (в середине); подробнее см. в моих сообщениях, в т.ч. в упомянутой выше статье в журнале ИС. Такой выбор, казалось бы, открывающий ящик Пандоры (с бесконечным множеством гнездящихся в нем абсурдных результатов), открыл, тем не менее, волшебную шкатулку с удивительно простыми решениями задач, ранее адекватного решения не имевших.
В основание для такого выбора было положено представление о полноте, включающей в себя абсолютно всё – не только все какие-либо материальные и идеальные сущности, но и пространство-время этих сущностей, и всевозможные представления и мысли об этих сущностях, и даже их отрицание, в том числе и отрицание самой полноты.
Нами показано, что обращение к такой абсолютной полноте открывает возможность построения универсальной научно-философской системы (УС), адекватно и однозначно репрезентирующей картину мира в ее полноте [см., например, Войцехович В.Э., Шашков И.И. Социальный протокод как интегрально-квантовый феномен // Credo New, № 3(87), 2016. – С.72-90].
Такая полнота принципиально является логически противоречивой (уже хотя бы в силу логической противоречивости ее самопринадлежности, что показывается в теории множеств); это как раз и отвечает выбору мною интегрального варианта 1+2 из дилеммы выше.
Нельзя сказать, что я первый обратил внимание на возможность введения абсолютной, ничем не ограниченной полноты.
Однако практически во всех современных, фундаментальных работах по полноте (см., например, Карпенко А.С. Философский принцип полноты (часть I) // Вопросы философии, №6, 2013.) показывается, что ничем не ограниченная (в нашем случае – абсолютная) полнота принципиально является логически противоречивой, что в большинстве логических исчислений приводит к доказуемости любой, даже самой абсурдной, сформулированной на языке этого исчисления формулы. Развертывание принципа полноты ведет к абсолютному хаосу, к миру неразрешимых противоречий.
Соответственно, информационная значимость и, вместе с этим, научная ценность такого понятия полноты представляется, на первый взгляд, весьма сомнительной.
В упомянутой выше работе Карпенко показываются основные пути разрешения этой проблемы, смысл которых в ограничении принципа полноты:
• наложение на полноту ограничения непротиворечивости;
• «локализация» действия противоречия в системах паранепротиворечивой логики, см., например, в работе [1].
В обоих случаях полнота оказывается «усеченной», не отвечающей приведенному выше понятию абсолютной полноты. А поскольку «усечение» может быть различным, система, основанная на такой полноте, не может являться универсальной.
Таким образом, мы оказываемся перед дилеммой:
(1) либо неполнота (или «усеченная» полнота по п.3) системы при ее логической непротиворечивости;
(2) либо абсолютная полнота при легитимации логической противоречивости.
При всех оговорках выбор, осуществляемый в работе [3], как и в других известных нам работах, останавливается, в конечном счете, на варианте 1; переход к однозначной и полной УС при этом оказывается невозможным.
В предложенном и обоснованном нами 3-ем варианте 1+2 (см. выше) полная, абсолютная система (с абсолютной полнотой в основании) делится на подсистемы/области:
(1) срединная «классическая» область частичности (где логическая противоречивость нелегитимна); в этой области – жесткий детерминизм, характерный для описания макроскопического предметного мира;
(2) краевая «квантовая» область полноты (где логическая противоречивость легитимна); в этой области – полнота свободы, возможно любое высказывание, любая фантазия – это отвечает, в частности, возможности творческого воображения.
Предполагая для полноты включение абсолютно всего, мы для осуществления своих теоретических построений выбираем из этого всего то, что необходимо и достаточно может осуществляться в адекватной теоретической картине мира. Такое вырезание из всего той части этого всего, что резонансно взаимодействует с нами как с внешними и внутренними относительно этой картины, есть осуществление метафизического антропного принципа.
Таким образом, вместо «усечения» полноты мы совершаем трансформационный квантовый скачок от представления об ограниченной («усеченной») полноте к полноте, включающей в себя абсолютно всё без каких-либо изъятий. Это дает возможность построения универсальной теоретической системы (УС), однозначно и полно согласующейся с данной человеку эмпирической картиной мира.
Области полноты и частичности связаны между собой, но при этом парадоксальным образом и разделены. Полнота свободы в краевой области полноты дает, в соответствии с квантовым соотношением неопределенностей, полную определенность в области частичности – в области нашей макроскопической предметной действительности [Моисеев В.И. От теории полноты к социопротокоду // Credo New. № 3(83), 2016. С.60-71.].
Введение концепта философской полноты, включающей в себя абсолютно всё, открывает возможность интегрально-квантового моделирования систем, обращенных по кругу на самих себя [Подзолкова Н.А., Шашков И.И. Интегрально-квантовое моделирование некоторых самообращенных систем. // Credo New. №3(83), 2015. – С.91-106.]. К таким системам, в частности, можно отнести человеческое самосознание, рефлексивное мышление, социум как результат рекурсивных коммуникаций.
Достижение абсолютной полноты в результате чисто логических построений невозможно – необходим трансформационный скачок в сознании мыслителя (превышение сознания транс-сознанием).
«Спуск» от области полноты к области частичности понимается как интегральное выведение, при котором из обобщенных законов краевой УС выводятся фундаментальные законы для конкретных дисциплин – законы метафизики, физики и психологии.
Решение задачи интегрального выведения (перехода от полноты к частичности) будет означать:
• В метафизике – выведение развитых философских систем, способных осуществляться в модусе полноты и, соответственно, составляющих устойчивую философскую реальность.
• В физике – выведение конкретных принципов и законов физического мира из общих законов метафизики.
• В психологии – построение неэмпирической и неэвристической модели психики, обоснованной из более широких соображений, чем собственно психологические.
Некоторые из перечисленных задач решены, другие последовательно решаются.
РЕЗЮМЕ. Релятивизм в выборе понятия полноты (и, вместе с этим, в выборе аксиоматического базиса для Универсальной Системы) заканчивается при трансформационном скачке к представлению о ничем не ограниченной, абсолютной полноте (всеполноте).
Только такой выбор понятия полноты открывает возможность построения полной, адекватной и однозначной краевой Универсальной Системы, «генерирующей» и верифицирующей более частные философские и научные системы для конкретных областей знания.
На разных ветках нашего форума вопрос о полноте возникает вновь и вновь…
Дело, как мне представляется, в том, что речь у меня и у Сергея Алексеевича идет о принципиально разных понятиях полноты.
Казалось бы, ну и что? – разные основания, разные аксиомы, разные системы, построенные на этих аксиомах…, и каждый имеет право на собственное мнение, на собственный подход, на собственную базисную систему аксиом. Так что и дискуссия о том, чья полнота «лучше», особенного смысла не имеет.
Это представляется очевидным и несомненным для очень многих (в т.ч., видимо, и для Сергея Алексеевича).
Но это несомненно в том случае, если последней инстанцией, последним критерием адекватности является внутренняя логическая непротиворечивость теоретической системы, логическая непротиворечивость ее оснований.
Ведь непротиворечивая логика не имеет собственных ограничений в развитии логических цепочек, ограничения на логические цепочки могут накладываться только «со стороны»:
в практике – из соответствия эмпирическим результатам;
в теории – при достижении отрицания логической непротиворечивости краевой логической противоречивостью (которая в теории может пониматься как L-противоречие – ВИМ).
Образно говоря, непротиворечивые логические цепочки «разбегаются» по желанию мыслителя в разные стороны, в теории «самой по себе» ограничение на них может накладываться на них только краевой логической противоречивостью.
Мыслители оказываются перед дилеммой:
1. либо отбраковывать цепочки, заканчивающиеся логической противоречивостью (при этом полнота теоретической системы недостижима по т. Геделя);
2. либо допустить легитимность краевой логической противоречивости (при этом может достигаться полнота теоретической системы).
Об этой дилемме я писал в ряде своих сообщений, в т.ч. в журнале ИС в статье «Интегральное доказательство бытия Бога».
Практически всегда подразумевается адекватным 1-вый вариант, при котором полнота системы недостижима, но зато в системе нет логической противоречивости.
Мною, однако, был сделан выбор 2-го варианта (на краю) при сохранении 1-го (в середине); подробнее см. в моих сообщениях, в т.ч. в упомянутой выше статье в журнале ИС. Такой выбор, казалось бы, открывающий ящик Пандоры (с бесконечным множеством гнездящихся в нем абсурдных результатов), открыл, тем не менее, волшебную шкатулку с удивительно простыми решениями задач, ранее адекватного решения не имевших.
В основание для такого выбора было положено представление о полноте, включающей в себя абсолютно всё – не только все какие-либо материальные и идеальные сущности, но и пространство-время этих сущностей, и всевозможные представления и мысли об этих сущностях, и даже их отрицание, в том числе и отрицание самой полноты.
Нами показано, что обращение к такой абсолютной полноте открывает возможность построения универсальной научно-философской системы (УС), адекватно и однозначно репрезентирующей картину мира в ее полноте [см., например, Войцехович В.Э., Шашков И.И. Социальный протокод как интегрально-квантовый феномен // Credo New, № 3(87), 2016. – С.72-90].
Такая полнота принципиально является логически противоречивой (уже хотя бы в силу логической противоречивости ее самопринадлежности, что показывается в теории множеств); это как раз и отвечает выбору мною интегрального варианта 1+2 из дилеммы выше.
Нельзя сказать, что я первый обратил внимание на возможность введения абсолютной, ничем не ограниченной полноты.
Однако практически во всех современных, фундаментальных работах по полноте (см., например, Карпенко А.С. Философский принцип полноты (часть I) // Вопросы философии, №6, 2013.) показывается, что ничем не ограниченная (в нашем случае – абсолютная) полнота принципиально является логически противоречивой, что в большинстве логических исчислений приводит к доказуемости любой, даже самой абсурдной, сформулированной на языке этого исчисления формулы. Развертывание принципа полноты ведет к абсолютному хаосу, к миру неразрешимых противоречий.
Соответственно, информационная значимость и, вместе с этим, научная ценность такого понятия полноты представляется, на первый взгляд, весьма сомнительной.
В упомянутой выше работе Карпенко показываются основные пути разрешения этой проблемы, смысл которых в ограничении принципа полноты:
• наложение на полноту ограничения непротиворечивости;
• «локализация» действия противоречия в системах паранепротиворечивой логики, см., например, в работе [1].
В обоих случаях полнота оказывается «усеченной», не отвечающей приведенному выше понятию абсолютной полноты. А поскольку «усечение» может быть различным, система, основанная на такой полноте, не может являться универсальной.
Таким образом, мы оказываемся перед дилеммой:
(1) либо неполнота (или «усеченная» полнота по п.3) системы при ее логической непротиворечивости;
(2) либо абсолютная полнота при легитимации логической противоречивости.
При всех оговорках выбор, осуществляемый в работе [3], как и в других известных нам работах, останавливается, в конечном счете, на варианте 1; переход к однозначной и полной УС при этом оказывается невозможным.
В предложенном и обоснованном нами 3-ем варианте 1+2 (см. выше) полная, абсолютная система (с абсолютной полнотой в основании) делится на подсистемы/области:
(1) срединная «классическая» область частичности (где логическая противоречивость нелегитимна); в этой области – жесткий детерминизм, характерный для описания макроскопического предметного мира;
(2) краевая «квантовая» область полноты (где логическая противоречивость легитимна); в этой области – полнота свободы, возможно любое высказывание, любая фантазия – это отвечает, в частности, возможности творческого воображения.
Предполагая для полноты включение абсолютно всего, мы для осуществления своих теоретических построений выбираем из этого всего то, что необходимо и достаточно может осуществляться в адекватной теоретической картине мира. Такое вырезание из всего той части этого всего, что резонансно взаимодействует с нами как с внешними и внутренними относительно этой картины, есть осуществление метафизического антропного принципа.
Таким образом, вместо «усечения» полноты мы совершаем трансформационный квантовый скачок от представления об ограниченной («усеченной») полноте к полноте, включающей в себя абсолютно всё без каких-либо изъятий. Это дает возможность построения универсальной теоретической системы (УС), однозначно и полно согласующейся с данной человеку эмпирической картиной мира.
Области полноты и частичности связаны между собой, но при этом парадоксальным образом и разделены. Полнота свободы в краевой области полноты дает, в соответствии с квантовым соотношением неопределенностей, полную определенность в области частичности – в области нашей макроскопической предметной действительности [Моисеев В.И. От теории полноты к социопротокоду // Credo New. № 3(83), 2016. С.60-71.].
Введение концепта философской полноты, включающей в себя абсолютно всё, открывает возможность интегрально-квантового моделирования систем, обращенных по кругу на самих себя [Подзолкова Н.А., Шашков И.И. Интегрально-квантовое моделирование некоторых самообращенных систем. // Credo New. №3(83), 2015. – С.91-106.]. К таким системам, в частности, можно отнести человеческое самосознание, рефлексивное мышление, социум как результат рекурсивных коммуникаций.
Достижение абсолютной полноты в результате чисто логических построений невозможно – необходим трансформационный скачок в сознании мыслителя (превышение сознания транс-сознанием).
«Спуск» от области полноты к области частичности понимается как интегральное выведение, при котором из обобщенных законов краевой УС выводятся фундаментальные законы для конкретных дисциплин – законы метафизики, физики и психологии.
Решение задачи интегрального выведения (перехода от полноты к частичности) будет означать:
• В метафизике – выведение развитых философских систем, способных осуществляться в модусе полноты и, соответственно, составляющих устойчивую философскую реальность.
• В физике – выведение конкретных принципов и законов физического мира из общих законов метафизики.
• В психологии – построение неэмпирической и неэвристической модели психики, обоснованной из более широких соображений, чем собственно психологические.
Некоторые из перечисленных задач решены, другие последовательно решаются.
РЕЗЮМЕ. Релятивизм в выборе понятия полноты (и, вместе с этим, в выборе аксиоматического базиса для Универсальной Системы) заканчивается при трансформационном скачке к представлению о ничем не ограниченной, абсолютной полноте (всеполноте).
Только такой выбор понятия полноты открывает возможность построения полной, адекватной и однозначной краевой Универсальной Системы, «генерирующей» и верифицирующей более частные философские и научные системы для конкретных областей знания.