ИНТЕГРАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ

Выпуск (13) 2023

allunity.ru

Выпуск (13) 2023 г.

http://allunity.ru

Ежегодный научный журнал

«ИНТЕГРАЛЬНАЯФИЛОСОФИЯ»

ЖУРНАЛ

ИНТЕГРАЛЬНОГО СООБЩЕСТВА

ВЫПУСК 13

The “Integral Philosophy” periodical

the 13-th publication, 2023

Бухаров Ю.Д, Бурылов А.Л., Сузи Р.

2023 г.

Содержание

Предисловие .........................................................................................4

Abstract .................................................................................................8

To bases of trans-immanent dynamics (Moiseev V.I.).......................8

On the Nature of Consciousness

(Burylov A.L.).)....................9

Transimmanence of freedom (logical- ontological explication)

(Bukharov Y.D.) .............................................................................................10

The Other, Time and Style as coordinates of the human dimension

(Podzolkova N.A.) ........................................................................................12

Transimmanence of Computational Systems (Souzi R.).................13

Tools for the interaction of inner worlds: trans-immanence of a

proper name (Lugowska H.)........................................................................14

Tex t .......................................................................................................16

В.И. Моисеев К основаниям трансимманентной динамики 16

А.Л. Бурылов О природе сознания .................................................44

Ю.Д. Бухаров

онтологическая экспликация) ............................................................66

Н.А. Подзолкова Другой, Время и Стиль как координаты

Трансимманентность

свободы

(логико -

человеческого измерения .....................................................................93

Р.А.Сузи Трансимманентность вычислительных систем ...129

Е.Г. Луговская Инструментарий взаимодействия внутренних

миров: трансимманентность имени собственного ...................149

Автор ы .............................................................................................164

3

Предисловие

«Ритмы трансимманентного» — так была обозначена ос-

новная проблематика настоящего номера ежегодного научного

журнала «Интегральная философия», и под этим знаком как

под счастливой звездой действительно получилось творить, ду-

мать, спорить и размышлять в особом — интегральном —

ритме.

Каждая статья, представленная в выпуске, — это не просто

попытка автора представить свое видение заявленной пробле-

матики из глубин сферы своей компетентности, — это много-

мерный диалог членов Интегрального сообщества, заданный

ритмом трансимманентного, не собрание статей, но единый

текст, реализующий по В.И. Моисееву «те или иные виды един-

ства трансцендентного и имманентного, выраженные либо синхро-

нистически (как некие смешанные состояния, сочетающие в себе ка-

кую-то степень имманентного и трансцендентного, или как вид

инвариант, сохраняющихся в переходах между ними), либо диахро-

нически – как те или иные переходы между этими состояниями».

Предметно-тематически настоящий выпуск развивает про-

блематику предыдущего номера, посвященного вопросам син-

тетического знания как универсального учения о Мирах (Миро-

логии), интегрируя в тему мирологического взаимоотношения

индивидуальных и коллективного внутренних миров модель

изолято-взаимодействия (где взаимодействуют онто-изоляты и

социо-эмердженты, и существует не вполне прозрачная связь

между онто-изолятами). Идея о том, что миры не могут образо-

вать простую множественность — как вещество, а образуют осо-

бый тип мироподобного многообразия, где индивидуальное

(уникальное) и универсальное находятся не в обратном, а пря-

мом отношении (универкального) находит свое отражение в

4

стилистически разных, но при этом таких близких по духу рабо-

тах, теснейшим образом между собой переплетённых.

Можно сказать, что статьи этого номера «Интегральной

философии» являются самореференцией к его содержанию, по-

скольку каждая статья, будучи малым миром (онтоизолятом),

успешно преодолевает свои границы и выходит на мета-дискурс

«ритмов трансимманентного».

Статья Моисеева В.И. традиционно задаёт общий тон вы-

пуску — как бы ударяет по струне, задаёт опорную частоту зву-

чания, которая затем украшается обертонами и возникает непо-

вторимая мелодия. В статье приведён первый строгий алгоритм

сильного суммирования на основе идей R-анализа и конечных

дифференциалов. И пусть, по словам самого В.И. Моисеева,

«это только зародыш нового математического аппарата, масштаб

его равен масштабу создания стандартного математического ана-

лиза в своё время. В природе нет бесконечно малых и бесконечно боль-

ших, но математический анализ, который основан на них, рабо-

тает. Почему? Потому что в природе даны конечные дифференци-

алы и интегралы, которые при определённых условиях хорошо при-

ближаются методами стандартного анализа. Но это не теория при-

ближений, в которой мы также работаем в рамках одной количе-

ственной системы. Это именно новая философия множества разных

состояний количества и их отношений (поликвантическая матема-

тика)».

Или можно взглянуть на синергетический текст нашего вы-

пуска, как на синусоиду, верхние полуволны которой больше си-

стематизируют и рационализируют, а нижние — добавляют ин-

туитивного вчувствования.

Так В.И. Моисеев задаёт первую системную (верхнюю) по-

луволну всей будущей трансимманентной динамики; затем Бу-

рылов А.Л. опрокидывает её вниз, чтобы за схемами не забыть

про мир звуков и запахов, про гармонию всемира и иррацио-

нальную интуицию; Бухаров Ю.Д., улавливая эти интуиции,

5

выстраивает логико-математическую структуру самого транси-

мманентного из всех онтосостояний человека — его свободы

(верхняя полуволна), но при этом заканчивает чудесным стихо-

творением; давая Н.А. Подзолковой создать новую человеко-

мерную координатную сетку для разговора о том, что действи-

тельно значимо и дорого живым существам, вводя условные «ко-

ординатные оси» Другой, Время и Стиль, дополняяя математи-

ческую модель В.И. Моисеева гуманитарным описанием и давая

возможность занырнуть в невыразимое (нижняя полуволна) и

зайти к проблеме размыкания со стороны поэзии сердца; на что

Р.Сузи, будучи частично захваченным некоторыми иррацио-

нальными переживаниями, всё же вновь очерчивает верхнюю

полуволну, предлагая интересную и по-своему единственную на

данный момент аналогию «прозрачного» для осмысления меж-

слойного взаимодействия— аналогию построения виртуальных

слоёв в компьютерных системах, для которых программист по

умолчанию находится в позиции сильного трансцендирования;

и наконец, Луговская Е.Г. у которой всегда (как у постоянного

редактора и созидателя) получается сделать самый красивый за-

вершающий аккорд, удивительным образом погружает нас в ги-

персеть упругих миров, с их удивительной внутренней динами-

кой расслоения, сгущения, фреймирования, а главное, с их спо-

собностью отзываться всей своей внутренней структурой на

звуки Своего Имени (нижняя полуволна), приходящие извне и

собирающие на внешнем слое внутреннего мира лучи нашего

внимания.

Все авторы, каждый взаимодействуя с каждым еще на

этапе подготовки статей (обсуждение материалов активно ве-

лось в профильной группе Интегрального сообщества «Неовсе-

единство» ТГ с февраля по июль 2023 г.), «перекликнулись» в

этом трансимманентном пространстве-времени, позвали друг

друга по Именам и получили некоторые смещения и переструк-

турирования своих миров в направлении друг к другу, чтобы

6

родился новый выпуск журнала как синергетический текст, ко-

торый безусловно создан не напрасно. В этой подлинно коллек-

тивной работе в трансимманентном пространстве-времени

мощно проявил себя эффект эмерджентности совместных уси-

лий, когда каждый сопричастен творческой работе другого, и в

результате многомерного диалога возникает эффект усиления

звучания каждого голоса в стройной мелодии трансимманент-

ного сотворчества.

Авторы

7

Abstract

To bases of trans-immanent dynamics

(Moiseev V.I.)

The article deals with the relationship between immanent

and transcendent and aims to express their transition in a new

non-classical mathematics view. I understand the transcendent

in the most general sense as something external to some domain

and the immanent as something internal to this domain. In a

substantial sense, these categories presuppose not just a domain

but a world-like domain possessing similarity to the world as a

whole and a sufficiently strong ontological closure. The internal

states of world-like systems can eternally strive towards their

boundary without ever being able to reach it ("closure mode" or

"weak transcendence" such a process is labelled). On the other

hand, the "strong transcending" process is also possible, which

can reach and go beyond the boundary of the world-like domain

in a finite number of steps. These processes are of central interest

and constitute this paper's main research subject. The conclusion

that there are no adequate structural means of their expression

for the strong transcending in modern science, first of all in

mathematics, is substantiated. To solve the problem of creating

such concepts, we use, developed by me (the author), the R-anal-

ysis (relativistic analysis of quantity) apparatus, within the

framework of which we introduce the notion of quantity shapes,

8

each of which has its own quality (layer) and can be in different

relations with other states, including the variant measure of in-

commensurability between them. I use special functions to ex-

press projections of some quantity shapes onto others and intro-

duce elements of the finite differentials' new apparatus and their

strong sums. A process of the simplest transition from one quan-

tity state to another is the mathematics of the trans-immanent

dynamics algorithm.

Immanent, transcendent, trans-immanent, quantity

shapes, quantity layer, R-function, finite differential, the

strong sum

On the Nature of Consciousness

(Burylov A.L.).)

The article attempts to redefine the consciousness essence as

a locus-space of accommodation of the object-based world (object-

based reality) by the individual's non-self who perceives and cog-

itates the world. In this definition of consciousness, the structure

of consciousness includes its substantive elements, represented

by two kinds of non-selves that the individual's Ego-The self dis-

tinguishes. The non-selves that the individual's The Self distin-

guishes represent such a kind as phenomena, or sensual non,

characterized by their inherent qualia (phenomena sensations of

visibility, audibility, tangibility, smell and taste) and,

9

accordingly, such sensory characteristics of objects-phenomena

as the visibility of their sensual image, sound, tactility, smell and

taste. Non-self-phenomena are distinguished by The Self of an

individual in his sensory perception. The second kind of non-self

that fills the consciousness with content is noumenon, and non-

temporality characterizes it. Its structure has no space-time char-

acteristics and sensory tissue. Noumena are non-selves and are

distinguished by the individual's The Self in its speculation.

They are concepts in logic and constitute elements of logical

thinking-recognition by the Ego The Self of the object-based di-

versity of the world, that gives semantic significance to the phe-

nomenal side of human perception and is meaningfulness of the

object-based world for an individual. When conceptual meaning-

fulness enters the consciousness structure, the outer meaningful

world diversity becomes mindful for a person.

Content of consciousness, objects-phenomena, ob-

jects-noumena, phenomenal picture in human conscious-

ness, conceptual noumenal content (content) of human

consciousness, subject-self of a person

Transimmanence of freedom (logical-

ontological explication)

(Bukharov Y.D.)

The article deals with the problem of logical-ontological ex-

plication of the most fundamental aspect of freedom: freedom as

10

the creation of meanings out of nothing. V.I.Moiseev's Projec-

tive-Modal Ontology and worldology, V.V.Nalimov's probabil-

istic calculus of essences and Robert Kane's concept of "causal

indeterminism" are applied to this. The paper analyses concepts

of transcendence, transcendentality, immanence, trans-imma-

nence, transistibility, universality, omni-versality, uniqueness,

connotation and the principles of causa sui and creatio ex nihilo;

offers the ontological proof of the trans-immanentive Transcend-

ence Θ actual existence, interpreted as ακτιστες ενέργειες

του Θεού (uncreated Divine energy), and the logical-ontological

Foundation transimmanence the presence of human individual-

ity unique spiritual personality hypostases. The ontological proof

of the trans-immanentive Transcendence Θ actual existence I

perform by modal logic means. The trans-immanence of freedom

- both about its immanence to the World, where the earthly life

takes place, and about the human's freedom transcendence,

which dominates above just gnomic freedom, freedom of choice

relies on aforementioned. Two logical-ontological formulas of

freedom concept derived from V.A. Lefebvre's theory of reflection

correspond to its two main types: grace-filled and "uncondi-

tional" freedom.

God, the World, spirit, logos, essence, freedom, causa

sui, creatio ex nihilo, creationism, transcendence, tran-

scendentalities, immanence, trans-immanence, transisti-

bility, universality, omniversality, uniqueness, mirology,

henology, ontology, logic

11

The Other, Time and Style

as coordinates of the human dimension

(Podzolkova N.A.)

The article attempts to create a new human-dimensional co-

ordinate grid for talking about what is important and dear to liv-

ing beings. But the very concepts of "coordinate grid" or "grid

of categories" have a connotation of "networks and binds", into

which everything living and vital habitually falls, becoming the

scientific discourse subject. That is why it is critical that the new

coordinates are not caught and not closed, but opened and re-

leased. V.I. Moiseev describes this intention in R-analysis of

polyquantitive mathematics through the "process of mixed open-

ing". The author of the article submits the arbitrary "coordinate

axes" such as the Other, the Time and the Style and complements

the mathematical model of V.I. Moiseev with a humanitarian de-

scription in a poetic and philosophical language directed towards

the deep communication of the living worlds. The old concepts

inevitably formulate new shades of meanings, and neologisms

have to be formed for new-born signification.

Total-beingness, Infinite-beingness, The Other, time-

perance-dimension (time+temperance), time-peaceable-di-

mension, non-local present, metaphoricity, style, the heart

12

Transimmanence of ComputationalSystems

(Souzi R.)

The article explores potential parallels between certain con-

cepts of worldology (mirology) and the computer systems struc-

tures as substrates of the small worlds. In computer science and

practice, a wealth of conceptions has been amassed concerning

various types of system interactions or "virtual worlds" amongst

themselves. In particular, this study examines such relationships

between "worlds" as emulation and communication between

"worlds" of the same level. The author discusses the layered

structure of one "world" (levels of abstraction) separately. Each

level is a gradation that doesn't reach the rate of the small world

due to its insufficient isolation. The author gave the possible in-

terpretation of transimmanence (the unity of the immanent and

the transcendent) founded on the structures known to him,

which arise in practical activity. The author identifies other types

of relationships between worlds, which require further contem-

plation and discovers analogues in other spheres of existence. The

conclusion is regarding the usefulness of establishing analogies

between the concepts of integral philosophy and contemporary

complex technical systems in the context of efforts to conduct

open syntheses based on materials from science, culture, and pro-

fessional practice.

Trans-immanence, transcendence, immanence, emula-

tion, abstraction, worldology (mirology), onto-code, ab-

straction, computer system, programming

13

Tools for the interaction of inner worlds:

trans-immanence of a proper name

(Lugowska H.)

The material explores the idea that individuals, having their

inner world, where the inner world is a closed system, can nev-

ertheless open up to each other and ensure the interaction of in-

ternal worlds through some entry points. The proper name is an

entry point culturally and historically. It does not mean that this

is the only way to enter, but it is a particular case that allows us

to build a model of the internal worlds' interaction and suggest

how the external space in which they exist is organized. The in-

ner world we consider to be a world-like structure, characterized

by the closure of a finite volume, which immerses in external

space, where, in addition to it, other inner worlds are wrapped

up in it. These worlds interact with each other and their very

interaction models, the external environment in which they re-

side. The outer space is thus a kind of hypernetwork, but the ele-

ments that "create" it do not dissolve in it and cannot even be

taken as its components of the hypernetwork. The outer space is

essentially transcendental. Each world is immanent to itself but

transcendent to another inner world. The existence of instru-

mental small worlds in the external ensures such a state. This

existence is trans-immanent in essence. For the case under con-

sideration of the inner worlds interaction with each other and

with the external, such a small world is the World of the Word,

one of the components of which is a proper name. The energy of

14

the proper name as a component of the Word's small world reso-

nates with the attention energy that arises on the inner world's

layered structure and thus provides the possibility of interaction

of the inner world with the outer space and other inner worlds.

The proper name, the small world, The World of the

Word, trance-immanence, attention energy, inner world's

layered structure, interaction

15

Text

В.И. Моисеев

К основаниям

трансимманентной динамики

В статье рассматривается тема отношения имманентного и

трансцендентного и ставится задача выразить на уровне новой

неклассической математики процесс перехода между ними.

В самом общем смысле трансцендентное понимается как нечто

внешнее к некоторой области, имманентное — как внутреннее к

этой области. В более сильном смысле эти категории предпола-

гают не просто область, но мироподобную область, обладаю-

щую подобием миру в целом и достаточно сильным онтологи-

ческим замыканием. Внутренние состояния мироподобных си-

стем могут вечно стремиться к их границе, так и не имея воз-

можности достичь её (такой процесс обозначен как «режим за-

мыкания» или «слабое трансцендирование»). С другой стороны,

возможны и процессы «сильного трансцендирования», которые

способны за конечное число шагов достичь и выйти за границу

мироподобной области. Именно эти процессы представляют

основной интерес и составляют главный предмет исследования

данной работы. Обосновывается, что для процессов сильного

трансцендирования не существует в современной науке — и в

первую очередь в математике — адекватных структурных

средств их выражения. Для решения задачи создания таких

средств используется аппарат развиваемого автором R-анализа

(релятивистского анализа количества), в рамках которого вво-

дится представление о состояниях количества, каждое из кото-

рых обладает своим качеством (слоем) и может находиться в

разных отношениях с другими состояниями, в том числе с раз-

ной мерой несоизмеримости между ними. Используются спе-

циальные функции для выражения проекций одних состояний

16

количества на другие и вводятся элементы нового аппарата ко-

нечных дифференциалов и их сильных сумм, на основе чего да-

ётся алгоритм простейшего процесса перехода от одного состо-

яния количества к другому, что можно трактовать как матема-

тику трансимманентной динамики.

Имманентное, трансцендентное, трансимманентное,

состояния количества, количественный слой, R-функция, ко-

нечный дифференциал, сильная сумма

В философии уже достаточно давно, особенно после Канта,

активно используются понятия «имманентное» и «трансцен-

дентное». Их использованием предполагается какая- то область

бытия (сознание, внутренний мир, культура и т.д.), которая рас-

положена в объемлющем многообразии, и тогда то, что нахо-

дится внутри этой области, называется имманентным (для этой

области), а выходящее за её границы — трансцендентным.

Например, бессознательное является трансцендентным созна-

нию (выходит за его границы), но выступает имманентным для

внутреннего мира (находится внутри него). Отсюда мы пони-

маем, что «быть имманентным» и «быть трансцендентным» —

это двуместные предикаты, которые всегда предполагают неко-

торую область, только в отношении к которой нечто может вы-

ступать как имманентное или трансцендентное.

Имманентное в этом случае — лежащее внутри данной об-

ласти, трансцендентное — лежащее вне неё.

Но это лишь первое приближение к экспликации смысла

данных понятий. Более глубокий их смысл связан с тем, что та

область, в отношении к которой нечто выступает как имманент-

ное или трансцендентное, обычно рассматривается как сильная

онтологическая целостность, например, сознание или то или

иное мир-бытие (мир в целом, тот или иной малый мир). Этот

дополнительный оттенок можно выразить следующим обра-

зом: исходная область трактуется как определённый вид мир-

17

бытия — либо как внутренний мир, либо как мир внешний. Все

такие миры можно называть мироподобными системами (мир-си-

стемами), имея в виду свойство «мироподобия» как выражение

подобия большому миру, как определение в качестве большого

или малого мира (подробнее см. [Моисеев 2022]).

Такой дополнительный оттенок мироподобия для исход-

ной области, относительно которой определяются понятия

«имманентное» и «трансцендентное», приводит к ряду новых

определений этих категорий. Исследованию таких свойств и бу-

дет посвящена наша работа.

Главное, что возникает в мироподобных системах, — это

высокая онтологическая автономность и замкнутость таких си-

стем. Из них невозможно просто так выйти, они как бы замы-

кают в себе их внутренние события и процессы. Попытка выйти

из таких систем обычно приводит к тому, что возникает беско-

нечный процесс приближения к их границе, который, казалось

бы, всё приближает и приближает к границе системы, но так

никогда и не способен её достичь.

Например, вы как угодно подробно будете объяснять ре-

бёнку, что нужно сделать, чтобы стать взрослым, и он будет ста-

раться это сделать всё больше и больше, но пока он ребёнок, он

так и будет оставаться в своём детском сознании, лишь имити-

руя в нём воспроизведение взрослых форм, а реально оставаясь

внутри детского сознания, возможно, лишь бесконечно двигаясь

к его более периферическим областям, которые ближе к струк-

турам взрослого сознания. И только реальное взросление по

прошествии ряда лет по-настоящему сможет вывести сознание

человека из детского во взрослое состояние.

Таким образом, в таких высокозамкнутых мироподобных

системах, как сознание вообще или те или иные его стадии раз-

вития, мы видим два возможных процесса — один лишь имити-

рует выход из системы, бесконечно приближаясь к её границе,

но так и оставаясь внутри неё (назовём такой процесс режимом

18

замыкания или слабым трансцендированием), а второй процесс

может реально вывести за границы данной системы (режим раз-

мыкания или сильного трансцендирования).

Наполняясь этим более глубоким смыслом, связанным с

природой мироподобных систем, понятия «имманентного» и

«трансцендентного» выражаются своеобразной новой логикой

движения этих систем, которая с нашей точки зрения, представ-

ляет собой ещё не до конца прояснённую структуру и нуждается

в дальнейших более глубоких своих экспликациях. В частности,

как будет показано далее, отмеченные выше режимы замыкания

и размыкания (слабого и сильного трансцендирования) при бо-

лее глубоком исследовании поведут нас к созданию новой ло-

гики и математики, выражающей законы и принципы своего

рода ритмодинамики трансцендентного и имманентного — дви-

жений трансимманентной диалектики.

В самом общем смысле трансимманентное можно пони-

мать как те или иные виды единства трансцендентного и имма-

нентного, выраженные либо синхронистически (как некие сме-

шанные состояния, сочетающие в себе какую-то степень имма-

нентного и трансцендентного, или как вид инвариант, сохраня-

ющихся в переходах между ними), либо диахронически — как

те или иные переходы между этими состояниями.

Будем рассматривать некоторую мироподобную систему,

например, наше сознание. Для него определены разные виды

иного, в отношении с которыми сознание имеет свои границы.

Например, такими видами иного выступают 1) бессознательное,

2) внешний мир, 3) иное сознание (сознание другого субъекта).

В направлении к каждому из этих видов иного мы можем начать

двигаться изнутри нашего сознания, всё более приближаясь к

границе с иным.

Например, мы можем посмотреть на стул и сказать: «Вот

стул, это объект внешнего мира». Но затем мы можем понять,

что это не сам объект, а только образ объекта в нашем сознании.

19

Казалось бы, прикоснувшись к внешнему миру, мы на самом

деле опять оказались в своём внутреннем мире. Осознав это, мы

можем попытаться более сильно пробиться к внешнему миру, в

частности, к стулу как внешнему объекту. Мы можем призвать

на помощь своего друга и спросить: «Ты видишь, что это стул?

Что у него 4 ножки и спинка? Что он деревянный?» И друг всё

это подтвердит. И тогда мы сможем более уверенно утверждать,

что это всё же объект внешнего мира, а не просто его образ в

нашем внутреннем мире, поскольку и друг видит то же, что мы.

Но затем нас опять пронзит предательская мысль: «А почему я

уверен, что друг видит то же, что я? Ведь я не воспринимаю его

внутренний мир непосредственно, но только лишь те слова и

жесты, которые производит его тело и которые опять-таки явля-

ются лишь образами в моём сознании». И вновь всё вернётся к

началу, и наш внутренний мир опять замкнётся в себе...

И так можно продолжать до бесконечности: на каждый вид

эмпатии в какой-то вид иного для вашего сознания, это прокля-

тое сознание опять создаст рефлексию и покажет, что вы вновь

попали внутрь него, но может быть в какую-то более перифери-

ческую его область. В итоге мы бесконечно будем приближаться

к границе сознания с внешним миром, так никогда и не достиг-

нув её. Но всё же внешний мир может вторгаться в наше созна-

ние, в наш внутренний мир.

Например, когда возникают обстоятельства, не зависящие

от нас, и мы вынуждены им подчиняться. Такова болезнь со сво-

ими страданиями и болью, или просто высокая стена, которую

невозможно перепрыгнуть. В этом случае, конечно, можно ре-

флексировать и над стеной, считая её состоянием нашего внут-

реннего мира, но это всё равно не поможет её преодолеть. А вот

если я сооружу лестницу и перелезу через стену, я смогу её пре-

одолеть. А это логика чисто внешнего мира: мы ищем объекты

во внешнем мире, мы применяем законы внешнего мира, чтобы

соорудить из этих объектов какую-то структуру и использовать

20

её для достижения наших целей. И объекты, и законы — они все

не зависят от нас и нашей воли. Они навязываются нам извне и

приходят как настоящее иное.

Эти и подобные им примеры — классические для филосо-

фии, и философская мысль давно над ними бьётся, порождая

системы то более солипсические, то более объективистские. Но

реально мы имеем дело с особой мироподобной системой, ко-

торая может как замкнуться в себе, так и разомкнуться. И есть

некоторые факторы, которые определяют ту или иную дина-

мику, и есть какая-то логика в таких переходах и движениях.

В попытках экспликации такой логики, начнём теперь

структуризацию всех подобных состояний и движений.

Когда мы находимся внутри той или иной мироподобной

системы (например, сознания) и пытаемся всё более двигаться в

направлении к какому-то иному (например, к внешнему миру),

то здесь возникает уже некоторая структура, которая предпола-

гает идеи: 1) направления, 2) расстояния, 3) границы и т.д. Есть

некоторая область, выделено некоторое направление в этой об-

ласти от более центральных к более периферическим областям

этой области, и есть некая метрика, расстояние, откладываемое

вдоль этого направления, которое позволяет говорить о том,

ближе или дальше мы находимся на этом направлении от неко-

торой исходной точки. Всё это можно моделировать в рамках

некоторого метрического пространства — пространства, где за-

дана метрика, т.е. расстояние между элементами пространства.

В простейшем случае это просто прямая линия, на которой

можно откладывать расстояния.

Изнутри себя мироподобная система замкнута, и сколько

не приближайся к её границе в рамках слабого трансцендирова-

ния (режима замыкания), её никогда не удаётся достичь. Это

можно моделировать как движение по прямой от исходной

точки нуля в направлении к бесконечности некоторыми ша-

гами, которые идеализированно можно представить числами 1,

21

2, 3, ..., где переход от предыдущего числа n к последующему

числу n+1 выражает очередной шаг слабого трансцендирования

в направлении к бесконечной границе. Такая динамика никогда

не достигнет бесконечности, т.е. никогда не выведет за рамки си-

стемы. Это и есть модель слабого трансцендирования (режима

замыкания).

Но как же тогда должна выглядеть модель сильного транс-

цендирования?

Когда в наш внутренний мир вторгается стена, и нам нужно

соорудить лестницу, чтобы перелезть через стену, то бесконеч-

ные рефлексии заканчиваются, и мы прямо работаем со стеной

и внешними объектами, как бы прорываясь во внешний мир.

Внешний объект (стул, стена), которые ранее были на бесконеч-

ном расстоянии от сознания, теперь оказываются конечно до-

стижимыми, и мы прямо работаем с ними. Происходит сильное

трансцендирование из внутреннего мира во внешний.

Как это выразить более структурно?

Если выше метрику внутреннего мира (сознания) мы выра-

жали прямой линией, граница которой лежала на бесконечно-

сти, то теперь эта граница (в лице внешнего объекта) парадок-

сальным образом оказывается на конечном расстоянии от ис-

ходного состояния. Например, она начинает совпадать с некото-

рым конечным числом М, и мы за конечное число шагов (М ша-

гов) можем достигнуть её.

Но, что если мы оглянемся назад и посмотрим, как же те-

перь будет выглядеть слабое трансцендирование, которое беско-

нечно топталось у границы? И мы увидим, что мы бесконечно

приближались к числу М, совершая бесконечное число шагов, в

то же время так никогда и не достигая числа М. Это начнёт вы-

глядеть теперь как всё большее сплющивание метрики слева от

числа М, когда возникнет ряд вещественных чисел х1, х2, х3, ..., ко-

торые будут бесконечно стремиться к М, никогда не состоянии

его достичь. В математике такой процесс называется предельной

22

последовательностью — бесконечной последовательностью чи-

сел xn, имеющей своим пределом некое число М, что кратко вы-

ражают так: lim _n→xn = M.

В итоге наша структура начинает всё более обогащаться: от

числовой прямой с числами 1, 2, 3, ... и бесконечной границей

 мы переходим к предельной последовательности xn, имеющей

своим пределом конечное число М.

Но эти два ряда — числа n и xn — связаны между собой:

когда совершается сильное трансцендирование, мы начинаем

видеть числа n как хn. Следовательно, эти два ряда чисел законо-

мерно связаны между собой, что можно выразить определён-

ным отображением (функцией), которое переводит числа n в хn

.

Переход к сильному трансцендированию можно моделировать,

используя в том числе эту функцию (рис. 1).

Рис. 1. Две позиции в отношении к границе с иным: имма-

нентная, когда граница уходит на бесконечность (представ-

лена бесконечным натуральным рядом вверху), и трансцен-

дентная, когда бесконечность предстаёт как конечное число

(представлена предельной последовательностью xn внизу).

23

Впрочем, вместо того чтобы строить лестницу и перелезать

через стену, мы можем опять впасть в задумчивость и воспри-

нять стену как образ нашего сознания, пытаясь справиться с ним

внутри сознания, вновь обнаруживая, что это невозможно, де-

лая новые усилия и т.д. В этом случае мы вновь вернёмся от ряда

x

n

к ряду n, в котором стена уйдёт на бесконечность ∞.

Следовательно, есть не только переход от ряда n к xn, но и

обратно. Значит, должны быть даны две функции — одна пере-

водит от xn к n, другая обратно. Я буду называть эти функции R-

функциями (R — от «relativistic»), обозначая первую как прямую

R-функцию, R⁺¹M, вторую — как обратную R-функцию, R^-1M. Пря-

мая R- функция переводит бесконечный ряд чисел, стремя-

щийся к конечному пределу, в бесконечный ряд, уходящий в

бесконечность, инфинитизируя предел бесконечной последова-

тельности. Обратная R-функция, наоборот, переводит бесконеч-

ный предел последовательности в конечный.

В общем случае таких функций может быть бесконечно

много, например, таковы функции тангенса и арктангенса

(рис. 2).

Рис. 2. Примеры прямой (слева) и обратной (справа) R-функций

как функций тангенса и арктангенса соотв.

24

Но это ещё далеко не вся логика трансимманентной диа-

лектики. Мы рассмотрели на данный момент две крайности:

1) когда мы полностью внутри внутреннего мира, несоиз-

меримого с миром внешним,

2) когда субъект обнаруживает себя во внешнем мире и

действует в нём, определяя себя волне соизмеримо с ним.

Но есть ещё третий процесс, который представляет

наибольший интерес, — это когда мы начинаем движение

внутри внутреннего мира и постепенно — за конечное число ша-

гов — переходим к миру внешнему.

Например, человек видит стену и вначале она кажется ему

совершенно непереходимой. Это позиция внутреннего мира,

несоизмеримого с миром внешним. Затем человек начинает

размышлять, нельзя ли как-то эту стену преодолеть. Это уже ин-

тенция к выходу из внутреннего мира во внешний мир. Напри-

мер, он видит какие-то неровности стены и пытается вскараб-

каться по ней, используя эти неровности. Это уже некоторая ги-

потеза преодоления стены и попытка её воплощения, т.е. про-

рыва во внешний мир. Допустим, ничего не получается, человек

срывается вниз. Его гипотеза оказалась нереализуемой и оста-

лась лишь мыслительным проектом, хотя и была попытка её ре-

ализации. Это уже некоторое промежуточное состояние между

бытием внутреннего и внешнего мира.

Так человек может совершать несколько попыток, выдви-

гая разные гипотезы, в том числе учитывая ошибки и неполно-

ценности старых гипотез. Его гипотезы и виды деятельности бу-

дут приобретать всё более реалистичный вид, и, например, в ги-

потезе построения лестницы, ему удастся наконец реализовать

свой план и преодолеть злополучную стену, так что его гипотеза

полностью обретёт статус не просто мыслительного проекта, но

проекта, реализованного во внешнем мире, что будет выражать

настоящий прорыв в этом мир.

25

На примере подобных процессов мы имеем дело с некото-

рым промежуточным движением: когда процесс начинается в

области имманентности, а затем — за конечное число шагов —

переходит в область, трансцендентную (внешнюю) к имманент-

ной области.

Давайте попробуем это выразить структурно и посмот-

рим, что получится.

Итак, вначале мы находимся в области имманентности, что

символизируется бесконечным рядом 1, 2, 3, ... и удалением гра-

ницы на бесконечность ∞. В данном случае бесконечность ∞ —

это стена, которую удалось бы преодолеть. И пока совершенно

не ясно, как это сделать. Так что начало процесса понятно.

Понятен также и конец процесса. Когда в итоге стену уда-

лось преодолеть, то мы уже обнаруживаем себя в новой реаль-

ности, где инаковость стены конечна, что можно изобразить ко-

нечным числом М, которое мы преодолеваем (в лице лестницы)

— как некоторое число x  М.

Это значит, что в конце процесса мы находимся в новой

метрике, где наш бесконечный ряд 1, 2, 3, ..., который никогда не

мог справиться со стеной, теперь видится нам как ряд x1, x2, x3, ...,

бесконечно топчущийся у границы стены М и никогда не способ-

ный её достичь, воспринимающий её как бесконечность, хотя те-

перь мы вполне переживаем её как некоторую вполне преодо-

лимую конечность (рис. 3).

26

Рис. 3. Трансцендирование за конечную границу М (красная

стрелка).

Но как теперь выразить переход от начала к концу? Здесь

не подойдёт ни ряд 1, 2, 3, ..., уходящий в бесконечность, ни ряд

x

1, x2, x3, ..., бесконечно сжимающийся перед своим пределом М.

Оба ряда одинаково не могут достичь своей границы.

Тогда, быть может, подойдёт метрика того состояния силь-

ного трансцендирования, в которой граница М конечна? Ведь

именно здесь мы можем спокойно перейти за границу М. Но

именно это спокойствие нам также не подходит, поскольку оно

не отражает ту бесконечную несоизмеримость, которая была в

начале пути. Нам не подойдёт ни одна из чистых позиций — ни

позиция полного замыкания в себе области имманентности, ни

позиция полного погружения в область, трансцендентную ей.

Нам нужен именно переход от первого ко второму. Это подлин-

ная среда трансимманентного, которая нуждается в каком-то

адекватном своём выражении. Мы начинаем в чистой имма-

нентности, заканчиваем в чистой трансцендентности, но в про-

межутке мы где-то между ними. Что такое это «между»?

Можно было бы попытаться выразить это «между» логи-

кой предельного процесса lim _n→xn = M, когда имеется

27

предельная последовательность xn, которая стремится к пределу

М, и мы вначале находимся в реальности этой бесконечной по-

следовательности, которая никогда не достигает своего предела,

а потом переходим к пределу М.

Но логика «между» здесь достаточно бедная. Согласно

стандартному математическому анализу, нам лишь нужно убе-

диться, что последовательность хn сходится, и что точкой такого

схождения является число М. Явным образом мы оперируем

здесь только с последовательностью xn, и момент бесконечного

ряда 1, 2, 3, ..., который отображается в последовательность x1, x2

,

x

3

,..., присутствует здесь неявно — как момент изоморфности

этих двух рядов. Сам же переход к пределу М совершается в об-

ласти трансцендирования, не выражая в себе никакого каче-

ственного скачка. Это позиция как бы финального редукционизма,

когда промежуточный процесс перехода от имманентного к

трансцендентному рассматривается задним числом — с точки

зрения уже достигнутого финала, уже осуществлённого силь-

ного трансцендирования, и здесь уже всё оказывается имманент-

ным относительно более трансцендентной области реальности.

Так что и аппарат теории пределов в стандартном матема-

тическом анализе улавливает процесс перехода от имманент-

ного к трансцендентному весьма бледно и неявно, эксплуатируя

господствующую позицию финального редукционизма.

В итоге, как можно предполагать, в современной матема-

тике не оказывается средств для адекватного структурного выра-

жения промежуточного процесса перехода от имманентного к

трансцендентному (при более широком понимании — и для об-

ратного процесса).

Осознав, что достаточных средств такого рода нет, в своё

время я начал систематическое исследование этого вопроса и

постоянно предпринимал и предпринимаю попытки создать

адекватные структурные средства для процессов перехода

между трансцендентным и имманентным. Подобный проект

28

был обозначен как проект так называемого «R-анализа» — реля-

тивистского анализа количества, когда фундаментальные состоя-

ния количества — состояния конечности (финитности) и беско-

нечности (инфинитности) оказываются относительными и спо-

собны взаимопереходить друг в друга. На данный момент из-

дано уже достаточно большое число текстов по R-анализу

(см. список литературы к статье), и исследования в этой области

продолжаются. Одна из главных и наиболее трудных тем этого

нового математического аппарата как раз и состоит в том, чтобы

создать математику переходов между имманентным и транс-

цендентным. На данный момент достигнуты определённые

успехи, с точки зрения которых можно предложить первые ре-

шения указанной проблемы. Ниже я постараюсь кратко выра-

зить основные принципы и структурные решения в этом

направлении.

Когда мы находимся внутри некоторой области имманент-

ности, то она кажется нам бесконечной в своих границах, и до-

стичь мы их никогда не сможем. Следовательно, состояние им-

манентности связано с бесконечностью. Когда же мы трансцен-

дировали эту область, то обнаружили её границы как конечно

достижимые. В итоге тема имманентного/трансцендентного вы-

ходит на тему бесконечного/конечного. Трансцендировать — зна-

чит, оконечить бесконечное. Но современная математика постро-

ена так, что у нас нет состояния «между» конечным и бесконеч-

ным, мы можем только дискретно прыгать между двумя этими

состояниями. В этом и состоит основная трудность. Нам нужна

математика, которая введёт состояния, промежуточные между

конечным и бесконечным.

Постановкой такой задачи мы предполагаем как бы неко-

торую новую среду, в которой конечное и бесконечное являются

двумя крайними состояниями, а между ними может находиться

спектр промежуточных состояний. Это среда разных состояний

количества, когда количество может пребывать в разных своих

29

состояниях — конечного, бесконечного и промежуточного каче-

ства. По сути, это уже идея не просто количества, но количества

определённого качества. Нужно некоторое многообразие, в ко-

тором есть разные количества — количества разных качеств.

Элементы количества разных качеств мы находим уже в

стандартном математическом анализе.

Например, на множестве вещественных чисел, которые

можно изображать точками прямой линии (числовой прямой),

есть, как минимум, количества трёх разных качеств — это 1) ко-

нечное количество, 2) бесконечно большое количество ∞, и

3) бесконечно малое количество 1/∞. Но числовая система по-

строена так, что бесконечное здесь максимально вытеснено за

структуры конечного количества — в области бесконечно уда-

лённых (больших или малых) границ. Можно предполагать, что

такое взаимоопределение количеств разных качеств не абсо-

лютно, но выражает некоторую квантитативную оптику, при

которой одно количество (конечное) растягивается до бесконеч-

ности, а другое вытесняется в область бесконечно удалённых гра-

ниц¹. А что будет, если предположить иную перспективу?

В основе R-анализа и лежит эта главная идея — разных пер-

спектив квантитативной оптики, когда количества разных ка-

честв могут по-разному определяться относительно друг друга².

Приведу здесь один пример.

Допустим, есть два одномерных количества X и Y, которые

внутри себя одинаково представляются как множества веще-

ственных чисел. С другой стороны, например, количество Y мо-

жет быть спроецировано в количество Х. Как в этом случае

1

Математику с такой оптикой я называю также моноквантической матема-

тикой, поскольку она абсолютизирует одно состояние количества, макси-

мально вытесняя другие.

2

Математика, оперирующая с разными такими оптиками, может называться

поликвантической математикой — математикой разных относительно равно-

правных состояний количества.

30

может быть выражено количество — вот это и есть центральный

вопрос R-анализа. Возможно, здесь могут присутствовать раз-

ные варианты, выразим пока самый типичный из них.

Если, например, количество Y меньше, чем количество Х,

то при своём проецировании на Х количество Y сожмётся в не-

который интервал (-m(φ),m(φ)) вокруг нуля количества Х. Такое

сжатие должно быть изоморфизмом, чтобы ничто в структуре

количества Y не потерялось. В общем случае количество Y мо-

жет давать интервал разного размера — вот почему здесь при-

сутствует некоторый параметр φ, от которого зависит верхняя

граница интервала m(φ).

Например, параметр φ может выражать меру несоизмери-

мости между количествами Х и Y. Если, допустим, параметр φ

изменяется в некоторой области φ [φ

־

,φ+], где φ

־

<φ+, так что φ

־

выражает минимальную несоизмеримость количеств Х и Y, то

эти количества в случае φ = φ

־

должны совпасть при проекции

Y на Х, что можно выразить условием m(φ

־

) = ∞.

Другая крайность — когда количества Х и Y максимально

несоизмеримы, т.е. φ = φ+, тогда имеем вариант m(φ+) = 0, т.е.

при проекции Y на Х вся количественная шкала Y сожмётся в

ноль на шкале Х, и мы получим стандартный вариант элементов

Y как бесконечно малых для количества Х. Поэтому шкалу Y

можно называть шкалой бесконечно малых, но вкладывая те-

перь более неклассический смысл в это название. Одна из воз-

можных интерпретаций описанных отношений — когда мы по-

нимаем количества Х и Y как две числовые прямые, которые пе-

ресекаются в точке ноль, и прямая Y может находиться под уг-

лом φ к прямой Х, так что φ [0,π/2].

31

Когда φ=0, прямые совпадут. Когда φ=π/2, т.е. прямая Y

находится под углом 90 к прямой Х, то она проецируется в ноль

прямой Х (рис. 4).

Например, m(φ) = m/tgφ.

Рис. 4. Проекция оси Y на ось X при разных значениях пара-

метра несоизмеримости φ как угла наклона прямой Y относи-

тельно прямой X. В общем случае Y может пересекать Х не

обязательно в нуле, но в любой точке хХ.

Такая геометрическая интерпретация работает только в

одну сторону — при проецировании прямой Y на прямую Х.

Если мы попытаемся применить её в обратную сторону, то по-

лучим симметричное отношение прямой Х к прямой Y. Но если

мы считаем количество Y меньшим, чем количество Х, то отно-

шения их должны быть асимметричными, поскольку большее в

32

отношении к меньшему является большим, но никак не мень-

шим. Поэтому для проекции прямой Х на прямую Y мы

должны предположить обратные отношения: прямая Х про-

ецируется в прямую Y таким образом, что интервал (-

m(φ),m(φ)) отображается на всю прямую Y, а все величины, вы-

ходящие за этот интервал, отображаются в +∞ (для величин

хm(ф)), или -∞ (для величин х-m(ф)).

Поэтому здесь лучше использовать не ортогональную де-

картову (рис. 4), а параллельную геометрическую интерпретацию

отношения двух шкал Х и Y, когда они располагаются парал-

лельно друг под другом, — см. рис. 5.

Измерение (ось) Y(О, φ) бесконечно малых величин

Рис. 5. Параллельная интерпретация отношения двух ко-

личественных шкал Х и У, когда они расположены параллельно

друг под другом. Интервал (-m(φ),m(φ)) можно называть мона-

дой своего центра.

Поэтому хотя такого рода проекции одной количествен-

ной системы в другую и не вполне совпадают с геометриче-

скими представлениями, но имеют вполне чёткую логику.

Итак, если количество Y меньше количества Х, что можно

выразить обозначением Y<Х, то при своём проецировании на Х

количество Y даёт интервал (-m(φ),m(φ)), а количество Х при

33

проекции на Y выражается обратным отображением. Роль та-

ких проекций выполняют R-функции: R⁺¹m(φ) — прямая R-

функция, изоморфно отображающая конечный интервал

(- m(φ),m(φ)) на всю числовую прямую, и R^-1m(φ) — обратная

R- функция, изоморфно сжимающая всю числовую прямую в

интервал (-m(φ),m(φ)).

Самое новое здесь — это параметр φ, который занимает це-

лый спектр значений [φ

־

, φ⁺], где только значение φ+ выражает

несоизмеримые отношения разных количеств в стандартной ма-

тематике (когда количество Y оказывается бесконечно малым

для Х). Теперь же у нас появляется целый спектр таких значе-

ний, в том числе промежуточные состояния между φ- и φ+, че-

рез которые можно выразить переходы между имманентным и

трансцендентным.

Итак, мы вводим разные количества (пока одномерные),

различаем их самобытийные и инобытийные (проекция одного

количества в другое) состояния, и определяем стандартный слу-

чай инобытийного состояния одного количества относительно

другого. Следствием такой методологии является появление но-

вого параметра φ, который выражает новое измерение (новую

степень свободы) в организации количеств, в рамках которого

они могут принимать те или иные состояния и отношения друг

к другу. Далее параметр φ (или пропорциональный ему) я буду

называть слоем количества (количественным слоем, слоем). Ис-

пользуя эту терминологию, можно сказать, что каждое количе-

ство определено в своём слое, и возможны проекции количества

одного слоя в количество другого слоя.

В подобной перспективе проблема перехода между имма-

нентным и трансцендентным получает уже более чёткое пред-

ставление. Она теперь может быть сформулирована как пере-

ходы между количествами разных слоёв в промежуточной слой-

ной среде. Но здесь вновь нужно понять основные принципы по-

добных переходов. Допустим, нам нужно перейти из количества

34

Y в количество Х, где Y проецируется в Х через описанный выше

механизм, т.е. в виде интервала (-m(φ),m(φ)), где 0<m(φ)<∞.

Это значит, что количество Y частично соизмеримо с коли-

чеством Х, и мера этой соизмеримости — некая величина, про-

тивоположная φ, например φ⁺-φ. Это значит, что количество Y

находится в слое l(φ1), где φ1 — параметр несоизмеримости

между Y и Х, l(φ1) — величина, строго возрастающая по φ1 (в том

числе, возможно, и l(φ1) = φ1). Полагаем также, что количество Х

находится в слое lХ = l(φ⁺).

Мы начинаем движение в количестве Y, которое на первом

этапе рассматривается в своём самобытии, т.е. как бесконечная

вещественная прямая в слое l(φ). На этой прямой наш процесс

принимает своё первое значение, которое обозначим как у1. При

проекции элемента у1 на количество Х мы получим значение у1

*

= R-¹m(φ1)(y1). Каков второй шаг? Если мы поймём его, то понятен

станет и общий принцип межслойного перехода.

Гипотеза состоит в следующем.

С присоединением второго шага к первому и получением

суммы мы по сути оказываемся в следующем промежуточном

слое между слоями количеств Y и Х. Если второй шаг принадле-

жит количеству первой суммы, то первый шаг не является своим

для этого количества и должен быть прежде спроецирован в

этот слой. Пусть Y = Y1, и Y2 - количество первой суммы. Тогда

первый элемент у1 проецируется в это количество — как эле-

мент у₁’ = R^-¹m(1)(у₁), где Δφ1 — мера несоизмеримости между

количествами Y1 и Y2. И далее идёт сложение у₁’+у2, где у2 — вто-

рой шаг нашего процесса. Сумма S1 = у₁’+у2 — это первая сумма

(сумма первого и второго слагаемого).

35

Таким образом, пытаясь создать сумму первого и второго

элементов, мы прежде переходим в слой первой суммы, куда

проецируется первый элемент, и только в такой проекции он

складывается со вторым элементом.

Предполагается, что второй элемент первой суммы принад-

лежит тому же количественному слою, что и первая сумма. По-

этому в рамках первой суммы первый элемент даётся в своей

проекции на слой первой суммы, а второй элемент — без всяких

проекций (или: в тождественной проекции на слой первой

суммы).

Подобная гипотеза может называться гипотезой сильной

суммы, и она вполне может быть обобщена на любую сумму.

Нужно только слова «первый элемент» заменить на «(i-1)-ую

сумму», «второй элемент» — на «(i+1)-й элемент», «первую

сумму» — на «i-тую сумму».

Тогда гипотеза сильной суммы звучит в следующей обоб-

щённой форме: создание i-той суммы Si из i-го и (i+1)-гo элемен-

тов происходит в соответствующем количественном слое li+1, где

i-тый элемент (в виде (i-1)-й суммы Si-1) даётся в проекции S_i-1’ =

R^-1m(i)(S_i-1) слоя li на слой li+1, а (i+1)-й элемент yi+1 даётся как та-

ковой, так что получаем Si = Si-1’+yi+1. Здесь i=1, 2, ..., n, Δφi — па-

раметр несоизмеримости между слоями li и li+1, и S0 = y1

.

Подобный процесс строится до тех пор, пока мы не полу-

чим в слое ln+1 сумму Sn, для которой впервые выполняется усло-

вие R^-1m(φn+1) (Sn)  m(φ), где φn+1 — параметр несоизмеримости

между слоем ln+1 и слоем lX количества Х (рис. 6-7).

36

Рис.

6.

Процесс

сильного

суммирования

конечных

R- дифференциалов в параллельной геометрической интерпре-

тации.

Рис.

7.

Процесс

сильного

суммирования

конечных

R- дифференциалов в ортогональной геометрической интер-

претации.

Тем самым мы формулируем некоторый новый процесс,

не имеющий аналогов в современной математике, и который

описывает движение между трансцендентным и имманентным

- в данном случае переход от имманентного количества Y к его

трансцендированию в рамках количества Х.

37

Хорошо бы выработать некоторый лаконичный язык, по-

добный языку дифференциалов и интегралов в математическом

анализе и способный сжато выражать описанный процесс. Ко-

торый, кстати, пора бы как-то назвать. Я буду обозначать его как

процесс смешанного размыкания (ПСР), поскольку он постепенно

движется от замкнутой количественной системы, преодолевая

её замкнутость и соединяя (смешивая в себе) моменты режимов

замыкания и размыкания.

Обратные R-функции в описанном выше ПСР играют роль

своего рода «конечных дифференциалов», которые также

можно называть R-дифференциалами.

Например, для первой суммы

S

1

= Y1’+у2 = R^-1m(1)(y1) + y2

можно ввести обозначение

d(_)y1 = R^-1m(1)(y1),

понимая значение обратной R-функции R^-1m(1)(y1) как

R- дифференциал d()y1 от величины у1, где параметр несоиз-

меримости

1



указывает, что это R-дифференциал, действую-

щий при проекции количества Y1 на количество Y2, между кото-

рыми и определён этот параметр.

В этом случае первая сумма может быть записана в следу-

ющем более сокращённом виде:

S

1

= d _

(

φ1)y1 + y2

.

Для i-той суммы

S

i

= R^-1m( φi)(Si-1)+yi+1



получим следующее R-дифференциальное представление:

S

i

= d _

(

i)(Si-1)+yi+1,

где _φi - параметр несоизмеримости между слоями (i-1)-й и

i-той сумм.

Выпишем в этой нотации, например, первые четыре силь-

ные суммы:

S

0

= y1

,

S

1

= d _

(

φ1)y1 + у2

,

38

S

2

3

= d _

(

φ2)(S1)+y3 = d _

(

φ2)(d _

(

φ1)y1 + у2)+y3

,

= d _

(

φ3)(S2)+y4 = d _

(

φ3)(d _

(

φ2)(d _

(

φ1)y1 + у2)+y3))+y4

.

Если, допустим, на сумме S3 впервые выполняется условие

R^-1m(φ3)(S3)  m(φ), то именно эта сильная сумма выступает как

ПСР, который за конечное число шагов достигает слоя количе-

ства Х. В стандартном анализе это было бы невозможным пара-

доксом, когда бесконечно малые при конечном числе слагаемых

дают конечную величину. Сильная сумма в этом случае является

своеобразным R-интегралом в рамках аппарата R-анализа.

Тем самым мы получаем первые элементы аппарата конеч-

ных дифференциалов, которые могут достигать конечного коли-

чества за конечное число шагов. В этом их принципиальное от-

личие от стандартных дифференциалов, которые сами явля-

ются бесконечно малыми величинами и способны достигать ко-

нечной величины только при бесконечном своём числе в рамках

процедуры интегрирования — как бесконечно большой суммы

бесконечно малых слагаемых.

Для сильных сумм как R-интегралов выполняется принцип

соответствия со стандартными интегралами. Переход к стан-

дартной системе организации количественных систем выра-

зится в данном случае в двух основных аспектах: 1) все пара-

метры несоизмеримости φi между дифференциальными коли-

чествами Yi и Yi+1 станут равными минимальному значению φ^-,

что отождествит все эти количественные системы между собой,

2) все параметры несоизмеримости φi между дифференциаль-

ными количествами Yi и конечным количеством Х достигнут

максимального значения φ⁺, что приведёт к превращению

R- дифференциалов в обычные дифференциалы (обратные

R- функции в этом случае перейдут в дифференциальные отоб-

ражения d).

В итоге мы будем получать сильные суммы следующего

вида

S

n

= Sn-1+yn+1 = Σⁿ⁺¹i=1yi

,

39

т.е. они превратятся просто в обычные (слабые) суммы, а

проекция этих сумм на шкалу Х даст значение

d(φn)Sn = dSn = dΣⁿ⁺¹i

=

1

y

i

= Σⁿ⁺¹i=1dyi

,

т.е. обычную сумму стандартных дифференциалов, которая

сможет достичь конечной величины только при бесконечно

большом числе слагаемых (n→∞), что реализуется в процедуре

стандартного интегрирования.

Опираясь на гипотезу сильной суммы и ряд дополнитель-

ных принципов, которые будут более-менее интуитивно ясны

при осмыслении тех или иных мыслительных конструирований,

мы можем далее развивать подобные структуры в рамках

R- анализа как первой строгой теории трансимманентного.

В общем случае мы имеем дело с некоторой новой теорией

количества (даже теорией меры — как единства количества и ка-

чества), в которой предполагаются разные состояния количе-

ства, разные меры несоизмеримости между ними, проекции од-

них количественных систем в другие при этих мерах, и, наконец,

процессы перехода между разными количественными систе-

мами в среде многослойного многообразия.

Посмотрим, например, как будет выглядеть простейшая

линейная функция с конечными дифференциалами.

Для линейной функции x=kt+a в стандартном анализе ха-

рактерно свойство постоянства дифференциалов, поскольку

dx/dt = k — константа, и dx = kdt. Если дифференциал аргумента

dt рассматривать как некоторую стандартную бесконечно ма-

лую величину — своего рода единицу бесконечно малых, — то

дифференциал линейной функции с угловым коэффициентом

k будет представлять собой величину k на шкале бесконечно ма-

лых. Попробуем воспроизвести аналог этого свойства в случае

конечных дифференциалов.

Будем по-прежнему рассматривать две количественные си-

стемы Y и Х, только обозначим теперь Y через Т. Будем пони-

мать количество Т как область бесконечно малых, шкалу Х — как

40

область конечных величин. Пусть шкала Т проецируется в

шкалу Х в виде конечного интервала (a-m(φ),a+m(φ)), где

0<m(φ)<∞. Это означает, что количество Т обладает некоторой

конечной соизмеримостью с количеством Х, что невозможно

для случая бесконечно малого количества в стандартном ана-

лизе.

Пусть далее, на шкале Т образуется величина k. Затем мы

перебрасываем её в слой количества Х не только по величине —

как R-дифференциал dφk, но и как слойную величину, что в яв-

ном виде можно выразить через пары (α,l), где α — некое веще-

ственное число, а l — слой, в котором это число определено. То-

гда переброс числа k из слоя Т в слой Х можно изобразить таким

образом:

(k,lT) → (а+dφk,lX).

Это случай ПСР, когда переход из слоя в слой совершается

за один шаг. Причём, хочу заметить, что в общем случае, чтобы

достичь слоя Х, не обязательно достигать или выходить за гра-

ницу ±m(φ) слоя бесконечно малых, можно это сделать и до этой

границы, поскольку метрически интервал (-m(φ),m(φ)) может

содержать в себе как точки слоя бесконечно малых, так и конеч-

ные точки. Другое дело, что в ряде случаев достижение слоя ко-

нечных величин одновременно предполагает и достижение или

превышение границы m(φ), как это было рассмотрено ранее, по-

скольку вне интервала (-m(φ),m(φ)) обязательно лежат только

точки конечного слоя Х.

Итак, мы получаем первый R-дифференциал dφk в слое ко-

нечного количества Х.

Далее эту процедуру можно постоянно повторять, только

проецируя очередную величину k из слоя бесконечно малых Т в

смещённый интервал (a+xi-m(φ),a+xi+m(φ)), где

x

i

= idφk,

i = 0, 1, 2, 3, ...

41

Так мы получим линейную функцию с конечными

R- дифференциалами. Её формулу можно представить в таком

виде:

x(i) = idφk + a,

рассматривая в качестве аргумента дискретные значения i.

R-дифференциал этой функции получается непосред-

ственно разностью любых ближайших значений:

dφk = x(i+1) - x(i).

Это значит, что R-дифференциал не зависит от индекса i,

является константой, что и выступает основной характеристи-

кой линейной функции.

Нам не нужно искать производную, чтобы оценить угловой

коэффициент

k

линейной

функции.

Достаточно

от

R- дифференциала dφk перейти к его прообразу на шкале Т —

для этого на dφk можно подействовать прямой R-функцией

R⁺¹m(φ), которую можно понимать как R-интеграл c парамет-

ром φ:

i

φ(x) = R⁺¹m(φ)(x), откуда получим:

φ(dφk) = k.

В качестве R-дифференциального уравнения для линейной

функции можно записать соотношение:

dφx(i) = dφk,

где dφx(i) - R-дифференциал функции x(i) при значении ар-

гумента i.

Сама функция x(i) может быть получена как обычная

сумма своих R-дифференциалов с точностью до некоторой кон-

станты:

x(i) = Σⁱ

j

=

0 dφx(j) + a,

где dφx(0) = 0.

Но это далеко не единственное понимание функции в

R- анализе, поскольку композиции R-дифференциалов в свою

очередь могут вступить на путь ПСР в отношении уже к слою

бесконечно большого количества.

42

Но эта тема уже далеко выходит за границы нашей работы

и требует гораздо более фундаментального труда.

Пока же в рамках нашего исследования, надеюсь, читатель

смог почувствовать, что есть новая теория трансимманентной

диалектики, что в её основе лежит концепция разных состояний

количества (количеств разных качеств-слоёв), что эти количества

могут обладать разными мерами (не)соизмеримости между со-

бой и проецироваться друг на друга с учётом этих мер; что,

наконец, возможны переходы между разными состояниями ко-

личества, в том числе при определённой мере соизмеримости

между ними, и это приводит к теории конечных дифференциа-

лов и процессов смешанного размыкания.

Центральную роль в этой новой системе смыслов играет

идея проекции одного количества в другое через R-функции и

гипотеза сильной суммы. Отталкиваясь от этих конструкций,

можно строить всё более сложные смысловые системы, необык-

новенно обогащая те частные структуры, которые до сих пор

были отражены в современной математике, в первую очередь в

стандартном математической анализе. Последний выглядит как

крайний вырожденный случай описанного многообразия раз-

ных состояний количества, где господствует система конечного

количества, а все прочие количественные системы (бесконечно

большие и бесконечно малые) сделаны несоизмеримыми с ко-

нечной системы вплоть до бесконечности. Так и рождается стан-

дартная теория количества и числа, которая оказывается лишь

малым частным случаем гораздо более богатой структуры по-

ликвантической математики — математики множества количе-

ственных систем и их отношений, математики трансимманент-

ной динамики и диалектики.

Литература

Моисеев В.И. Мирология: Наука о мироподобных системах. — М.:

ЛЕНАНД, 2022. — 600 с.

43

Моисеев В.И. R-физика: проект физики неорганической и органиче-

ской природы («большой физики») на основе релятивистской теории

количества. В 2-х тт. Т.1: Естественно-научный проект. — М.: ЛЕ-

НАНД, 2019. — 552 с.

Моисеев В.И. R-физика: проект физики неорганической и органиче-

ской природы («большой физики») на основе релятивистской теории

количества. В 2-х тт. Т.2: Основания. Гуманитарные приложения.

— М.: ЛЕНАНД, 2019. — 464 с.

Моисеев В.И. Очерки по философии неовсеединства: Опыт матема-

тического прочтения философии. Аксиология. Логика. Феноменоло-

гия. — М.: ЛЕНАНД, 2018. — 632 с.

Моисеев В.И. R-анализ и проблема моделирования органической

формы // SCVRT2018 Труды Международной научной конференции

Московского физико-технического института (государственного

университета) Института физико-технической информатики, 20-

23 ноября 2018 г., ЦарьГрад, Московская область, Россия. — М.: Ин-

ститут физико-технической информатики, 2018. — С.339-346

Моисеев В.И. К философии и математике R-анализа. Часть 1 // Credo

New, № 3 (63), 2010. — С. 73-85.

Моисеев В.И. К философии и математике R-анализа. Часть 2 // Credo

New, № 4 (64), 2010. — С. 118-131.

А.Л. Бурылов

О природе сознания

В статье делается попытка нового определения сущности

сознания как места-пространства вмещения объектного мира

(объектной действительности) воспринимающим и мыслящим

мир субъектом-я человека. В таком определении сознания в

44

структуру сознания входят его содержательные элементы, пред-

ставленные двумя родами объектов, различаемых субъектом-я

человека. Объекты различаемые субъектом человека представ-

ляют из себя такой род как феномены, или чувственные объ-

екты, характеризующиеся присущими им квалиа (ощущени-

ями зримости феноменов, их слышимости, осязаемости, обоня-

емости и вкуса) и, соответственно, такими чувственными харак-

теристиками объектов-феноменов как зримость их чувственного

образа, звучание, тактильность, запах и вкус. Объекты-фено-

мены различаются субъектом-я человека в его чувственном вос-

приятии. Второй род объектов, наполняющих содержательно

сознание — это ноумены. Их характеризует внетемпоральность.

Они не имеют пространственно-временных характеристик и

чувственной ткани в своей структуре. Ноумены — это объекты,

различаемые субъектом-я человека в его умозрении. Они име-

нуются в логике понятиями и составляют элементы логического

мышления-различения субъектом-я предметного разнообразия

мира, придающего феноменальной стороне восприятия челове-

ком мира смысловую значимость, или осмысленность челове-

ком предметного мира. Когда понятийная осмысленность вхо-

дит в структуру сознания, предметное осмысленное разнообра-

зие мира становится для человека осознанным.

Контент сознания, объекты-феномены, объекты-но-

умены, феноменальная картинка в сознании человека, поня-

тийное ноуменальное содержание (контент) сознания чело-

века, субъект-я человека

Определение терминов: Субъект-я — переживание челове-

ком своего я, как субъекта, воспринимающего и осмысливаю-

щего объекты двух модальностей (чувственные феномены и умо-

зрительные ноумены); Объект-феномен – различаемый субъек-

том-я в восприятии чувственный образ, психическое пережива-

ние (эмоция, чувство); Объект-ноумен — различаемые субъек-

том-я в умозрении такие предметы ума как понятия, смыслы,

понятийные конструкты (концепты, гипотезы, теории, учения);

45

Неслиянное единство — со-положенность полярных аспектов

единого предмета рассмотрения (тварный мир — со-положен-

ное единство духа и материи; человек — со-положенное един-

ство материальных тел и субъекта-я).

Введение в проблему

В.И. Моисеев: «Все описанные выше модели - всевремени и все-

пространства, всемира и малых миров, обратномироподобных си-

стем и т.д., - все они являются более прикладными фрагментами

некоторой новой математической структуры, которую можно

было бы связывать со своего рода «математикой сознания (души)».

Важнейшая задача теоретической мирологии - проявление и оформ-

ление этой структуры, представление её по возможности в наиболее

абстрактном и универсальном виде. Попытки решения этой задачи

предпринимались автором неоднократно ранее - под видом поиска

«суперструктуры», «плеронального многообразия» и т.д. Ниже да-

ётся зарисовка ещё одной такой попытки, которая, как надеется ав-

тор, делает ещё один важный шаг в поиске математики души. В ко-

нечном итоге нам нужно новое («пифагорейское») число для адекват-

ного выражения природы души как обратномироподобной системы»

[Моисеев 2022: 582].

Метафизическая трактовка сознания в моей концепции

природы сознания выражается в следующих принципах:

1. Принцип пространства-вместилища, или сознание как

место, в котором пребывает мир. Общая природа-сущность со-

знания.

2. Принцип субъектного порождения бытия-онтологии

мира. Иерархия уровней контентов сознания, отвечающая уров-

ням сложности (иерархии) субъектов.

3. Принцип условности деления Всемира на малые миры

(иерархия малых миров Всемира).

4. Принцип условности деления миров на внешние (онто-

миры) и внутренние (субъектные миры).

46

5. Принцип взаимной обусловленности в мироздании все-

единства (полюс мироздания «всемир») и многоединства (по-

люс мироздания «малые миры», или слои всемира).

1. Природа (сущность) сознания

В разнообразии современных трактовок сознания есть об-

щая закономерность. Сознание пытаются привязать-отожде-

ствить с какой-либо функцией-инструментом субъекта-я. То со-

знание связывали с деятельностью мозга — якобы мозг и есть

«орган сознания» (в концепции материализма). То сознание свя-

зывали с деятельностью психики — якобы психика и есть то не-

материальное, что составляет в своей сути сознание живого су-

щества. Также сознание пытаются свести к деятельности

ума/умозрения. Это так называемые эксперименты Либета³, в

которых сознание приравнивается к осознанию-осмыслению

действий субъекта, неизменно отстающее во времени от физио-

логического механизма исполнения решения субъекта по свер-

шению механического действия.

Во всех перечисленных подходах сознание оказывается

отождествляемым с той или иной деятельностью соответствую-

щих тел-органов субъекта-я (либо с физическим мозгом, либо с

психическим телом субъекта-я, либо с ментальным телом всё

того же субъекта-я).

Попытку вырваться из шаблона подобного представления

о природе сознания предпринял современный питерский фи-

лософ Александр Владимирович Болдачев [Болдачев 2019].

По его концепции сознание есть вместилище объектов,

различаемых субъектом и представляющих собой в целокупно-

сти объектную действительность субъекта (феноменальную кар-

тинку в сознании субъекта). Далее этого сведения контента

³Libet, Benjamin. Unconscious Cerebral Initiative and the Role of Conscious Will

in Voluntary Action (англ.) // The Behavioral and Brain Sciences: журнал. — 1985.

— Iss. 4, no. 8. — P. 539—545.

47

сознания к объектной данности субъекту (от электрона до чело-

века) мира в сознании (для человеческого субъекта — чувствен-

ная картинка восприятия мира) А.В. Болдачев не идет.

Я эту концепцию сознания-вместилища объектного мира

субъекта-я развиваю до статуса Сознания как всеохватного Вме-

стилища-Пространства всемира, различаемого-творимого та-

ким мировым Субъектом, которого именуют в разных религи-

озных учениях Богом (Аллахом, Иеговой) в авраамических рели-

гиях или Брамой/Брахмой (Богом-Творцом мира) в индуист-

ском пантеоне Богов.

Сознание же человека в силу ограниченности человека как

лишь подобия Бога вмещает лишь объектный мирок — участне-

ние всемира до размеров пространства, доступного участненому

субъекту-я человека.

2. Иерархия уровней контентов Сознания, отвечаю-

щая уровням сложности (иерархии) субъектов

2.1. Полагая природой сознания вместилище-простран-

ство, вмещающее объектную действительность (объектный мир)

субъекта-я и различая сами субъекты по их способности такого

различения объектов от мирового Субъекта (Бога), вмещающего

в Сознание Всё (всемир) до снижения-участнения различатель-

ной способности до субъектов уровня галактического, звездного,

планетарного, царств природы (растительного, животного, че-

ловеческого), далее до уровня индивидуального человеческого

субъекта-я мы получаем наличие в мироздании духовной

иерархии субъектов, терминологически именуемых в богосло-

вии логосами.

От мирового Логоса — Субъекта-Бога до логосов галакти-

ческих, звездных, планетарных, царств природы и, наконец, ло-

госа-разума человека.

2.2. Содержание сознания-вместилища объектной действи-

тельности лучше всего именовать давно известным термином –

контент.

48

Этот контент сознания подразделяется на две модальности

объектов, пребывающих в сознании субъекта-я. Одна модаль-

ность — это объекты, различаемые психикой субъекта-я, или

психическим телом человека (так называемое астральное тело).

Эти объекты в сознании именуются объектами-феноменами.

Вторая модальность — это объекты, различаемые умозрением

(умом) субъекта-я, или ментальным телом человека. Назовем их

объекты-ноумены.

2.3. Объекты-феномены. Они есть продукты реализации

различательной способности субъекта-я, осуществляющейся в

восприятии человека. Они характеризуются рядом признаков.

Это их пространственно-временная форма событий, различае-

мых субъектом в своем сознании. Это также их качественная

определенность, обусловленная способностью психического

тела субъекта-я воспринимать феномены/вещи в различных ва-

риациях пяти основных модальностей ощущений. Так на значи-

тельном расстоянии мы объект-феномен воспринимаем лишь в

двух модальностях (зрение, иногда слух). Здесь отсутствуют в

восприятии модальности осязания, обоняния и вкуса. Может

быть в восприятии феномен с одной модальностью слышимо-

сти — например, гром. Или с одной модальностью обоняния —

запахи гари, аммиака и прочее — в отсутствие видимости, слы-

шимости, вкуса и осязаемости их источника. Может образ-фе-

номен восприятия слагаться из трех модальностей (простран-

ственно-временная форма, зримость и обоняемость) в отсут-

ствие осязаемости и вкуса (феномен-образ источающего аромат

куста цветущей сирени в непосредственной близости от нас, но

без телесного контакта).

Важнейшим признаком объектов, различаемых в восприя-

тии субъекта есть их образность-гештальтность, доступная субъ-

ектам-я на эволюционном уровне восприятия у высших живот-

ных и человека. Это объекты-феномены — чувственные образы-

49

гештальты, образующие в сознании высших животных и чело-

века чувственно данные качественные вещи.

2.4. Объекты-ноумены. Они представляют собой продукты

различательной способности субъектов-я на эволюционном

уровне сложности развитого ума-рассудка, присущего субъекту

человека. Важнейшим признаком объектов-ноуменов является

их свобода-отвязанность от эмпирической привязки объектов-

феноменов к форме темпоральности (пространственности-вре-

менности). Ноумены есть понятия ума/умозрения субъекта-я че-

ловека. Понятия пребывают вне эмпирической темпоральности

и в силу свободы от темпоральности легко умом комбиниру-

ются в понятийные конструкты, которые являются объяснитель-

ными смысловыми моделями эмпирического вещно-феноме-

нального мира.

2.5. Обширность объектных миров в сознаниях субъектов-я

пребывает в прямой зависимости от уровня их (субъектов) раз-

личательной способности. Проще говоря, чем выше-сложнее

эволюционный уровень субъекта-я, тем более широкий объект-

ный мир (объектная действительность субъекта) доступна (дана)

субъекту в его сознании.

2.6. Отсюда имеет место термин так называемого расши-

ренного сознания. Ведь расширение сознания – это ничто иное

как увеличение объектного контента сознания.

Эта способность расширения сознания (расширения кон-

тента – объектного мира в сознании) образует иерархию созна-

ний от минимальной широты сознания у примитивных сущих

существ до сознания человеческого логоса, логосов царств при-

роды, планетарных, звездных, галактических и, наконец, пре-

дельного расширения контента сознания до всеохватного всеми-

рового Сознания мирового Субъекта — Бога.

3. Условность деления Всемира на малые миры (иерар-

хия малых миров Всемира)

50

3.1. Если в чувственном восприятии мир дан нам в его един-

стве (нерасчлененности на детали) в форме образа-гештальта, то

наше умозрение набрасывает на это единство-гештальтность-

плерональность мира понятийную сетку, с помощью которой

цельный мир условно расчленяется на множество раздельных

деталей, которые в понятиях получают их смысловое значение

для человека-субъекта-я. Смысл-понимание человеком мира

вещного достигается посредством условного разделения еди-

ного-неделимого мира на множество его частей-участнений,

каждая из которых получает осмысленное значение через её

подведение под соответствующее понятие умозрения.

Так единство мира познается через его (единства) поляр-

ность – участнение мира на раздельные вещи, наделяемые смыс-

лом в понятийном умозрении. Гештальтность феноменальной

картинки мира дробится умом на множество условно самостоя-

тельных поименованных умозрением мини целостностей. Так

образ-гештальт ландшафт умом делится на минигештальты ле-

сов и полей, оврагов и холмов, ручьев и рек. Сам образ-гештальт

лес в свою очередь делится умом на отдельные поименованные

микрообразы-гештальты деревьев, кустов и травы, зверушек,

птиц и насекомых, обитающих в лесу.

Это есть работа ума субъекта человека по условному сведе-

нию всеединства мира к многоединству, составляющему мир

предметного объектного многообразия.

3.2. Такое умозрительное расчленение единства мира на ча-

сти-вещи есть процедура разделения Всемира на иерархию ма-

лых миров (галактических миров, звездных миров, планетарных

миров, мира минерального, мира одноклеточных сущих су-

ществ, растительного мира, животного мира, мира человече-

ского-социумного, мира индивидуального человека, наречен-

ного внутренним миром). Или это взаимосвязь принципа всее-

динства с принципом многоединства.

51

4. Условность деления миров на внешние (онтомиры) и

внутренние (субъектные миры)

Поскольку и Всемир, и малые миры есть продукт объект-

ного различения субъектами (для Всемира — Субъектом-Богом)

разных уровней эволюционной сложности своей объектной

действительности в сознании, то и деление единого мира (Все-

мира вкупе с малыми мирами) на внешние и внутренние миры

имеет основание в этой различательной способности субъектов.

Весьма уместно упомянутый выше философ А.В. Болдачев

провел границу между объектами, различаемыми субъектом,

по принципу деления объектов на так называемые привилеги-

рованные (непосредственно привязанные к субъектам-я как их

физическое тело) и не привилегированные объекты, которые

различаются-воспринимаются субъектами-я вне физического

тела субъекта-я.

Вот эти «непривилегированные» объекты, различаемые

субъектом-я вне своего физического тела, получили наименова-

ние так называемого внешнего мира. А объекты, различаемые

субъектом-я безотносительно к такому привилегированному

объекту как физическое тело субъекта, получили наименование

внутреннего мира (это ощущения, эмоции, переживания, об-

разы в представлениях, понятия и понятийные конструкты [ги-

потезы, обыденные предположения-допущения, концепции,

теории, учения]).

Это подразделение единого мира на внешний и внутрен-

ний весьма условно. И это принципиальный для понимания

момент. Двойственное умозрительное полагание вещей-фено-

менов, с одной стороны, якобы «вне» нас (вне физического

нашего тела), и в то же время пребывающими «внутри» нас — в

психике и в умозрении (в психическом и ментальном наших те-

лах) создает условное (сугубо умозрительное) удвоение мира ве-

щей на внешние в трактовке материализма «оригиналы» и

52

внутренние в той же трактовке «копии» в сознании вещей-ори-

гиналов.

5. Взаимная обусловленность в мироздании всеедин-

ства (полюс мироздания «всемир») и многоединства (полюс

мироздания «малые миры», или слои всемира)

Природа мироздания несводима к полюсу всеединства, он-

тологически объектно представленному всемиром. Равно миро-

здание не сводится и к сумме объектных «малых миров» с их он-

тологиями, основанными на принципе многоединства. Миро-

здание вмещает в себя, единит собой оба полюса как свои атри-

бутивные аспекты. При этом малые миры имеют свое основание

(Источник, Субстанцию) в принципе Всеединства, как субстан-

циального причинного основания бытия малых миров, а Всее-

динство мироздания имеет свою основу в бытии, порожденных

Субстанцией мира малых миров.

Всеединство будет бессодержательно (пустое множество,

небытие элементов множества) без наполнения его содержа-

тельностью, конкретикой малых миров с их принципом много-

единства, а содержательность малых миров, в свою очередь, не

может быть реализована, не может получить свое бытие без сво-

его Источника-Субстанции — Единого, порождающего содер-

жательность бытия иерархии малых миров. Так наличие и взаи-

мопорождение друг друга полюсами мироздания Всеединство

и многоединство составляет Бытие Мира, представленного как

всемиром, так и иерархией малых миров.

Выводы из сказанного

Какой я делаю вывод о вещах, данных в сознании в их фе-

номенальной качественной природе? Эти вещи материальны, а

их материальность заключается в облечении их субъектом-я в

пространственно-временную форму (темпоральность) и каче-

ственность психического восприятия на основе пяти модально-

стей ощущений психики субъекта-я.

53

А что же в таком случае есть нематериальное? Нематери-

ально то, что отсутствует в качестве различенных в сознании

субъектом-я объектов феноменов и ноуменов. Это сам субъект-

я, который по самому определению не есть объект. Нематери-

ально сознание, поскольку оно не есть один из объектов, а вме-

стилище-пространство

объектов.

Нематериален

Творец-

Бог/Брама, ибо он не один из объектов, а творец-источник объ-

ектов тварного мира.

Внешний и внутренний мир образован различением субъ-

ектом-я объектной действительности в своем сознании, относи-

мой в гносеологическом аспекте к внутреннему миру, различен-

ному субъектом в акте познания-различения мира с его пред-

метным многообразием. В онтологическом же аспекте субъект

умозрительно полагает различенную им объектную действи-

тельность независимой в своем существовании от самого себя —

субъекта-я.

Вот этот якобы независимый от субъекта-я «внешний мир»

и есть онтологическая объектная действительность, возведенная

материализмом в «объективную реальность», которую Кант

именовал вещами-самими-по-себе, никак не данными феноме-

нально человеку в его восприятии.

Дополнительные размышления

Примечательны в отношении разграничения единого

мира на внешний и внутренний миры такие цитаты из «Миро-

логии»: «В самом деле, иметь место во внешнем мире - значит

быть локальным, ограниченным в нём (поскольку именно границы

очерчивают контур места в некоторой глобальности), но то, что

бесконечно, границ не имеет и не может обладать местом. В то же

время, не имея места, оно всему иному даёт место в себе» [Моисеев

2022: 572-573]. В этом суждении, по моему мнению, следует тер-

мин «внешний мир» заменить термином «сознание». Теперь то,

что «всему иному даёт место в себе» есть сознание субъекта-я

всякого

участненного

живого

сущего

с

его

объектной

54

действительностью (внешне-внутренним малым миром — локу-

сом всемира) или же в случае всемира — это Сознание мирового

Субъекта-Я — Бога-Творца, вмещающее объектный тварный все-

мир.

«Поэтому точнее, с нашей точки зрения, будет принимать

идею некоей единой интегральной реальности, в отношении к кото-

рой и внешний мир, и мир внутренний, и материя, и форма – суть

разные проявления одного» [Моисеев 2022: 572-573].

Этот вывод совершенно логичен. Внешний и внутренний

мир составляют одно — содержательный объектный контент со-

знания или малого я-субъекта, или мирового Я-Субъекта. Тогда

в отношении к субъекту (малому я или мировому Я) объектный

мир, с одной стороны, внешний, поскольку он оппозиционен са-

мому субъекту как не объекту, а источнику всякого объекта в его

сознании. Но, с другой стороны, объектный мир есть внутрен-

ний мир субъекта, то есть принадлежит субъекту как своему ис-

точнику бытия, его породившему-различившему в сознании

субъекта. Так мы (субъект-я) считаем объектное тело своим, ведь

мы распоряжаемся, волим своим телом (руками-ногами физио-

логического тела; чувствами-желаниями психического тела;

мыслями ментального тела), однако мы понимаем, что это тело

не есть сам субъект-я. Ведь нелепо утверждать, что я — это есть

мои руки и ноги, мои чувства и мои мысли. Инвалид живет без

рук и ног, но сохраняет полноту своего я. Одни чувства угасли,

им на смену пришли иные чувства, но я остаюсь в своей полноте.

Мысли ушли, заместившись новыми, а «я» неизменно. Не мо-

жет быть «я» урезанным наполовину или на четверть как тела,

ибо «я» — это дух-субъект, пребывающий соположенно-несли-

янно с телом и распоряжающийся телом как своим инструмен-

том активности в мире.

Вторая работа, имеющая принципиальное значение для

раскрытия природы сознания, помимо «Мирологии», это

55

лекция на тему применения средств ПМО для выражения фено-

менологических конструкций [Моисеев: URL].

В этой лекции весьма важно описание сознания как такого

фон-бытия, которое обеспечивает единство внутреннего и внешнего

миров. Характеризуя такое представление сознания, В.И. Мои-

сеев использует понятие сознания-бытия. Это, на мой взгляд,

вполне рабочее представление сознания, имеющее основание,

изложенное в слайде 2 лекции.

Слайд 2. Две позиции.

В данном двойном подходе к построению картины реаль-

ности исходным моментом-принципом выступает признание

бытия мира.

Исходя из наличия бытия мира мы и рассматривает два

возможных (предполагаемых нами) варианта картины мира.

Первая картина мира (внешняя позиция) — это продукт, вы-

страиваемый исходя из материалистической позиции полага-

ния бытия мира бессубъектного. Мир есть исходная объектная

реальность, не нуждающаяся в своем бытии в наличии субъекта.

Это онтология самобытия мира, в котором субъект, дух, Бог

лишь «пятое колесо в телеге». Само сознание выводится из дви-

жения материи как объективной реальности — некого ориги-

нала, с которого материальный объектный человек (часть само-

сущего объектного мира) с помощью своего материального

56

органа мозга воспроизводит-копирует внешний объектный мир

в таком свойстве-функции материального мозга, которое в дан-

ной материалистической концепции именуется сознанием.

Вторая картина мира (внутренняя позиция) — это продукт,

выстраиваемый исходя из субъектной позиции-взгляда на бы-

тие мира. Здесь бытие мира не является самосущим, то есть не-

зависимым от наличия в мире субъекта. В этой позиции субъект

мира и объекты мира неразрывно связаны в неслиянное един-

ство. Субъект различает объекты мира, и без наличия этого от-

ношения субъекта к объектам мир не имеет своего бытия. Бытие

мира здесь есть полярное взаимоотношение субъектов и разли-

ченных ими объектов.

Убери из онтологии мира субъекта/субъекты — утратится

основание самого бытия-существования объектов (а вместе с

ними и объектного мира), которые (объекты) причиняет к суще-

ствованию-бытию в мире различающий их субъект в своем со-

знании. Но и удаление из мира бытия объектов — также лишает

мир основания к своему бытию, ведь субъект станет, по сути, от-

сутствующим в мире, как и сам мир останется лишь потенци-

альной непроявленной возможностью различательной-творче-

ской работы субъекта по объектному проявлению мира.

Объекты/вещи мира есть продукт различательной способ-

ности субъектов. Именно в различении субъектами объектов/ве-

щей они (вещи) обретают качественную определенность – раз-

личие между собой. Формирование объектов-вещей к бытию

свершается в чувственном восприятии объектов субъектами

(наделяющими объекты пятью качественными свойствами: зри-

мой, звучащей, тактильной, запаховой и вкусовой чувственной

образностью). Кроме того, тот же субъект наделяет объекты

смыслами, выражающими понятийную смысловую характери-

стику объектов-вещей, в своем умозрительном различении объ-

ектов мира. Освободи вещи от восприятия и умозрительного

57

различения их субъектом и вещи превратятся в безликие-нераз-

личимые кантовские вещи-сами-по-себе.

Вот в этой второй позиции (внутренней позиции) статус со-

знания радикально меняется в сравнении с первой позицией

(внешней позицией).

В субъектной позиции-взгляде на мир «экран сознания»

имеет смысл места, в котором располагается само бытие мира-

реальности. Теперь сознание ни объектно и ни субъектно, а есть

место-вместилище, в котором пребывает бытие мира как несли-

янного единства субъект-объектного взаимоотношения. Субъ-

ект, различая объекты мира, наполняет сознание содержатель-

ным объектным контентом (чувственными объектами-феноме-

нами и умозрительными объектами-ноуменами — понятиями,

придающими смысл чувственной картине мира).

Синтетическая интегральная картина реальности стано-

вится возможной при осмыслении онтогносеологического от-

ношения человека к миру. В плане гносеологии мир в своем бы-

тии зависит от познающего-различающего мир человека в его

ипостаси субъекта. В онтологическом же отношении мир сам

включает в свое бытие человека в его ипостаси материальных

объектных тел человеческого субъекта, и человек в этом отноше-

нии к миру «забывает» (абстрагируется) от своей субъектной

сущности и рассматривает бытие мира независимым от бытия

человека как части-объекта (материальные тела человека) мира

самого-по-себе.

Для понимания двойного отношения человека к миру

важно осознавать двойственную природу самого человека.

Человек существо не сугубо материальное и не сугубо ду-

ховное. Он есть неслиянное единство духа-субъекта-я и матери-

альных объектных тел, которыми волит-управляет дух-субъект

человека. Вот эти объектные материальные тела (физиологиче-

ское, психическое, ментальное) для субъекта-я человека

58

являются инструментами активности субъекта-я в объектном-

материальном мире.

Третий слайд. Субъект и объект.

Субъект может глобализоваться на онтологическом экране, в

то время как объекты всегда локальны как во внешней позиции, так

и во внутренней позиции. То есть субъект может глобализоваться

до фон-бытия мира, в то время как объекты остаются в области на

фоне-бытия.

Критерием сложности субъекта выступает степень разви-

тости его различательной способности. Так субъект такого жи-

вого существа как лягушка различает несопоставимо меньше

объектов, чем субъект уровня человека. Более того, субъект че-

ловека различает объекты ноумены, которые возможны для раз-

личения только субъекту, обладающему раскрытым менталь-

ным телом. Это неподвластно субъектам даже высших живот-

ных, у которых ментальное тело пребывает на примитивном

уровне раскрытия. Следуя в иерархии субъектов от уровня про-

стейших живых существ к уровню субъекта человека, мы можем

умозрительно продолжить линию усложнения различательной

способности субъектов до предела, когда глобальный по своему

уровню сложности Субъект способен различать все объекты-

59

предметы мира. Это уровень Субъекта-Творца мира (Бога), ко-

торому подвластен объектный всемир. Но такой содержатель-

ный контент (объектный всемир) может охватывать только Гло-

бальное Сознание такого Глобального Субъекта как Бог-Творец

всемира.

Вот тот критерий степени сложности субъектов иерархии

живых существ мира, который определяет границы так называ-

емого расширения сознания. Сознание субъекта человека вме-

щает огромный объектный содержательный контент в сравне-

нии даже с высшими животными. Еще более несопоставим кон-

тент Сознания Божественного в сравнении с локальностью со-

знания человеческого.

Предметно-вещно-событийная картина мира различается

в сознании разных субъектов. Это различие определяется степе-

нью сложности того или иного субъекта, и чем ближе между со-

бой по сложности субъекты, тем более сходна картина мира в их

сознаниях. И наоборот, чем более различны по уровню сложно-

сти субъекты, тем сильнее различаются картины объектного

мира в их сознаниях.

Сознания субъектов с их картинами объектного мира пред-

ставляют по отношению к Сознанию мирового Субъекта-Бога-

Творца локальными малыми объектными мирками в безбреж-

ном море Абсолютного Божественного Сознания. В бытовом вы-

ражении субъекты живых существа «не видят дальше своего

носа», различая лишь тот объектный мирок, который вмеща-

ется в их локальном сознании.

Можно метафорически сравнить сознание с экраном, на

который проецируется объектное изображение-картинка. Здесь

экран — это не объекты, слагающие картинку, и не сама кар-

тинка как целое, а то место (вместилище), в котором, соб-

ственно, и совершается действие — потоковое событийно-объ-

ектное темпоральное бытие мира.

60

Для того, чтобы экран не был пуст (ничто, небытие), а вме-

щал в себя содержательно-объектную картинку (объектное бы-

тие мира) требуется тот, кто порождает-различает в этом

экране-пространстве объекты (предметы и событийный поток)

мира. Кто же наполняет экран объектным содержанием, собы-

тийным потоком? Это никто иной как субъект. Для «экрана» (со-

знания живого существа) — это субъект-я (дух) живого существа,

различающий-творящий в своем сознании собственную объект-

ную действительность — феноменальную объектную картинку,

пребывающую в сознании живого существа. Для глобального

«экрана», вмещающего объектную картину всемира, таким

субъектом выступает Бог, или Субъект, творящий всемир.

В осознании бытия мира человеком мир расщепляется

(условно-умозрительно) на два мира. Один мир внешний — мир

самобытийствующий вне тела (физического) человека. И это он-

тологическое отношение человека к миру, имеющему независи-

мое от тела человека самостоятельное бытие. А второй мир —

мир внутренний, который производится к бытию в восприятии

и умозрении человека.

Но это расщепление мира на внешний и внутренний чисто

условно, ибо мир един в своей основе и причина «расщепления»

кроется в разных — полярных — отношениях человека к миру.

Мир становится «внешним», когда мы вступаем с ним в онтоло-

гическое отношение человека-части мира-целого. Тут у нас мир

независим в бытии от своей части, ведь мир как целое не тожде-

ственен своей части-человеку. Мир трансцендентен человеку,

или целое не тождественно части. Но, с другой стороны, мир и

тождественен, и имманентен человеку, ведь человек-часть мира

сложен из материальных своих тел (физического, психического,

ментального) единородных объектно-материальному миру в це-

лом. А вот субъект человека иноприроден объектному матери-

альному миру, ибо он нематериален, необъектен, а есть поляр-

ность материи — дух.

61

Получается, что внутренний и внешний миры есть просто

разные аспекты единого мира, в котором материя и дух, тела че-

ловека и его субъект-я со-положены в неслиянном единстве

духа-материи.

Слайд 8. Внутреннее – внешнее – фон.

Представление модусов внутреннего, внешнего миров и модуса фона.

Модусы внешнего и внутреннего миров — это работа субъ-

екта-я человека по наполнению «экрана»-сознания объектами,

продуцированными онтологическим отношением человека к

миру (восприятие мира в бытии как независимом от человека,

самобытийствующем) и продуцированном гносеологическим

отношением человека к миру (восприятие мира как объектного

бытия, порожденного различением субъектом человека фено-

менального и ноуменального контента своего сознания).

Вот здесь само сознание выступает модусом-фоном, на ко-

тором человек условно разделяет единый мир на внешний он-

тологический и внутренний гносеологический. Вступая в онто-

логическое отношение к миру, мы в сознании-фоне имеем кар-

тину мира самого-по-себе, или онтологию мира. Когда же мы

встаем на позицию гносеологического отношения к единому

62

миру, он превращается во внутренний мир чувственного вос-

приятия и умозрительного различения-осмысления мира чело-

веком в своем сознании.

Слайд 9. Модусы и моды на экране [в сознании]

Экран в своей полноте слагается модусом-фоном, на кото-

ром располагаются (вмещаются в пустой-фон экран) моды мо-

дусов внешнего и внутреннего миров.

Фон – это, собственно, пространство-вместилище, или со-

знание, куда помещается мир с его онтологией-бытием как про-

дукт-следствие активности-работы субъекта по творению-раз-

личению содержательно-объектного контента (наполнителя пу-

стого-фона) сознания.

Сам субъект творит как бытие мира (внешний мир), так бы-

тие собственной объектной действительности (внутренний

мир). Различие субъектов заключается в степени их сложности,

или степени их творящей силы. Чем проще субъект, тем проще

локальнее различаемый-творимый им мир (серые моды внут-

реннего мира и желтые моды внешнего мира на слайде 9). И

наоборот, чем сложнее субъект, тем глобальнее творимые-раз-

личаемые им объектные миры (внешний и внутренний).

63

Для предельного по творящей миры мощи субъекта (ми-

ровой Субъект, или Бог) уже нет расщепления мира на внешний

и внутренний. Его творимым продуктом выступает единый все-

мир (ни внешний и не внутренний).

Здесь в полный рост встает проблема имманентности-

трансцендентности Мира для человеческого субъекта. Че-

ловек существо ограниченное. Он есть по своим материальным

телам не более чем часть объектного мира. Исходя из того, что

часть не равна целому, человек не охватывает своим восприя-

тием и умозрением всеполноты Мира. Мир как всеохватное це-

лое трансцендентен человеку как его (Мира) ограниченной ча-

сти. И в этом отношении во всеполноте Мир непознаваем для

человека как части этого Мира.

Но есть полярная ипостась в человеке. Это его нематери-

альный необъектный субъект-я, или дух человека. Дух (субъект-

я) человека «не от мира сего». По духу человек единороден уже

не объектному миру, а мировому Духу, мировому Субъекту –

Творцу-Богу всемира. Именно в этой своей ипостаси человек

способен к достижению трансцендентного Бога-Творца мира, к

достижению сокровенного Мира с большой буквы, в котором

Дух и материя едины неслиянно.

И эта иррациональная способность к трансимманентному

достижению трансцендентного для человека мирового Духа

именуется интуицией (с её явлением в инсайтах, прозрениях, от-

кровениях, состояниях самадхи, сатори и т. п.). Только благо-

даря иррациональной интуиции человек способен к эвристич-

ному познанию мира, где эстафету от интуиции принимает уже

умозрительная (ментальная) логическая (рациональная) спо-

собность человека.

64

Слайд 15. Интегральная позиция.

Интегральная позиция: единство внешней и внутренней пози-

ции (феноменологическая установка. На этой основе и нужно стро-

ить новую интегральную науку, дополняя конструкции феномено-

логии новой математикой (в первую очередь ПМО)

Интегральность суперпозиции внешнего и внутреннего

миров достигается через введение в онтомодель позиции субъ-

екта, который, собственно, и есть «виновник» расщепления

мира на внешнюю и внутреннюю позиции онтологии мира. Без

интегрирующей позиции субъекта внешний и внутренний он-

томиры оказываются в отрыве друг от друга, что выражается в

философских направлениях материализма «объективной само-

сущей реальности» и идеализма солипсического, устраняющего

внешний интерсубъектный объектный мир.

Литература

Болдачев А.В. Субъектная онтология и проблема совместной дея-

тельности / Современная онтология IX: Сознание и бессознательное:

сб. докл. междунар. науч. конф. (24–28 июня 2019 г., СПб.) – СПб.:

ГУАП, 2019. – 322 с.

Моисеев В.И. Лекция «Строгая феноменология: первые определения».

https://rutube.ru/video/100038ce39f873e8988a4ba8832fd738/

65

Моисеев В.И. Мирология: Наука о мироподобных системах. – М.: ЛЕ-

НАНД, 2022. – 600 с.

Пермский. Прорыв к новому пониманию мира в концепции неовсее-

динства. https://proza.ru/2023/05/17/226

Ю.Д. Бухаров

Трансимманентность свободы

(логико-онтологическая экспликация)

В статье рассматривается проблема логико-онтологиче-

ской экспликации наиболее фундаментального аспекта сво-

боды: свободы как творения смыслов из ничего. Для этого при-

влекается два научных аппарата: Проективно-Модальной Онто-

логии В.И. Моисеева [Моисеев 2010] и его же Мирологии [Мои-

сеев 2022], а также вероятностное исчисление смыслов

В.В. Налимова [Налимов 1989] и концепция «причинного инде-

терминизма» Роберта Кейна [Kane 1984]. Анализируются поня-

тия трансцендентности, трансцендентальности, имманентно-

сти, трансимманентности, транзистентности, универсальности,

омниверсальности, уникальности, смысла, а также принципы causa

sui и creatio ex nihilo. Представлено выполненное средствами мо-

дальной логики онтологическое доказательство действитель-

ного наличия трансимманентной Трансценденции Θ, интерпре-

тируемой как ακτιστες ενέργειες του Θεού (нетварные Боже-

ственные энергии), и логико-онтологическое обоснование тран-

симманентного наличия в человеческой индивидуальности аб-

солютно уникальной духовной личностной ипостасности. На

этом основании делается вывод о трансимманентности свободы

- как о её имманентности Миру, в котором протекает земное бы-

тие человека, так и о трансцендентности человеческой свободы,

возвышающей её над всего лишь гномической свободой,

66

свободой выбора. На основании теории рефлексии В.А. Ле-

февра [2003а, 2003б] выводятся две логико-онтологические фор-

мулы свободы, соответствующие двум её основным типам: бла-

годатной свободе и свободе «безусловной».

Бог, мир, дух, логос, смысл, свобода, causa sui, creatio ex

nihilo, креационизм, трансцендентность, трансценденталь-

ность,

имманентность,

трансимманентность,

транзи-

стентность, универсальность, омниверсальность, уникаль-

ность, мирология, генология, онтология, логика

Бог создал три чуда: вещь из ничего,

свободную волю и Человека-Бога.

Рене Декарт⁴

Свобода - не «дыра в бытии» в духе Сартра,

а добытийное и внебытийное начало бытия.

Г.Л. Тульчинский⁵

Смыслам надо придать право на самостоятельное

существование. Это своя, особая реальность.

В.В. Налимов⁶

§ 1. Вместо вступления. На тему свободы за тысячелетия

существования философии вообще и метафизики, в частности,

имеется необозримое множество литературы. Быть может, ко-

личественно меньше, но столь же необозрима литература, по-

свящённая феномену смысла. Не ставя задачей хоть какого-то

обзора или анализа таковой литературы, хочется отметить всего

лишь три предварительно главных пункта, в раскрытии которых

будет состоять дальнейшее изложение.

4

Декарт Р. Небольшие сочинения 1619-1621. Из переписки 1619-1643. // Де-

карт Р. Сочинения в 2 т.-Т. 1. М. Мысль, 1989.

5

Тульчинский Г. Л. О природе свободы // Вопросы философии. 2006, № 4

Налимов В.В. Спонтанность сознания: Вероятностная теория смыслов и

6

смысловая архитектоника личности. М., 1989.

67

1. Онтология свободы в основе своей есть генология.

2. Свобода есть творение смыслов — творение-из-ничего.

3. Смыслы изначально обретают модальности добра

или зла.

§ 2. Определения. Понятия трансцендентного, трансцен-

дентального и имманентного ныне используются в многообраз-

ных значениях. Свою весомую роль сыграла в этом так называе-

мая постметафизическая и постмоденистская философия. От-

сюда даже такие новообразования, как гипертрансцендент-

ность, посттрансцендентность и им подобные. Ван Тонгерен не

случайно отмечает в связи с этим, что «в эпоху, когда Бог пред-

положительно мертв, размышления о трансцендентности не

просто интересны, но и чрезвычайно важны»⁷. В не меньшей

мере относится это и к понятию трансимманентного. Благо, что

сам современный словообразовательный префикс «транс-», бе-

рущий начало от полисемантического латинского «trans-»,

весьма многозначен, а потому допускает различные трактовки.

С одной стороны, здесь имеется значение сверх пределов чего-

то, с другой — быть просто за пределами, с третьей — значение

движения через что-то, c четвёртой — значение связи между

чем-то и т.п. Всё это выражается в дискурсе различных фило-

софских концепций, среди которых, применительно к понятию

трансимманентного, можно выделить, пожалуй, по крайней

мере четыре основные трактовки:

α) трансимманентное как трансцендентно-имманентное

(онтологическое наличие у трансцендентного собственного им-

манентного аспекта),

β) трансимманентное как онтологическое наличие транс-

цендентного в имманентном (обе эти трактовки, α и β, в своём

единстве ближе всего к пониманию классической метафизики),

7

Цит по: Verhoef A.H. Transimmanence and the im/possible relationship be-

tween eschatology and transcendence // Religions. – Basel, 2016. – Vol. 7, №. 11.

68

γ) трансимманентное как межимманентное, как «откры-

тая имманентность» (используя выражение Ж.-Л. Нанси), связы-

вающая между собой разные имманентности,

δ) трансимманентное как онтологическая относитель-

ность трансцендентного и имманентного (с их возможным взаи-

мопереходом).

Так или иначе, но все перечисленные (а также другие, типа

трансценденции Жана Валя) подходы являются не просто неким

разбросом концептуальных вариантов, а выражают различные

аспекты самого трансимманентного.

В целом же, если предельно кратко, то (с учётом вышеска-

занного) ниже используется следующая терминология: соб-

ственно трансцендентное — онтологически абсолютно за-пре-

дельное Миру и всему, что в нём; имманентное — онтологиче-

ски наличествующее внутри некой целостности сущего; транси-

мманентное — трансцендентное в одном отношении и имма-

нентное в некотором другом; транзистентное (трансимманент-

ное как между-имманентное) — относительная трансцендент-

ность как за-предельность одного имманентного другому с их

возможным взаимотранзитом⁸; трансцендентальное (базо-

выми элементами которого выступают трансценденталии) —

онтологически предельно-универсальное в имманентности

Мира и сущих в нём вещей; омниверсальное — за-предельно-

универсальное относительно любой имманентности любого су-

щего⁹.

8

Термин «транзистенция» ввел украинский философ С.А. Дацюк как онто-

логическое и культурологическое обобщение политологического понятия

«транзит» — см. Дацюк С.А. Сложный новый мир. Киев, 2012.

9

В данном случае омниверсальность являет собой метафизическое обобще-

ние соответствующего понятия космологии и квантовой механики, где омни-

верс (omnivers) есть ансамбль всех возможных вселенных и мультивселенных

со всеми возможными значениями констант и всеми возможными физиче-

скими законами.

69

Важно также подчеркнуть, что все указанные статусы в дей-

ствительности прежде всего суть отношения, выражаемые не од-

номестными, а многоместными предикатами. Соответственно, с

учётом различения собственно трансцендентного и относи-

тельно трансцендентного (транзистентного) и при объединении

их в общий многоместный предикат Td, а также при обозначе-

ниях: имманентное — Im и трансимманентное — Tm, можно

сформулировать ряд принципов, касающихся соотношения

этих предикатов — например:

1) ∀х¬Td(х,х) — ничто не трансцендентно относительно са-

мого себя.

2) ∀х∀у(Td(х,у) ⊃ ◊¬Td(у,х)) — если х трансцендентен у, то

возможно, что у не трансцендентен х.

3) ∀хIm(х,х) — всё имманентно себе.

4) ∀х∀у∀z(Td(х,у) ∧ Td(у,z) ⊃ ◊Td(х,z)) — если х трансцен-

дентен у, а у трансцендентен z, то возможно, что х трансценден-

тен z.

5) ∀х∀у((Td(х,у) ⊃ ◊Tm(х,у)) ⊃ ◊Im(х,у)) — если х трансцен-

дентен у, то х возможно трансимманентен у, а потому х воз-

можно имманентен у.

Впрочем, конкретное рассмотрение этих (как и некоторых

дополнительных) принципов — это уже другая тема.

Наконец, что касается логического инструментария. В ос-

новном используется стандартная логическая и теоретико-мно-

жественная нотация, где символы означают соответственно: ¬ —

отрицание, ∀ — квантор общности, ∃ — квантор существования,

∧ — конъюнкция, ∨ — дизъюнкция, ⊃ — материальная импли-

кация, ∼ — эквивалентность, ≡ — логическое тождество, □ —

необходимость, ◊ — возможность, ι — оператор определенной

дескрипции, ⊢ — знак логического следования, ∈ — принадлеж-

ность элемента множеству, ⊆ — включение одного множества в

другое, U — универсальное и ø — пустое множество; дополни-

тельные обозначения вводятся и разъясняются в самом тексте по

70

ходу изложения. Кроме того, используется формальный аппа-

рат Проективно-Модальной Онтологии (ПМО)¹⁰.

§ 3. Мир. Мир — это максимальное целое на всех своих ча-

стях и аспектах^11,а как система всех миров (мироподобных си-

стем) — Всемир¹². Соответственно, применительно к Миру

можно выделить три аспекта много-единства: 1. Мир как мно-

жественная целостность — целое, не являющееся частью иного

целого, но состоящее из частей, содержащее в себе некие части;

2. Мир как не-множественная целостность — целое, не являю-

щееся частью иного целого и принципиально не делимое ни на

какие части, не содержащее их; 3. Мир как неконсистентность

собственной множественности и не-множественности. Необхо-

димость учёта третьего момента обусловлена тем, что в выраже-

ниях «Мир в целом» и «Мир как целое» понятие «целое» имеет

существенно иной смысл, нежели «целое» применительно к ве-

щам (Res) внутримирового сущего.

Если для всех сущих вещей верно, что ∀х(Res(х) ⊃ (х ∈

Мир)), то либо (Мир ∈ Мир), либо ¬ (Мир ∈ Мир) — но в любом

случае верно также, что нет такого иного, нежели сам Мир, уни-

версума, элементом которого Мир бы был¹³. Кроме того, возни-

кает проблема онтологического основания бытия Мира. Необ-

ходимость его действительного существования □Е(Мир) была бы

доказуема в случае (Мир ∈ Мир), однако именно этот вариант не

имеет эмпирической верификации.

10

См. Моисеев В.И. Логика всеединства. 2002, с. 186-193; Моисеев В.И. Логика

Открытого Синтеза: В 2 томах. Том 1: Структура, Природа и Душа. Кн. 1.

СПб., Издательский дом «Мiръ», 2010, с. 243-303.

11

Моисеев В.И. Мирология: Наука о мироподобных системах. М. ЛЕНАНД,

2022, с. 15.

12

Там же, с. 29.

13

см. Бухаров Ю.Д. Мироподобие духа и духоподобие Мира. // «Интеграль-

ная философия». Выпуск 11, 2021;

Бухаров Ю.Д. Мироподобие истории. // «Интегральная философия». Выпуск

12, 2022.

71

С другой стороны, из альтернативного варианта ¬ (Мир ∈

Мир) невозможен вывод о случайности существования Мира

ΔЕ(Мир) ≡ ◊Е(Мир) ∧ ◊¬Е(Мир). Поэтому напрашивается вывод,

что к онтологическому существованию Мира вообще не приме-

нимы категории необходимости и случайности. Соответ-

ственно, не применима и категория причинности, ибо хотя вы-

ражение «р есть причина q» («р каузально имплицирует q»)

можно определить как «онтологически необходимо, что если р,

то q» — □(p ⊃ q), отличая тем самым простую условную связь от

каузальной импликации, но вместе с тем теряется существенное

для причинной связи указание на то, что причина всегда пред-

шествует следствию¹⁴. Отсюда неправомерность расхожей мета-

физической формулы, что Мир (как субстанция) есть causa sui

— «смешения причины и основания, принципа причинности с

принципом достаточного основания ушло в прошлое»¹⁵. Как

увидим далее принцип causa sui не применим и к Свободе.

Что же касается принципа достаточного основания, то он

выразим посредством материальной импликации (Х ⊃ Y) ≡ ¬Х ∨

Y ≡ ¬(Х ∧ ¬Y), где имплицирование «от X к Y, прямо указывает на

вторую посылку как условие возникновения и гарант существо-

вания (истинности) первой посылки»¹⁶. В данном случае фор-

мула Е(Мир) ⊃ Е(Мир) является, конечно, тождественно истин-

ной, но из неё следует лишь формула ¬Е(Мир) ∨ Е(Мир), из ко-

торой, в свою очередь, следовала бы аналитическая (необходи-

мая) истинность Е (Мир) только в случае аналитической ложно-

сти ¬Е (Мир), что применительно к Миру как целостности

весьма проблематично. Наконец, в случае использования акси-

омы дистрибутивности модальностей относительно условной

связки □(р ⊃ q) ⊃ (□р ⊃□q) имеем □( Е(Мир) ⊃ Е(Мир)) ⊃

14

Ивин А.А. Импликации и модальности. М., 2004, с. 98.

Там же, с. 96.

Петровский В.А. Импликация: экспликация имплицитного. // Человек в

15

16

ситуации неопределенности. М., ТЕИС, 2007, с. 61.

72

(□Е(Мир) ⊃ □ Е(Мир)) ⊢ ◊¬Е(Мир) ∨ □Е(Мир), а достаточное ос-

нование не должно допускать возможность не-существования

того, чьим достаточным основанием выступает — иначе оно уже

не является достаточным. Применительно к Миру таким

должно быть основание, определяемое условием □(р ⊃ ¬◊¬р) —

то есть, такое, само наличное существование которого не содер-

жало бы возможности не-существования, а потому было бы не-

обходимым уже в силу факта своего наличия. Но таковое доста-

точное основание может быть лишь за-предельным Миру,

трансцендентным ему.

§ 4. Трансимманентность Θ. В строгом смысле трансцен-

дентен только Бог. Мир иноприроден Богу, он существует вне

Бога «не по месту, но по природе» (Иоанн Дамаскин)¹⁷. В данном

случае Θ обозначаются ακτιστες ενέργειες του Θεού, нетварные

Божественные энергии¹⁸. Соответственно, в логико-онтологиче-

ском плане имеем определение: Θ =df ιх((х = Θ) ∧ □( Θ ⊃ ¬◊¬ Θ))

—

через

главное

условие

невозможности

отрицания:

□(Θ ⊃ ¬◊¬ Θ)).

Можно достаточно строго доказать, что Θ есть не только

концептуально, но и действительно. Для этого в данном случае

используется минимальная (из нормальных систем) модальная

логика К, где к стандартной пропозициональной логике добав-

ляются 1) соотношение и преобразование модальностей □р ∼

¬◊¬р и 2) одна модальная аксиома □(р ⊃ q) ⊃ (□р ⊃ □q), откуда, в

17

Лосский В.Н. Боговидение. М., ACT, 2006, с. 478.

«Присутствие Бога в Его энергиях должно понимать в смысле реальном.

18

Это — не действенное присутствие причины в ее следствиях: энергии — не

"следствия" (эффекты) Причины, как мир тварный. Они не сотворены, не со-

зданы "из ничего", но превечно изливаются из единой сущности Пресвятой

Троицы. Они — преизбыток Божественной природы, которая не может себя

ограничить, которая больше своей сущности. Можно сказать, что энергии

раскрывают нам некий образ бытия Пресвятой Троицы вовне Ее неприступ-

ной сущности. Итак, мы узнаем: Бог существует одновременно и в Своей сущ-

ности, и вне Своей сущности» — там же, с. 165.

73

частности, □(р ⊃ q) ⊃ (◊р ⊃ ◊q), с выводом посредством правил

modus ponens и подстановки. Кроме того, используется 3) прин-

цип (аксиома) брауэровской системы В (А ⊃ □◊А), или, по ин-

версии, (◊□А ⊃ А). Подобный подход не нов: его применил по-

чти четыре десятилетия назад Роберт Кейн¹⁹, а ещё на два деся-

тилетия раньше — Чарлз Хартсхорн. Семантика здесь опреде-

ляется аналогично тому, как она задана в системе М"ПКИ Ро-

берта Фейса [Фейс 1974]: в рамках так называемого эвристиче-

ского подхода — модальность как квантификация по «случаям»,

которые в принципе не отождествляются с возможными ми-

рами²⁰.

Онтологическое доказательство действительного наличия

Θ, где Θ ≡ ακτιστες ενέργειες του Θεού:

(1) □(Θ ⊃ ¬◊¬Θ) — определение

(2) □(Θ ⊃ □Θ) — из (1), преобразование модальностей 1 К

(3) ◊Θ — допущение

(4) (□(Θ ⊃ □Θ)) ⊃ (◊Θ ⊃ ◊□Θ) — из (2), подстановка в акси-

ому 2 К

(5) ◊Θ ⊃ ◊□Θ — из (2), (4), modus ponens

(6) ◊□Θ — из (3), (5), modus ponens

(7) ◊□Θ ⊃ Θ — принцип 3 В

(8) Θ — из (6), (7), modus ponens

Аналогичным образом осуществляется доказательство по-

средством более сильной модальной системы S5 с принципом

◊□Θ ⊃ □Θ:

(1) □(Θ ⊃ ¬◊¬Θ) — определение

(2) □(Θ ⊃ □Θ) — из (1), преобразование модальностей 1 К

(3) ◊Θ — допущение

19

Kane R. The modal ontological argument // Mind. New Series. 1984. Vol. 93. No.

371. P. 336–350.

20

Фейс Р. Модальная логика. М. «Наука», 1974, с. 42-58

74

(4) (□(Θ ⊃ □Θ)) ⊃ (◊Θ ⊃ ◊□Θ) — из (2), подстановка в акси-

ому 2 К

(5) ◊Θ ⊃ ◊□Θ — из (2), (4), modus ponens

(6) ◊□Θ — из (3), (5), modus ponens

(7) ◊□Θ ⊃ □Θ — принцип S5

(8) □Θ — из (6), (7), modus ponens

(9) Θ — из (8), принцип □Θ ⊃ Θ

Подобно как для Неиного Николая Кузанского²¹, для Θ

также верно положение ∀х(х ∼ ((х ⊃ Θ) ⊃ х)), в том числе (Е(Мир)

∼ (Е(Мир) ⊃ Θ) ⊃ Е(Мир)), или просто, если использовать не ло-

гику пропозиций или предикатов, а логику объектов, (Мир ∼

((Мир ⊃ Θ) ⊃ Мир)). Говоря языком ПМО, Θ есть модельная

единица или модульная единица²²— но не просто какого-либо

модуса или моды, а любого модуса и любой моды, так что ∀Х(Х

= Х↓Θ), и что ∀Y(Y = Y↑Θ). Или в несколько иной записи, по ана-

логии с теоремой модельной единицы и теоремой модульной

единицы ПМО²³: ∀а(Modus(a) ⊃ ∃b((b = Θ) ∧ Model(b, a) ∧ Mod(a,

a, b))) — для всех модусов имеет место, что если a есть модус, то

есть некоторый b, который равен Θ, и b есть модель a, и a есть

мода самого себя в этой модели b; а также ∀а(Modа(a) ⊃ ∃b((b =

Θ) ∧ Modul(b, a) ∧ Mod*(a, a, b))) — для всех мод имеет место, что

21

«Неиное определяет и себя самого, и все; в самом деле, на мой вопрос: "Что

есть неиное?" — уместнейшим ответом будет: неиное есть не что иное как,

неиное, а на мой вопрос: "Что есть тогда иное?" - правильным ответом будет,

что иное есть не что иное как иное; равным образом мир есть не что иное как

мир, и так далее обо всем, что можно назвать» ; «Бог же из-за того, что Он не

иной для иного, еще не есть иное: хотя и кажется, что неиное и иное проти-

воположны друг другу, но иное не противоположно Ему, раз имеет от Него

бытие в качестве иного, как мы сказали раньше. Как видишь теперь, пра-

вильно утверждают богословы, что Бог есть все во всем и в то же время ничто

из всего» — Николай Кузанский. О неином. // Николай Кузанский Сочине-

ния в 2-х т. Т. 2. М., Мысль, 1980, с. 367, 197.

22

Моисеев В.И. Логика Открытого Синтеза: В 2 томах. Том 1: Структура, При-

рода и Душа. Кн. 1, с. 248-249, 251.

23

Там же, с. 272.

75

если a есть мода, то для некоторого b верно, что b равен Θ, и b

есть модуль a, и a есть мода самой себя в этом модуле b.

В качестве такового Θ являет собой за-предельное Миру

трансцендентное фон-бытие, которое в любом на-фоне-бытии

(а относительно Θ все уровни бытия Мира и в Мире суть на-

фоне-, даже если там они выступают в качестве фон-бытия) мо-

жет быть дано только как модель, как ограничивающее условие

↓Θ, но не как модус, источник свойств Θ↓, и в этом его сходство

с Абсолютным ПМО²⁴. Однако есть и существенное отличие:

строго говоря, мы вообще не можем рассматривать состояния

вида Θ↓С, даже в виде Θ = Θ↓Θ, ибо как трансцендентное Θ

Сверх-Бытийно, статус его не онтологический, а генологический,

где теряет значение подразделения на модусы, моды и иные ка-

тегории. Но вместе с тем, и именно благодаря Сверх-Бытийно-

сти Θ, в Мире имеет место ∀Х(Х = Х↓Θ) и ∀Y(Y = Y↑Θ) — в про-

екции на Мир, на бытие Мира и на все уровни бытия в Мире Θ

всегда выступает непосредственным фон-бытием — и в этом

плане трансцендентное Θ имманентно Миру. Здесь, конечно,

перед нами антиномия, но свидетельствующая не о парало-

гизме, а о диалектической противоречивости реального поло-

жения дел. При этом средствами ПМО²⁵вполне возможно раз-

решение данной антиномии — например, посредством диффе-

ренциации субъекта, что в целом, конспективно, выглядит так:

(Θ = Θ↓↑Θ) ∧ ¬(Θ = Θ↓↑Θ) ⊢ (Θ1 = Θ1↓↑Θ) ∧ (Θ2 = Θ2↓↑Θ) ⊢ Θ.

И ещё одно важное дедуктивное следствие из формул

ПМО. В Мире всякое относительное на-фоне-бытие Х имеет ас-

пект самобытия Х↓Х, причём Х↓Х ⩽ Х. С другой стороны, с каж-

дым на-фоне-бытием соотносительно фон-бытие, выступающее

для относительных Х абсолютом А, поэтому в состав Х входит

А- инобытие Х↓А. Соответственно, Х↓Х + Х↓А ⩽ Х, а так как Х↓Х

24

Моисеев В.И. Мирология..., с. 96-98.

Там же, с. 102-103.

25

76

≠ Х↓А, то Х↓Х < Х, т.е. относительное начало Х не совпадает со

своим самобытием: Х↓Х ≠ Х ²⁶. Поскольку фон-бытие и на-фоне-

бытие в Мире соотносительны, возможна бесконечная последо-

вательность Х↓Х + Х↓А1 + А1↓ А2 + А2↓ А3 + ... + Аn-1↓Аn + ... ⩽ Х -

обозначим её (1). Вместе с тем, для всякого Х имеет место и

Х = Х↓Θ = Х↑Θ = Х↓↑Θ, где Θ выступает как омниверсальная (аб-

солютно универсальная) модельно-модульная единица — обо-

значим эту формулу (2).

Поэтому можно предположить, что пределом вышеука-

занной

бесконечной

последовательности

(1)

является

именно (2). Это то «недостающее звено», которого не хватает ас-

пекту самобытия Х↓Х для полного самобытия, где "⩽" стано-

вится "=". По видимости имеется нулевая разность, Х - Х↓↑Θ = 0,

поскольку Х = Х↓↑Θ. Но в действительности, в силу различия ста-

тусов модуса и моды, Х — Х↓↑Θ = β, где β — некая актуальная

бесконечно малая величина (отличающая модус даже от своей

тождественной моды). И она, несмотря на свою, казалось бы,

бесконечную малость, выражает и содержит, как топос, главное

— объективный объектный смысл Х.

§ 5. Смыслы. Парадоксально, но в современной философ-

ской литературе, если она не посвящена специально проблемам

семантики и т. п., понятие «смысл» сплошь и рядом употребля-

ется как бы на уровне «интуитивной ясности». Взять, к примеру,

вышедшую сравнительно недавно очень интересную и содержа-

тельную работу А.В. Ахутина²⁷— в ней на 776-ти страницах тек-

ста понятие «смысл», в разных контекстах, употребляется

1271 раз: причём, не только в эпистемологическом или гносео-

логическом, но и в онтологическом значении. Однако ни разу не

приведено определение этого понятия.

26

Там же, с. 97.

27

Ахутин А.В. Античные начала философии. Санкт-Петербург, «Наука», 2007.

77

И подобная ситуация скорее правило, нежели исключе-

ние. Объясняется это, пожалуй, причинами не столько субъек-

тивного, сколько объективного свойства. Среди них немаловаж-

ную роль играла (и продолжает играть) уже почти двухвековая

тенденция «секуляризации» философии — принципиальный

отказ от рассмотрения ряда традиционных метафизических

проблем как, якобы, теологических. На этом основании, в част-

ности, практически полностью отвергалась византийская фило-

софия: «Всего лишь несколько лет назад серьезно задавался во-

прос, существовало ли в Византии какое-либо оригинальное фи-

лософствование. Исследователи храбро вторили приговору, вы-

несенному Карлом Крумбахером (или, точнее, Альбертом

Эрхардом во втором издании Истории византийской филосо-

фии), по которому Византия не знала никакой «оригинальной и

действительно плодотворной деятельности в области филосо-

фии». Тезисы его адептов, как и его продолжение у раннего Гер-

берта Хунгера, принимались как бесспорно истинные»²⁸. И это

при том, что, как верно отмечает тот же А.В. Ахутин, «логика

собственно философской мысли — это логика мировых (боже-

ственных) за-мыслов: мыслимых миро-начинаний, возможных

архитектоник разума, — бытийных инициатив»²⁹.

Но если из философии удаляется само упоминание о Боге,

если напрочь отвергается креационизм во всех его формах, если

в лучшем случае допускается лишь некий безликий Абсолют, то

действительная онтология смысла вообще и конкретных смыс-

лов сущих вещей, в частности, остаётся вне поля зрения. Хотя в

любом случае остаётся интуиция объективности смыслов, а не

только их субъективности³⁰.

28

Каприев Г. Византийската философия: понятие, аксиоматика, рецепция. //

Архив за средновековна философия и култура, XVII, (2011), 7-31.

29

Ахутин А.В. Античные начала философии, с. 39.

«Таким образом, смысл - это... нечто, что мы проецируем в окружающие

30

нас вещи, которые сами по себе нейтральны. И в свете этой нейтральности

78

Среди типичных современных определений доминируют

два, согласно которым, с одной стороны, смысл есть внеполо-

женная сущность феномена, оправдывающая его существова-

ние, что связывает его с более широким пластом реальности и

определяет место феномена в некоторой целостности, тем са-

мым смысл превращает его осуществление в необходимость, со-

ответствующую онтологическому порядку вещей³¹; а с другой

стороны, смысл есть внутреннее содержание, значение чего-

либо, то, что может быть понято³². По-настоящему оба эти опре-

деления работают в том случае, если признать, вслед за визан-

тийской философией, наличие и такого слоя реальности, как

смыслы, логосы сущего (λόγοι τῶν ὄντων), где «логос — это од-

новременно и начало-причина вещи, и её конец-цель... Логос

вещи — это не только её начало, из которого сущность приходит

в здешнее бытие, но и цель, к которой она стремится», ибо нали-

чествует и «предвечное бытие некоей сущности в логосах — в

виде божественного замысла о ней»³³. В качестве такового каж-

дый смысл (логос) S каждой сущей в Мира вещи W (и самого

Мира) есть конкретный смысл, имеющий своим онтологическо-

генологическим основанием Θ — т.е. Sw =df ιS(S ⊃ Θ). А в целом

этот пласт мировой действительности являет собой объективно-

объектный семантический континуум.

реальность может казаться лишь экраном, на который мы проецируем свои

неосознанные мечты, так сказать, пятном Роршаха. Если бы это было так,

смысл был бы не более чем средством самовыражения, то есть чем-то глубоко

субъективным. Однако единственно, что субъективно, - это перспектива, в ко-

торой мы видим реальность, и эта субъективность в конце концов не умаляет

объективности реальности как таковой» - Франкл В. Человек в поисках

смысла: Сборник. М., Прогресс, 1990, с. 291.

31

Новая философская энциклопедия: В 4 т. Энциклопедия. [Электронный ре-

сурс] https://readli.net/chitat-online/?b=216301&pg=367

32

Философия: Энциклопедический словарь. — М.: Гардарики. Под редак-

цией

А.А.

Ивина.

2004.

[Электронный

ресурс]

http://philosophy.niv.ru/doc/dictionary/encyclopedic/articles/1152/smysl.htm

33

Петров В.В. Максим Исповедник: онтология и метод в византийской фило-

софии VII в. М., ИФРАН, 2007, с. 20-21.

79

Строго говоря, этот термин, введённый В.В. Налимовым³⁴,

отчасти метафоричен. Ибо, во-первых, речь идёт о такой семан-

тичности, которая существенно отличается от её трактовки, ска-

жем, в логической семантике. А во-вторых, остаётся открытым

сам вопрос, каким кардинальным трансфинитным числом

можно было бы охарактеризовать всё множество объективно-

объектных смыслов — ясно лишь, что мощность его, по крайней

мере, континуальна.

Но в целом же, пожалуй, вполне можно согласиться с ос-

новными постулатами этого подхода, которые гласят: 1) весь

Мир рассматривается как множество текстов; 2) тексты характе-

ризуются дискретной (семиотической) и континуальной (семан-

тической) составляющими; 3) семантика определяется вероят-

ностно задаваемой структурой смыслов, которые суть то, что де-

лает знаковую систему текстом; 4) все возможные смыслы Мира

соотнесены с линейным континуумом Кантора — числовой

осью µ, т. е. смыслы Мира спрессованы так, как спрессованы

числа на действительной оси; 5) спрессованность смыслов — это

не распакованный (непроявленный) Мир, семантический ва-

куум; 6) распаковывание (появление текстов) осуществляется ве-

роятностной взвешиваемостью оси µ, разным её участкам при-

писывается разная мера; 7) семантика каждого конкретного тек-

ста задается своей функцией распределения (плотностью веро-

ятности) р(µ); 8) изменение текстов, их эволюция связана со

спонтанным появлением в некоей ситуации у фильтра р(у/µ),

мультипликативно взаимодействующего с исходной функцией

р(µ), и это взаимодействие задается формулой Байеса р(µ/у) =

kр(µ)р(y/µ), где р(µ/у) — функция распределения, определяю-

щая семантику нового текста, возникающего после эволюцион-

ного толчка у, k — константа нормировки; 9) формула Байеса в

34

Налимов В.В. Спонтанность сознания: Вероятностная теория смыслов и

смысловая архитектоника личности. М., 1989.

80

данном случае выступает как силлогизм: из двух посылок, р(µ) и

р(y/µ), с необходимостью следует текст с новой семантикой

р(µ/у), причём здесь, в отличие от категорического силлогизма

Аристотеля, как обе посылки, так и возникающее из них след-

ствие носят не атомарный, а вероятностно размытый характер,

и хотя бы вторая из посылок носит условный (обусловленный

ситуацией у), а не категорический характер³⁵. Но при этом оста-

ётся открытым вопрос насчёт сути самой спонтанности.

В самом широком плане, конечно, можно сказать, что

«спонтанность — это открытость вселенской потенциально-

сти»³⁶, ибо всё действительное в Мира (как и сам Мир) погру-

жено в её океан. Поэтому можно дать и такое определение объ-

ективных объектных смыслов: Sw =df ιS(S ⊃ Р), где Р выражает

именно потенциальность. В целом же, с учётом приведённой ра-

нее формулы Sw =df ιS(S ⊃ Θ), получаем Sw =df ιS((S ⊃ Р) ⊃ Θ), где

((S ⊃ Р) ⊃ Θ) есть характеристика, которая имеет истинностное

значение t = 1 (в случае двузначной логики, или t > 0 в случае

многозначной) при любых истинностных значениях S³⁷, так как

□(Θ ⊃ ¬◊¬Θ). Что хорошо корреспондируется с вышеприведён-

ной формулой Байеса в её трактовке В.В. Налимовым, где

р(µ/у) > 0 даже при р(у) = 0. Однако из неё же вытекает и то об-

стоятельство, что переход от р(у) = 0 к р(у) > 0 может быть обу-

словлен не только открытостью вселенской потенциальности, а

и совершенно ничем не обусловлен: никакой необходимостью,

35

Там же, с. 106 - 109

Там же, с. 204

Содержательно это означает:

36

37

Лишь Богом всё стоит, и если на мгновенье

от мира ясный взор Создатель отведёт,

то времени поток прервёт своё теченье,

свернётся и в ничто пространство упадёт,

роняя в никуда все сущности, явленья,

и мир в небытия пучину соскользнёт...

(из поэмы «В добрый путь!» иеромонаха Гавриила (Мельникова), доктора бо-

гословия и насельника Задонского Рождество-Богородицкого монастыря)

81

никакой возможностью и никакой случайностью. Такая абсо-

лютно ничем не обусловленная спонтанность есть свобода.

§ 6. Свобода. Характерно, что понимание свободы как тво-

рения-из-ничего бывает присуще представителям самых разных

(вплоть до противоположности) философских направлений —

наиболее наглядно это, пожалуй, видно на примере атеистиче-

ской философии Ж.-П. Сартра и религиозной философии

Н.А. Бердяева³⁸. Речь, разумеется, идёт о человеческой свободе и

о человеческом творчестве, где достаточно очевидно, что творче-

ство есть свобода, а свобода есть творчество. Но творчество чего?

И есть ли разница между творчеством и свободой в их существе?

Не едино ли они суть? В этом как раз и состоит главная про-

блема — проблема трансимманентности свободы. А также про-

блема её логико-онтологической экспликации.

Как творение-из-ничего свобода предполагает наличие не-

коего пустого множества øс — пустого не только в смысле отсут-

ствия чего-то материального и идеального, но и в смысле отсут-

ствия чего-то действительного и возможного, т. е. в смысле абсо-

лютного отсутствия даже любой потенциальности, не говоря

38

Сартр: «В каждый момент нашей сознательной жизни мы открываем тво-

рение ex nihilo [из ничего]. Не новое расположение, но новое существование»

— цит. по Сартр Ж.П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии.

М. Республика, 2000, с. 10. Но вместе с тем «сверхмирское ничто берет отсчет

от абсолютного отрицания...Свобода есть недостаток бытия по отношению к

данному бытию, а не возникновение полного бытия» — там же, с. 58, 494.

Бердяев: «Творческий акт творит не из природы творящего, через убывание

сил творящего, переходящих в иное состояние, а из ничего. Творчество не

есть переход мощи творящего в иное состояние и тем ослабление прежнего

состояния — творчество есть создание новой мощи из небывшей, до того не

сущей. И всякий творческий акт по существу своему есть творчество из ни-

чего, т. е. создание новой силы, а не изменение и перераспределение старой...

Те, кто отрицают возможность творчества из ничего, те неизбежно должны

поместить творчество в детерминированный ряд и тем отвергнуть свободу

творчества... Свобода предельна, ее нельзя ни из чего выводить и ни к чему

сводить. Свобода — безосновная основа бытия, и она глубже всякого бытия»

— Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., Изд-во Правда,

1989, с. 355, 369.

82

уже о какой-либо актуальности. Однако трудность в том, как

возможно было бы выразить это логико-математически, ибо по

определению пустое множество есть отрицание множество уни-

версального, ø = ¬U, и таким образом потенциально всегда соот-

носительно с последним. Более наглядно это можно предста-

вить, если данное положение стандартной теории множеств вы-

разить на более общем и более детальном языке теории нечёт-

ких множеств, в которой для каждого элемента u любого мно-

жества А вводится степень принадлежности m элемента множе-

ству. В общем виде значения степени принадлежности могут ва-

рьироваться в интервале [0,1], а в стандартном (двузначном) слу-

чае являют собой один из двух элементов {0,1}³⁹.

Например, если в стандартной записи некоего заданного

посредством перечисления элементов универсального множе-

ства U имеем U = {a, b, c, d...}, то та же запись на языке теории

нечётких множеств имеет вид U = {^1/a, ^1/b, ^1/c, ^1/d...}. Но тогда и ø =

0/

{^0/a, b, c, d ...}. Кроме того, булева соотносительность универ-

сального и пустого множеств означает, что могут быть «более

пустые» и «менее пустые» множества — в зависимости от «более

полного» или «менее полного» универсального множества. И

даже в предельном случае, если допустить, что Umax являет собой

универсум всего наличного (действительного, потенциального

и т. п.) в Мире, соотносительность с ним соответствующего пу-

стого множества всё равно сохраняется, а тем самым сохраняется

и наличная в таком пустом множестве потенциальность. В этом

случае свобода сводилась бы к актуализации той или иной уже

наличной возможности — фактически у человека была бы лишь

гномическая свобода, свобода выбора.

Свобода выбора, конечно, играет важную роль —

настолько важную, что нередко понимание свободы вообще

39

Заде Л. Понятие лингвистической переменной и его применение к приня-

тию приближённых решений. М., МИР, 1976, с. 32-33.

83

сводится только к ней⁴⁰. При этом упускается из виду одно из

главных обстоятельств формально-алгоритмического, так ска-

зать, свойства: прежде, чем свободный выбор реально станет воз-

можным, и для того, чтобы он реально стал возможным, должны

быть идеально сформулированы соответствующие альтернативы

— то есть, порождены соответствующие смыслы. А это уже такой

акт, который не редуцируем ни к какому выбору. Кроме того,

есть немало свободных действий (связанных, например, с тем же

творчеством), которые не сводимы к выбору не только по форме,

но и по содержанию (говоря языком Роберта Кейна, есть сво-

бода выбора, а есть и свобода авторства). Тем не менее, у пони-

мания свободы только как свободы выбора имеются свои глу-

бинные логико-онтологические основания. Ибо вполне можно

согласиться с А.М. Анисовым [Анисов 2017], что даже если в ка-

честве универсума выступает пустое множество, то в результате

метаонтологического анализа всё равно оказывается: «пустых

возможных миров не бывает. В логике возможный мир называют

универсумом. Таким образом, каждый универсум не пуст, пустой

универсум невозможен», и даже «свободные логики — логики, сво-

бодные от экзистенциальных предпосылок... так или иначе

определяют свои классы аналитических истин и, следовательно,

соответствующую онтологию»⁴¹.

С другой стороны, онтология Мира такова, что «в логике —

как в математической, так и, более широко, в современной фор-

мальной

—

не

может

быть

сохранена

концепция

40

Такой подход всё более укрепляется и в концепциях мультиверса: «Свобод-

ная воля - способность повлиять на будущие события любым из нескольких

возможных способов и выбрать то, что произойдёт» - Дойч Д. Структура ре-

альности. Наука параллельных вселенных. М. Альпина нон-фикшн, 2015, с.

337.

41

Анисов А.М. Формальная метаонтология. // Вестник РУДН. Серия: ФИЛО-

СОФИЯ. 2017. Т. 21. № 2, с. 174

84

универсальности предметной области»⁴²— и с этим также

трудно не согласиться, ибо омниверсальным (абсолютно уни-

версальным) может быть (и есть) только трансимманентная

Трансценденция Θ, в отличие от Мира, имеющего и аспект не-

консистентности.

Отсюда напрашивается вывод о необходимости в данном

случае принципиально иного подхода — подхода не только он-

тологического, но и генологического: свобода как творение-из-ни-

чего основывается на наличии абсолютно уникального (абсо-

лютно уникальной единичности Ω).

Логико-онтологически, в экстенсиональном плане, это

означает, что ∃х∀у(¬(х ∈ у) ∧ ¬(х ⊆ у)), откуда, в частности, сле-

дует, что (¬(х ∈ х) ∧ ¬(х ⊆ х)).

По ряду параметров это соответствует стандартному пу-

стому множеству ø, но с одним существенным отличием:

если в стандартном случае (¬(ø ∈ ø) ∧ (ø ⊆ ø)),

то здесь — (¬(øΩ ∈ øΩ) ∧ ¬(øΩ ⊆ øΩ)).

Соответственно, нет такого универсума U, с которым øΩ

было бы так или иначе взаимосвязанным. Не какой-либо уни-

версум и не нечто в универсуме, а абсолютно уникальная еди-

ничность Ω есть то, чему принадлежит øΩ. Точнее сказать, не

«принадлежит», а имеется (буквально «имеет себя»), и не «то,

чему», а «тот, кому». Ибо Ω есть не что иное («неиное»), как аб-

солютно уникальная личностная духовная ипостась — у каж-

дого человека абсолютно-уникально своя и конституирующая

человека именно как личность.

В отличие от пребывающей в Мире эмпирической челове-

ческой индивидуальности, человеческая абсолютно уникальная

личностная духовная ипостась, будучи с необходимостью

42

Бирюков Б.В. Крушение метафизической концепции универсальности

предметной области в логике. Контроверза Фреге—Шредер. Изд. 2-е. М. Ко-

мКнига, 2005, с. 132.

85

имманентной человеческому индивидууму, вместе с тем высту-

пает и не от Мира сего: в этом отношении она трансимманентна.

Потому и человеческая свобода в сути своей есть прежде всего

личностная свобода øΩ, и лишь затем на этой основе — свобода

индивидуальная.

Как уже отмечалось, трансимманентность означает транс-

цендентность в одном отношении и имманентность в некотором

другом. Эмпирически дано, что свобода С имманентна чело-

веку Ч — Im(С,Ч). При этом, в силу принципа ∀хIm(х,х), имеем,

что Im (Ч,Ч), что в экстенсиональном плане эквивалентно

(Ч ⊆ Ч). Таковая самоимманентность являет собой индивиду-

альную человеческую самоидентичность и вообще существова-

ние человека как конкретного индивидуума. В этом плане чело-

век не отличается от любых других эмпирически существующих

вещей и также подвластен действию принципа ∀х¬Td(х,х) — ни-

что не трансцендентно относительно самого себя.

Однако человеческой индивидуальности Ч имманентна и

личностная духовная ипостась Ω. Более того, именно она и

именно в силу Im (Ω,Ч) конституирует человеческую личность в

качестве уникального индивидуума, хотя имеет место и отноше-

ние Td (Ω,Ч), ибо (¬(Ω ∈ Ч) ∧ ¬(Ω ⊆ Ч)). И таким образом имеет

место Td (Ч,Ч), что всё же не нарушает принцип ∀х¬Td(х,х), ибо

осуществляется на уровне Ω и лишь в отношении Ω.

Иными словами, образно говоря, нигде в индивидуальном

внутреннем мире пребывающего в Мире человека не найти его

личностную духовную ипостась — именно потому, что она и

есть весь индивидуальный внутренний мир в его взаимосвязи не

только с Миром, но и с абсолютно иноприродной Миру транси-

мманентной Трансценденцией Θ. Это же касается и øΩ как тран-

симманентной личностной человеческой свободы — свободы

творения-из-ничего всевозможных смыслов.

В целом, на мой взгляд, здесь решается также многовековая

«антиномия свободного человека», где одинаково истинно и

86

положение, что «свободным называем того человека, который

живет ради самого себя, а не для другого»⁴³, и положение, что

«самотрансценденция — сущность существования. Быть челове-

ком — значит быть направленным не на себя, а на что-то иное»⁴⁴.

Пусть даже речь всего лишь об относительной трансценденции

— о транзистенции.

Формально-онтологическим способом творение-из-ничего

смыслов S можно выразить как SΩ = ⇑øΩ, где ⇑ означает специ-

альный оператор creatio-ex-nihilo. Будучи сугубо личностными,

смыслы SΩ по модальности содержания всегда истинны, уже про-

сто в силу своего наличия. Ибо здесь действует моновалентная

логика⁴⁵, обусловленная самим фактом неизбывности личност-

ной свободы (где ¬ øΩ = øΩ). Важно подчеркнуть, что SΩ = ⇑øΩ - не

процесс, а мгновенный вневременной акт. Поэтому нельзя ска-

зать, что — SΩ следствия, а øΩ — их причина.

Как уже отмечалось, понятие causa sui в данном случае не

применимо. Но таковыми актами порождается непустой инте-

риорный универсум первичных смыслов SΩ, который в экстери-

орном отношении является пустым — уже в стандартном значе-

нии ø. И на нём реализуются некоторые собственно логические

законы — например, те аксиомы, которые были открыты в си-

стеме универсальной логики С. Яськовского, где универсально

общезначимыми формулами являются только формулы без

свободных переменных, в пустой области ∀хА является истин-

ной и ∀х¬(р ∨ ¬р) ⊃ ∀хА⁴⁶. И уже затем (в буквальном смысле —

43

Аристотель. Сочинения в четырех томах. Т. 1. М., Мысль, 1976, с. 69.

44

Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник. М., Прогресс, 1990,

с. 284.

45

Кузнецов Б.Г. Физика и логика. // Физика: близкое и далекое. М., «Знание»,

1963, с. 167-187; Кузнецов Б.Г. История философии для физиков и математи-

ков. М., «Наука», 1974, с. 341-343.

46

Гладких Ю.Г. Логика без экзистенциальных предпосылок. М. Изд-во МГУ,

2006, с 104.

87

во времени) осуществляется вторичная рефлексия, и первичные

смыслы SΩ становятся смыслами мыслей (или просто — мыс-

лями, что одно и то же). Они-то и выступают основаниями тех

или иных свободных человеческих действий на уровне индиви-

дуальной свободы, в том числе свободы выбора.

Несмотря на то, что сугубо личностные, первично сотво-

рённые-из-ничего смыслы SΩ по модальности содержания всегда

истинны, они различаются по модальности значения М — не в се-

мантическом, а в ценностном аспекте. Проще говоря, становясь

смыслами мыслей и основаниями действий, они обретают то

или иное отношение к благу, являются добрыми или не-доб-

рыми⁴⁷по своей интенции.

Если использовать инструментарий теории рефлексии

В.А. Лефевра, то в общем (импликативном) аспекте формула

рефлексии имеет вид Х = (х3 ⊃ х2) ⊃ х1, где Х означает модаль-

ность действия субъекта, х1 — некое объективное внешнее влия-

ние, х2 — его субъективная оценка и х3 — модальность готовно-

сти совершить действие. Помимо собственно логико-онтологи-

ческого (качественного) выражения формула эта имеет также

выражение

количественное

(чисто

математическое):

при арифметическое переопределении соответствующих логи-

ческих операций как ¬х = (1 - х), х ∧ у = ху и х ∨ у = (х + у - ху),

формула Х = (х3 ⊃ х2) ⊃ х1 обращается в эквивалентную ей

47

В чём проявляется, говоря словами Аврелия Августина, «рог лживой сво-

боды» — Августин Аврелий. Исповедь. Изд-во «Ренессанс», СП ИВО — СиД,

1991. И с точки зрения таковой модальности значения возникают ситуации,

когда «смысл — страдание для мысли, которая не может вырваться из его

пут», хотя само по себе «рождение новой мысли не является страданием. Мо-

жет быть, это единственное, что в принципе, по существу — не страдание».

— Борчиков С.А. Альфическая философия. М., МАКС Пресс, 2009, с. 142-143.

88

формулу⁴⁸Х = х1 + (1 - x1)(1 - x2)х3. Это ныне широко известная так

называемая «формула человека»⁴⁹.

А в ситуации, когда Х = х3, когда намерение действовать

непосредственно воплощается в само действие, модальность Х

определяется

по

формуле

Х

=

х

1/(х1

+

х

2

-

х

1

х

2).

Одно из возможных решений этого уравнения: «любое число

из [0,1], если х1 + х2 = 0» — т. е. «функция не является однознач-

ной и может принимать любое значение из интервала [0,1]»⁵⁰,

на выбор.

Аналогично и в данном случае. Личностная свобода øΩ

трансимманентно (пусть весьма опосредованно) корреспонди-

руется и с Миром, и с Θ. Соответственно, в мирском состоянии

человеческого духа возможны два типа рефлексии творимых-

из-ничего

смыслов

S

Ω

с

разными

модальностями:

М

1

= (SΩ1 ⊃ øΩ) ⊃ Θ и М2 = (SΩ2 ⊃ øΩ) ⊃ øΩ. Исходя из абсолютной

разноприродности Θ и øΩ, имеем Θ / øΩ = ∞ и øΩ / Θ = 0. При

соответствующих подстановках в формулу Х = х1/(х1 + х2 - х1

х

2) по-

лучается, что М1 = 1 во всех ситуациях, а модальность М2 может

принимать любое значение из интервала [0,1]. То есть, при усло-

вии учёта Θ творимые личностной свободой смыслы всегда по-

зитивны, а без такого условия могут твориться и позитивными,

и не-позитивными, и откровенно негативными. Первая —

48

Лефевр В.А. Формула человека: Контуры фундаментальной психологии. М.

Прогресс, 1991, с. 19; Лефевр В.А. Рефлексия. М. «Когито-Центр», 2003, 416.

49

Такое название формула получила в 1991 году. Правда, позже сам В.А. Ле-

февр признал, что описываемый формулой трёхкомпонентный механизм

рефлексии «представляет собой общий принцип регуляции и у человека, и

у животных». - Лефевр В.А. Закон само-рефлексии: возможное общее объяс-

нение трех различных психологических феноменов. // Рефлексивные про-

цессы и управление. № 1, том 3, 2003, с. 64. Нелишнее подтверждение тому,

что свободу недостаточно понимать лишь как свободу выбора - в таковом

своём качестве она дана не только нам, людям, но в какой-то степени и бра-

тьям нашим меньшим.

50

Лефевр В.А. Рефлексия, с. 172-173.

89

благодатная свобода, вторая — свобода «безусловная». Проще

говоря, падшая.

Все мы — каждый своё. Каждый сам по себе — это мы.

От момента прихода до самой последней напасти.

Неизбывна Свобода — быть только собой среди тьмы,

И лишить нас её даже Тот, Кто и дал нам, не властен.

Нет великих людей, как и малый людей тоже нет,

Одинаков наш пыл, и болит одинаково больно.

Все, кто есть и кто был, в Бытии оставляют свой след

Вольной волей своей — всё равно, вольно или невольно.

Мы темны, словно ночь. И другими нам просто не стать,

Но любому, до срока, дано — день за днём, год за годом

Из того же Истока по капле Смиренье впитать,

И самим превозмочь обречённость на нашу Свободу.

§ 7. Вместо заключения.

Свобода есть творение-из-ничего и способность та-

кого творения, она вне всякой действительности и возможно-

сти, необходимости и случайности, детерминации и каузальных

связей.

Свобода не содержит в себе ничего действитель-

ного и ничего возможного, она не является ни следствием, ни

причиной чего бы то ни было.

Свобода есть дар Всевышнего, дарованный вместе с

бытием, и как таковой дар её не обрести и не утратить, не найти

и не потерять.

90

Свобода благодатна в своей абсолютной полноте,

как дар свыше: будучи полнотой, благодатная свобода вне лю-

бого выбора и не нуждается в нём.

Свобода, утратившая полноту, есть падшая сво-

бода, опустившаяся до свободы выбора: где начинается выбор,

там кончается подлинная свобода.

Недостаточно того, что «свобода есть познанная необходи-

мость» — в сути своей свобода есть познанная истина.

«И познаете истину, и истина сделает вас свобод-

ными» (Ин. 8:32).

Литература

Августин Аврелий. Исповедь. Изд-во «Ренессанс», СП ИВО — СиД,

1991.

Аристотель. Сочинения в четырех томах. Т. 1. М., Мысль, 1976.

Анисов А.М. Формальная метаонтология. // Вестник РУДН. Серия:

ФИЛОСОФИЯ. 2017. Т. 21. № 2.

Ахутин А.В. Античные начала философии. Санкт-Петербург,

«Наука», 2007.

Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., Изд-во

Правда, 1989.

Бирюков Б.В. Крушение метафизической концепции универсально-

сти предметной области в логике. Контроверза Фреге—Шредер. Изд.

2-е. М. КомКнига, 2005.

Борчиков С.А. Альфическая философия. М., МАКС Пресс, 2009.

Бухаров Ю.Д. Мироподобие духа и духоподобие Мира. // «Интеграль-

ная философия». Выпуск 11, 2021.

Бухаров Ю.Д. Мироподобие истории. // «Интегральная философия».

Выпуск 12, 2022.

Гладких Ю.Г. Логика без экзистенциальных предпосылок. М. Изд-во

МГУ, 2006.

Дацюк С.А Сложный новый мир. Киев, 2012.

91

Декарт Р. Небольшие сочинения 1619-1621. Из переписки 1619-1643.

// Декарт Р. Сочинения в 2 т.-Т. 1. М., Мысль, 1989.

Дойч Д. Структура реальности. Наука параллельных вселенных. М.

Альпина нон-фикшн, 2015.

Заде Л. Понятие лингвистической переменной и его применение к

принятию приближённых решений. М., МИР, 1976.

Ивин А.А. Импликаuии и модальности. М., 2004.

Каприев Г. Византийската философия: понятие, аксиоматика, ре-

цепция. // Архив за средновековна философия и култура, XVII, (2011).

Кузнецов Б.Г. Физика и логика. // Физика: близкое и далекое. М., «Зна-

ние», 1963.

Кузнецов Б.Г. История философии для физиков и математиков. М.,

«Наука», 1974.

Лефевр В.А. Формула человека: Контуры фундаментальной психоло-

гии. М. Прогресс, 1991.

Лефевр В.А. Рефлексия. М. «Когито-Центр», 2003а.

Лефевр В.А. Закон само-рефлексии: возможное общее объяснение трех

различных психологических феноменов. // Рефлексивные процессы и

управление. № 1, том 3, 2003б.

Лосский В.Н. Боговидение. М., ACT, 2006.

Налимов В.В. Спонтанность сознания: Вероятностная теория

смыслов и смысловая архитектоника личности. М., 1989.

Николай Кузанский. О неином. // Николай Кузанский Сочинения в

2-х т. Т. 2. М., Мысль, 1980.

Петровский В.А. Импликация: экспликация имплицитного. // Чело-

век в ситуации неопределенности. М., ТЕИС, 2007.

Моисеев В.И. Логика всеединства. М., ПЕР СЭ, 2002.

Моисеев В.И. Логика Открытого Синтеза: В 2 томах. Том 1: Струк-

тура, Природа и Душа. Кн. 1. СПб., Издательский дом «Мiръ», 2010.

Моисеев В.И. Мирология: Наука о мироподобных системах. М. ЛЕ-

НАНД, 2022.

Новая

философская

энциклопедия:

В

4

т.

Энциклопедия.

https://readli.net/chitat-online/?b=216301&pg=367

92

Петров В.В. Максим Исповедник: онтология и метод в византий-

ской философии VII в. М., ИФРАН, 2007.

Сартр Ж.П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии.

М. Республика, 2000.

Тульчинский Г.Л. О природе свободы // Вопросы философии. 2006,

№ 4.

Фейс Р. Модальная логика. М. «Наука», 1974

Философия: Энциклопедический словарь. М., Гардарики. Под ред.

А.А. Ивина.

2004.

http://philosophy.niv.ru/doc/dictionary/encyclopedic/articles/1152/smysl.h

tm

Франкл В. Человек в поисках смысла: Сборник. М., Прогресс, 1990.

Kane R. The modal ontological argument // Mind. New Series. 1984.

Vol. 93. No. 371.

Verhoef A.H. Transimmanence and the impossible relationship between es-

chatology and transcendence // Religions. Basel, 2016. Vol. 7, №. 11.

Н.А. Подзолкова

Другой, Время и Стиль

как координаты человеческого измерения

В статье предпринята попытка создать новую человекомер-

ную координатную сетку для разговора о том, что действи-

тельно значимо и дорого живым существам. Но сами понятия

«координатная сетка» или «сетка категорий» имеют коннота-

цию «сетей и уз», в которые привычно попадает всё живое и

жизненное, становясь предметом научного дискурса. Вот по-

чему так важно, чтобы новые координаты не ловили и не замы-

кали, а размыкали и отпускали на свободу. В R-анализе полик-

вантической математики В.И. Моисеев описывает эту интенцию

93

через «процесс смешанного размыкания». Автор статьи, вводя

условные «координатные оси»: Другой, Время и Стиль, допол-

няет математическую модель В.И. Моисеева гуманитарным

описанием на поэтико-философском языке, устремленном в

направлении глубинного общения живых миров. Старые поня-

тия неизбежно приобретают при этом новые оттенки смыслов,

а для новорожденных смыслов приходится создавать неоло-

гизмы.

Тотальное бытие, Бесконечное бытие, Другой, времере-

ние, времирение, нелокальное настоящее, метафоричность,

стиль, сердце

Введение

«Тот, кто наблюдает за живым миром, тво-

рит реальность, а не наоборот. Чтобы осознать

это, недостаточно лишь слегка перестроить наше

мировоззрение. Вся система образования по всем

дисциплинам, структура нашего языка и соци-

ально усвоенные «данности» — то, от чего мы от-

талкиваемся в разговоре, строятся вокруг практи-

ческого мышления, предполагающего наличие

отдельной Вселенной «вокруг», куда каждый из

нас индивидуально помещён на очень короткое

время. Далее предполагается, что мы в точности

воспринимаем эту внешнюю, ранее нас суще-

ствовавшую реальность и играем незначитель-

ную роль в её появлении, если и вообще что-то

значим» [2, с. 23].

Роберт Ланца

Довольно долго мы с вами живём внутри странной пара-

дигмы, которая говорит нам, что самое ценное для нас, то, что

нам действительно дорого в этом мире — эфемерно, случайно и

принципиально ни на что не влияет.

94

Вот обменялись мы с вами взглядами на устройство мира

— ничего это миру не прибавило и не убавило…

Вот дух захватило при взгляде на улицу, утопающую в об-

лаках яблоневого цвета — не существенно…

Вот я кого-то полюбила — какая разница, всё равно все

умрём...

Иммануил Кант провёл самый тщательный анализ этой

парадигмы и пришёл к парадоксальному выводу. Действи-

тельно, самое важное для жизни — нам «не по зубам», у нас нет

«инструментов», чтобы понять, почему оно такое, но… это про-

должает оставаться важным и существенным. И жить нужно так,

как будто мы осознанно выбираем то, что нам дорого. Это называ-

ется «постулаты чистого практического разума». Выбор небез-

различности по отношению к жизни (по Канту это: свобода

воли, бессмертие души и бытие Бога) — обязателен.

И вот (возможно, с подачи Канта) парадигма постепенно

начинает меняться. Сначала экзистенциализм, затем филосо-

фия жизни, феноменология… В русской философии загорается

негасимая звезда философии всеединства… В науке происходит

сдвиг к «постнеклассике» с её возрождённым интересом к ан-

тропному принципу и целям эволюции: возникают биоцен-

тризм, синергетика, эволюционная эпистемология. Более того,

науки начинают сближаться и прислушиваться друг к другу, а

также к опыту повседневности — рождается философия транс-

дисциплинарности. Эти подвижки ещё почти не влияют на со-

знание современников, а сами концепции полны противоречий

и недосказанностей, но Образ Будущего, в котором Жизнь и Со-

знание — не случайный продукт эволюции, в котором все мы

важны друг для друга и для всего огромного Космоса — уже

прорисовывается. И данная статья, надеюсь, ещё один неболь-

шой штрих в коллективном художественном творении нашего

Осмысленного Будущего.

95

1. Другой

«К. Ясперс, автор концепции экзистенциальной

коммуникации, утверждал, что человек не может

достичь подлинного бытия в одиночестве, но

лишь в подлинном общении «без границ» с дру-

гими людьми» [Сандакова и др. 1922: 176].

Тему этого сборника — ритмы трансимманентного — я со-

бираюсь раскрывать через философию Другого. Такой подход

уже существует. Например, для французского философа Эмма-

нуэля Левинаса настоящим трансимманентным является

именно Другой. «В Бытии выявленная трансценденция входит в

имманентность, экстра-ординарное включается в порядок, Дру-

гой поглощается Самотождественным» [Левинас 2000: 318], —

пишет он в эссе «След другого». Попробуем пройти по этому

следу, петляющему и неровному, может быть, лишь для того

чтобы вернуться к тому, о чем интуитивно каждому подсказы-

вает его собственное сердце.

1.1 Тотальность и Бесконечное

Разговор большой, и с чего-то нужно его начать. Начну с

понятий «Тотальность» и «Бесконечное» Эммануэля Левинаса

из его одноимённой работы.

Тотальность — вид бытия; объективное бытие; всё в себя

включающая однородная (хотя может быть многоуровневой)

сложность, из которой ничего не может принципиально выде-

литься. В этой бытийственной ткани нет «разрывов». У Левинаса

Тотальность по смыслу восходит к «тоталитаризму». Человек

для этого типа бытия — такое же сложное, как и всё остальное:

от камня его отличает только уровень сложности. Тотальность

поддается изучению и анализу.

Бесконечное — вид бытия, со-положенный Тотальному, но

не смешиваемый с ним; субъектное бытие; подлинное бытие;

глубина внутреннего мира всего, что может вступать в

96

отношение друг с другом. Не поддается изучению, анализу и

даже пониманию (в значении присвоения), но может пережи-

ваться. То главное, что бывает трудно сформулировать, но пони-

мается интуитивно, когда речь идет о невозможности искус-

ственного интеллекта сравняться с живым интеллектом. Тот

«жизненный порыв», о котором писал А. Бергсон в своей «Твор-

ческой эволюции».

Если бы интеллект состоял только из Тотальности, то ка-

ким бы сложным он ни был, его можно было бы повторить, вос-

произвести или продублировать, но именно Бесконечное «сме-

шивает карты».

Тотальное и Бесконечное — это, наверное, дуализм, но от-

личный от дуализма Декарта. Нельзя сказать, что Тотальность

— это протяжение, а Бесконечное — это мышление. Потому что

суть обеспокоенности Левинаса как раз в том, что именно мыш-

ление очень сильно захвачено Тотальностью. По большому счету,

очевидная тотальность материи — это только следствие захва-

ченности (оккупированности) мышления Тотальностью. Если

мышление будет более сбалансировано между Тотальностью и

Бесконечным — изменится сама структура материальности. Ис-

пользуя здесь слова «захваченный», «оккупированный», я отсы-

лаю к трагической истории жизни самого Левинаса, который

был узником концлагеря во время Второй мировой войны. Для

него эти два понятия жизненно важны, а недопонимание их зна-

чимости приводит к концлагерям, то есть к уничтожению чело-

веческого в человеке.

Тотальность и Бесконечное — бесконечны, но бесконечны

по-разному.

Любой аспект Тотальности — это потенциальная бесконеч-

ность, уводящая всё дальше и дальше от своего истока, от самого

97

себя, от изначального смысла начинания⁵¹. В лучшем случае, это

бесконечность, замкнутая сама на себя (уроборос). Такой тип

бесконечности легко превращается в ненасытность. Это заме-

тили еще древние греки, и сказали «во всём нужна мера»⁵². Любой

аспект тотальности (внешний или внутренний) не может оста-

новиться, поэтому между аспектами постоянно возникает

борьба: каждый хочет распространиться. Гармония возникает

лишь во взаимном ограничении аспектов. Но если это ограни-

чение — внешнее, не подкреплённое внутренней необходимо-

стью, то гармония будет хрупкой и временной — не мир, а лишь

перемирие. Сама по себе ограниченная, уМЕРенная, усМИРен-

ная тотальность — это ещё не подлинная жизнь, а только необ-

ходимое условие жизни, условие вхождения Бесконечного.

Бесконечность Бесконечного — совсем иного рода. Она

больше похожа на актуальную бесконечность, хотя математиче-

ская аналогия здесь неточна. Это такая бесконечность, которая

остаётся всегда рядом. Это сама глубина, погружаясь в которую,

мы лишь приближаемся к своему истоку.

Знаменитое высказывание «свобода одного заканчивается

там, где начинается свобода другого»⁵³можно раскрыть через

оба вида рассмотренных бесконечностей. Один вариант обора-

чивается в сторону Тотальности. Это ограничение на свободу,

наложенное извне: я понимаю свободу другого, как некую бес-

конечность, экстенсивно развивающуюся во все стороны и в

конце концов достигающую меня. Второй вариант оборачива-

ется в сторону Бесконечного. И тогда речь идёт о подлинном са-

моограничении: я сама накладываю границу на свою свободу,

51

Во Вступлении к своему главному философскому труду «О жизни» Лев Тол-

стой описывает мельника, который, решив разобраться в работе мельницы,

уходит всё дальше и дальше от неё в своих исканиях, от чего мельница неиз-

бежно приходит в упадок.

52

См. афоризмы семи древнегреческих мудрецов. «Ничего сверх меры»,

«Мера важнее всего» (Клеобул).

53

Лозунг анархистов. Первоначально приписывается Михаилу Бакунину.

98

потому что открыла для себя Бесконечность другого человека.

Для Сартра, например, здесь явно проступал полюс Тотально-

сти, потому что он писал о вторжении в собственную бесконеч-

ность бесконечности Другого, с которым (с этим вторжением) он

ничего не может поделать. Отсюда его знаменитое высказыва-

ние: «ад — это другие»⁵⁴. Но если бы Сартр добровольно пошёл

на ограничение, то другие были бы не адом, а в худшем случае

работой, интересной задачей для саморазвития, а в лучшем слу-

чае — состоялась бы Встреча двух измерений Бесконечного.

Так из левинасовского Бесконечного отчётливо проступает

Другой — главный персонаж нашего разговора. Это Другой, в ко-

тором мы полагаем ту же Бесконечность, что и в себе, и с кото-

рым можем вступить в Отношение.

1.2 ВремЕрение и ВремИрение

Проблема в том, что для отношения с Другим нужны место

и время. Но в режиме Тотальности не может быть ни того, ни

другого. Тотальность однородна, а значит не может вместить в

себя другое, но всегда одно, всегда то же самое.

И только при условии, что человек кладет предел своей То-

тальности (тотальности пространства, времени, вещей, потреб-

ностей, причинности и т. д.) и выходит в режим Бесконечного,

для него открывается нечто — не совсем место, и не совсем время

— для Встречи с Другим. Назовём это новое пространство-время

словом «времерение».

ВреМЕРение — это измерение внутреннего времени, кла-

дущее предел, меру Тотальному. Об этом замечательно пишет

Борис Васильевич Марков: «… думается, что интерес к этой теме

вызван прежде всего проблемой другого, точнее, чужого. Она не

сводится к тому, чтобы самому стать другим, чтобы самому мыс-

лить иначе. Задача не в увеличении собственных ресурсов на ос-

нове понимания другого, а в том, чтобы дать ему место и слово.

54

Тезис из одноактной пьесы Ж.-П. Сартра «За закрытыми дверями» (1943 г.).

99

Философия другого как основание нового понимания этических

категорий, таких как справедливость и ответственность, явля-

ется альтернативой онтологии, которая сводит решение этиче-

ских проблем к осмыслению бытия» [Марков 2001: 374] (курсив

внутри цитаты мой — Н.П.). Именно в том, чтобы дать другому

«место и слово» и заключается суть времерения.

У времерения нет задачи вытеснить Тотальность из мыш-

ления — такая постановка очень в духе самой Тотальности («пе-

ретягивание одеяла»), но есть задача положить меру изнутри,

дать Бесконечному времериться. Пойти войной на Тотальность

— значит дать пищу Тотальности. Бесконечному не нужно ни

места, ни времени, но ему нужно внимание нашего сердца: готов-

ность иногда отказываться от понимания, чтобы дать Бесконеч-

ному быть, вершить своё бытие не по принципам, правилам и

законам, а по внутренней непреложной неповторяемости и уни-

веркальности [Подзолкова 2021].

Таким образом, времерение является также «вреМИРе-

нием», или временем настоящего мира с Другим. Левинас неод-

нократно подчёркивал, что человечество в пределах обозримой

истории живёт в «логике войны», где мир — только случайная

временная передышка между боями⁵⁵. В режиме Тотальности

по-другому не может быть, исходя из особенностей экстенсив-

ного расширения всех её аспектов. Но, выходя навстречу Дру-

гому, мы вступаем в новое отношение, где мир становится есте-

ственным состоянием Беседы и Диалога, которые не могут

55

Дарья Зиборова «Философия Другого и логика войны. Я и другой - ад, диа-

лог или тайна». Лекция в рамках «Школы интеллектуального развития».

Киев, 01.10.2018 г. https://www.youtube.com/watch?v=FooKMfROnzg (Дарья

Зиборова – культуролог, кандидат философских наук, доцент кафедры тео-

рии культуры и философии науки ХНУ им. В.Н. Каразина, специалист по

философской антропологии и философии культуры).

100

наскучить. Представьте, что Живые Бесконечности всматрива-

ются друг в друга⁵⁶.

Способы «расколоть» однородность Тотальности снова и

снова возникают в философии. Кен Уилбер вместо механиче-

ской тотальной иерархии предложил живую целостность хо-

лархии [Уилбер 2006: 59-63]. Но холархию еще легко редуциро-

вать до Тотальности, потому что она продолжает интегрировать

мир в единство, пусть понимаемое открыто и органично. В этом

смысле «проект всеединства» Владимира Соловьёва кажется

устойчивее к редукции уже потому, что внимателен к Многому

и открывает Вечную Женственность как Другое Бога. «Мироло-

гия» В.И. Моисеева [Моисеев 2019] видит динамику замыкания-

размыкания миров, обладающих своими сущими. Это значит,

что перед нами разворачивается Диалог, в котором сквозь То-

тальность отчётливо светится Бесконечное. Оно прорастает как

Цветок из асфальта — не представляя асфальту реальной

угрозы, но доказывая его несостоятельность.

Если попытаться дать ответ на запрос Бесконечного, оста-

ваясь в рамках Тотальности, то получаются разные варианты: аб-

сурдность происходящего (Камю); несправедливость личной

судьбы, но гармония целого (стоики); вопрошание к трансцен-

дентному Богу — вопросы Иова или Боэция в начале их груст-

ных историй. Мы продолжаем двигаться к какой-то внешней ги-

потетической границе, уходя все дальше от поставленных во-

просов, тогда как нужно оставаться на месте и обратиться внутрь

— начать времерение-времирение. В конце концов, вырваться из

56

Тут вспоминается известный афоризм Фридриха Ницше: «Если ты долго

смотришь в бездну, то бездна тоже смотрит в тебя» (По ту сторону добра и

зла, 1886). Но у Ницше речь, скорее, шла о внутренних чудовищах, которые

таятся в самом человеке. И ХХ век показал, что чудовища действительно жи-

вут в нас под коркой поверхностной цивилизованности. Но Левинас и Бубер

говорят о другой Бесконечности — не о бездне, а о Глубине. Для настоящей

океанической Глубины внутреннего мира «ницшеанская бездна» — всего

лишь мелкое болото.

101

режима Тотальности получается и у Иова, и у Боэций, а также

века спустя у Виктора Франкла, Эммануэля Левинаса, Мартина

Бубера, Антуана Сент-Экзюпери и многих-многих других. Леви-

нас называет этот выход «подлинной эсхатологией». «[Эсхатоло-

гическое видение] не возвещает о завершении истории в бытии,

понятом как тотальность, – оно вступает в отношение с беско-

нечностью

бытия,

преодолевающего

тотальность»

[Леви-

нас 2000: 68].

Отношение возможно не между частями Тотальности, а

внутри интерсубъектности Бесконечного, где Я и Ты, Я и Другой

— предстоят друг другу как соразмерные Бесконечности. Мир

Тотальности — это мир относительности, мир Бесконечного —

это мир Отношения. Только в мире Отношения возможна От-

ветственность, о которой говорит Левинас. В однородной То-

тальности всё зависимо одно от другого, все детерминировано, а

значит Ответственности неоткуда взяться. Но люди уже на заре

человеческого чувствовали внутри себя этот прорыв к личной

Ответственности и через это чувствование так или иначе выхо-

дили в новый режим бытия Бесконечного (Будда, Сократ,

Боэций). Я думаю, что этот порыв и делал человека человеком.

1.3 Субъект и объект

Субъект [(s) upo — движение снизу вверх, изнутри наружу]

— состояние духа, в котором, с одной стороны, человек говорит

о себе от первого лица («я»), (т. е. он не оболочка, а сердцевина),

а с другой стороны — признает своё положение нижестоящего, под-

чиняющегося высшей силе, живущей в этой сердцевине.

Такое понимание субъекта открывает его сопричастность

Бесконечному. Кажется, что мы в сложной диалектике субъекта

и объекта давно ушли с этой позиции. Но это не позиция, не

стадия (ранняя или поздняя) субъект-объектной диалектики —

это сама основа Человеческого. Мы люди только потому, что со-

причастны Бесконечному, потому что наш субъект — опирается

на нечто в глубине себя, что превосходит его самого. Кант называл

102

это «категорическим моральным императивом». Объект [забро-

шенный вперёд, рядом, около, вокруг] сам по себе пуст и мертв,

если внутри него нет сердцевины — субъекта.

Без всего остального можно обойтись. Не умение решать

сложные задачи, проявлять разнообразные эмоции, помнить

свое детство, строить культуры и цивилизации — не это делает

нас людьми, а только то, что внутри нас есть выход в Бесконечное.

Только соприкосновение с ним, озаряющее нас и, возможно, за-

путывающее, сбивающее с толку, не дающее просчитать ход ис-

тории через всю совокупность социально-экономическо-психо-

логических параметров. «И вместе с тем, — пишет Б.В. Марков,

— это непостижимое и даже невозможное, то, что сегодня ин-

теллектуалы называют «мистическим», находится рядом с нами.

Несмотря на рационализацию и обмен, которые господствуют

в нашей жизни, «вещь в себе» по-прежнему основана на жертве

и даре и требует безмерного» [Марков 2001: 376 ]. Это тот «икс»,

из-за которого мы всегда оказываемся не совсем в том месте и

состоянии, в которое нас влекут теория больших чисел и логика

истории. В этом «икс» — источник нашей свободы.

1.4 Выводы по первому разделу

Так, говоря о Другом, мы выявили три важных момента для

Его узнавания (намеренно не говорю — понимания).

1. Встреча с Другим предполагает особый тип бытия, кото-

рый Эммануэль Левинас называет Бесконечным, в отличие от

привычного бытия Тотальности.

2. Время и место для Встречи с Другим нужно специально

творить, ограничивая экстенсивную бесконечность разнообраз-

ных аспектов Тотальности (вреМЕРение) и выходя за пределы

логики войны (вреМИРение).

3. Подлинным субъектом Встречи с Другим можно быть,

лишь обнаружив в глубине своей самости нечто эту самость пре-

восходящее, избегнув таким образом привычного объективиро-

вания Другого и самого себя.

103

Однако эти положения — не просто условия, которые

можно описать и подготовить. Они возникают не в какой-то кон-

кретный момент, а в вечном сейчас отношения с Другим (в бубе-

ровском Я-Ты) [Бубер 1993: 9]. Причины и следствия при этом

иногда меняются местами, а время переживается как целая па-

литра времен, переливающаяся бесконечными красками нового

отношения.

2. Время

«Человеческое общество, в котором мы живём,

сказал я, стало специфически современным от-

того, что вокруг него и в нём открыта эволюция.

Нынешних людей беспокоит, могу теперь я доба-

вить, то, что они не уверены и не надеются когда-

нибудь быть уверенными в исходе, надлежащем

исходе этой эволюции.

Но каким должно быть будущее, чтобы мы

имели силы нести его бремя и согласились даже

радостно с его перспективами?» [Шарден 1987:

182-183]

Пьер Тейяр де Шарден

2.1 Нелокальное настоящее

Чтобы двигаться дальше, нам понадобится простран-

ственно-временная аналогия. В книге Карло Ровелли «Срок вре-

мени» [Ровелли 2020: 50-60] приводится интересное описание

физического времени в теории «квантовой гравитации». Объяс-

няя, что для физической Вселенной единое понятие «настоя-

щего момента» лишено смысла, Ровелли рисует отдельные ма-

ленькие конусы для всего необозримого количества масс, дви-

жущихся с различными скоростями. Верхняя воронка конуса —

это будущее для данной точки Вселенной, нижняя — прошлое.

Центр касания двух конусов — локальное настоящее для дан-

ного мира. А поскольку понятия «точек» и «масс» тоже теряют

смысл на квантовом уровне, Ровелли предлагает говорить о

104

событиях, а не о телах. «У каждого события своё прошлое, своё

будущее и своя часть, не являющаяся ни прошлым, ни буду-

щим, как это бывает у всякой человеческой сущности со своими

предками, своими потомками и всеми прочими, не приходящи-

мися ей ни предками, ни потомками» [Ровелли 2020: 55]. Всё это,

на мой взгляд, очень удачно согласуется с мирологией.

Рисунок 1. Локальное время онтоизолятов

Если же перенести картинку с конусами из физического

мира в мир сознания, где переживание времени также имеет

модусы прошлого, настоящего и будущего (как об этом писал

ещё Августин), то мы получаем переживания локальных времён

в замкнутых сознаниях-монадах, которые погружены в некото-

рое измерение «между». То есть между моим настоящим и

настоящим Другого существует «просвет», где настоящее ничьё

(интерсубъектное) — настоящее для времерения-времирения,

куда мы могли бы попасть, двигаясь «вбок» из своего настоя-

щего.

Однако особенность каждого временного конуса — это

пресловутая «стрела времени» — направленность изменения,

происходящего из локального прошлого в локальное будущее

105

(невозможность обойти это условие восходит к термодинамике

и накоплению энтропии).

Интересно, что при этом оси конусов (эти самые неумоли-

мые «стрелы времени») могут быть наклонены друг относи-

тельно друга [Ровелли 2020: 58]. Теоретически при особом вза-

имном расположении будущее и прошлое для разных локаль-

ностей могут меняться местами и даже замыкаться в кольцо. И

всё-таки самым «недоступным» остаётся место вокруг точки

смыкания конусов — нелокальное настоящее, где возникает «за-

зор» между мирами, попасть в который можно только осуще-

ствив невозможный «прыжок в сторону», как показано на ри-

сунке.

Рисунок 2. Движение в сторону нелокального настоящего

Может быть, для «конусов-событий» физиков движение

«вбок» из локального настоящего невозможно, то для «конусов-

переживаний» экзистенциалистов-феноменологов такой пры-

жок осуществим. Во всяком случае, суть мистических пережива-

ний хорошо интерпретируется именно как движение «вбок», в

сторону нелокального настоящего, в пространство «между»

двумя конкретными «сейчас». Суть предложения Левинаса и Бу-

бера — это движение к Другому, нарушающее «линейную»

106

направленность времени каждого замкнутого мира. В.И. Мои-

сеев описывает это движение как «процесс смешанного размы-

кания» и попадания в новый слой (См. статью В.И. Моисеева в

наст. изд.).

В своём личном переживании я могу ускользнуть из точки

«сейчас» моего потока, безостановочно увлекающего меня из

индивидуально замкнутого прошлого в индивидуально замкну-

тое будущее, и попасть в пространство свободы — в безвременье

нового «сейчас», которое никому не принадлежит, а значит ни-

куда не вовлекается.

Наверное, это новая Жизнь без центра моего Эго напоми-

нает состояние нирваны. Отличие от нирваны будет заклю-

чаться в том, как я отнесусь к открывшейся возможности: как к

отдыху и окончательному духовному освобождению («мокше»)

или как к началу совместной работы с Другим, к возможности

духовного со-творчества, шагаловского полёта с Другим.

Мартин Бубер описывает состояние встречи Я-Ты как вза-

имное «здесь и сейчас» переживание. Эммануэль Левинас счи-

тает, что в измерение Бесконечного достаточно выйти с одной

стороны. Можно предложить третий вариант — измерение Бес-

конечного актуально наполнено Другими через пространство произ-

ведений культуры, созданных в творческом переживании свободы

этого «между». В момент подлинного вдохновения любой творец

ускользает из своего детерминированного настоящего и оказы-

вается в новом слое (по В.И. Моисееву), где встреча с Другим мо-

жет состояться спустя столетия физического времени для ло-

кальных миров, но всегда в нелокальном сейчас времерения-вре-

мирения для самих Встретившихся. Так, например, этой зимой

я встретилась со своей молодой бабушкой, когда готовила к пе-

чати её военную повесть. Она жила, думала, рассказывала

«сквозь меня» о своих радостях и печалях в нашем общем «сей-

час», развернувшемся в виде новой страницы нелинейной се-

мейной летописи.

107

Поскольку это «между» нельзя присвоить (тогда оно про-

сто станет чьим-то локальным сейчас), но и пустым оно не явля-

ется (ведь в нём обнаруживает себя активность диалога Я-Ты), то

существует особое измерение полноты-пустоты («процесс сме-

шанного размыкания»), из которого рождается новое ин-

терсубъектное переживание — переживание пространства-вре-

мени по-новому. Целый раздел «Пространство и время «между-»»

организовался в ментальных картах монографии «Человек как

открытая целостность». А это значит, что многие ученые устре-

мили уже свои взгляды в эту «сакральную» область. Но даже

став предметом исследования, «трансимманентное между» бу-

дет диктовать нам свои условия, реализуемые не только и даже

не столько в специальной научной методологии, сколько в при-

кладной этике, в реальных поступках людей, готовых рискнуть

всем своим внутренним миром ради непредсказуемого сотруд-

ничества с Живой Бесконечностью Другого. «Это возможность

третьего направления, направления радикальной непрямоли-

нейности, свободной от двухполюсной игры имманентности и

трансценденции, свойственной бытию, где имманентность все-

гда обыгрывает трансцендентность» [Левинас 2000: 318].

2.2 Спасение из «черной дыры» потребительства

«Черная дыра» — ещё одна замечательная физическая ме-

тафора. Внешний мир вообще хорошая «подсказка» для пони-

мания мира внутреннего, если перестать воспринимать его

слишком изолированно, отрывая от внутреннего измерения.

Итак, «черная дыра» — метафора абсолютной Тотальности. Для

субъектных миров этот режим (если предположить, что он оста-

нется единственным видом бытия) чреват превращением всех

существ в подобные «черные дыры» необузданного эгоического

потребления. Как звезды, излучающие свет, постепенно превра-

щаются в нечто себе противоположное — в поглощающие свет,

пространство и время черные дыры, так и мы — существа, спо-

собные любить, постепенно можем стать бессмысленными

108

потребительскими ловушками, пожирающими истинные отно-

шения⁵⁷.

Такое состояние будет постепенно «схлопывать» все сте-

пени свободы, которые человечество с таким трудом в себе взра-

щивало (сначала преодолевая зависимость от мира физических

законов, где мы были просто телами; затем от мира психологи-

ческих законов, где мы были только реагирующими организ-

мами; и наконец от мира социальных законов, где мы были всего

лишь элементами социальных групп и классов). С точки зрения

трансимманентной динамики — это предельная степень имма-

нентизации, тут же превращающая имманентное в недостижи-

мую трансцендентность. Как царь Мидас, касаясь вещей золо-

тыми руками, утрачивает возможность настоящего владения

ими, так и мы в режиме абсолютной Тотальности, присваивая

себе отношение к Другому, безвозвратно его утрачиваем. Вспом-

ним здесь песню Битлз «Can't buy me love»…

Приведу ещё один интересный фрагмент из книги Ро-

велли: «Вблизи черной дыры световые конусы сильно наклоня-

ются в её сторону. <…> Поверхность черной дыры параллельна

образующей конуса. Поэтому, чтобы покинуть черную дыру,

надо двигаться в сторону настоящего (как показано черной

стрелкой на рисунке 3), а не в сторону будущего!

Это невозможно. Все объекты двигаются в сторону буду-

щего, как показано пунктирными линиями на том же рисунке.

Такова черная дыра: световой конус для любой точки её гори-

зонта наклонен внутрь нее — и вся пространственная область,

доступная для такой точки в будущем, ограничивается внутрен-

ностью черной дыры. Ничего иного. Такова странная локальная

57

Вспомним третью экспериментальную модель «гения-потребителя» про-

фессора Выбегалло в замечательной повести братьев Стругацких «Понедель-

ник начинается в субботу».

109

структура настоящего, которая и определяет черную дыру» [Ро-

велли 2020: 58-59].

Рисунок 3. Динамика выхода из «чёрной дыры»

потребительского мировоззрения

Представим, что это и есть наше единственное будущее —

полное и окончательное замыкание, в котором любая имма-

нентность моментально трансцендируется, обнуляясь до небы-

тия. Уже сейчас нужно подумать о выходе, об умении двигаться

«вбок», в сторону нелокального настоящего, о котором мы гово-

рили выше. Для того, чтобы освоить это трудное движение,

нужно мыслить иначе, иначе переживать, иначе быть. Да, нужно

изменить саму «логику войны», к которой человечество адапти-

ровалось последние тысячи лет своего существования.

А как же «стрела времени»? Конечно, она остаётся, но по-

является духовная альтернатива. Будущее перестаёт быть ворон-

кой, втягивающей нас в страдания (как в мире физической собы-

тийности, так и в мире монад-сознаний). Не будь этой альтерна-

тивы, рано или поздно каждое единичное сознание угодило бы

в эту «черную дыру» коллективно-механистической скученно-

сти, в которой оставалось бы совершенно одиноким, не видя-

щим других сознаний и не желающим принимать в них

110

участия, несмотря на близость. В этой максимальной скученно-

сти каждое сознание было бы устремлено только в свое индиви-

дуально переживаемое, опустевшее и бессмысленное будущее.

Делая шаг в сторону нелокального настоящего, мы выхо-

дим в пространство времерения-времирении, где нам парадок-

сальным образом открывается совершенно новая возможность

Будущего, новая точка приложения содружественных (избегаю

пока слова «коллективных») усилий. Это есть образ совместно

творимой справедливости, совместно творимой Истины, Добра

и Красоты.

Попробуем рассмотреть эту возможность подробнее.

2.3 Образы будущего и новая эсхатология

«Но почему вы — здесь и сейчас, и по воле случая

оказались на острие всей бесконечности? Ответ

прост — дверь никогда не закрывается!» [Ланца

и др. 2019: 227]

Роберт Ланца

Эммануэль Левинас писал о своём будущем, как о времени

Другого⁵⁸. Что это может значить? Только ли то, что мы продол-

жимся в других людях, например, в наших детях и внуках, что

после нас тоже будут жить люди? Нет, не только. Такой ответ

недостаточен. Мы точнее поймём Левинаса, если дополним его

мысль важным тезисом биоцентризма: сознание не прерывается,

«математическая вероятность конечности сознания равна

нулю» [Ланца 2019: 227]. Эта «дверь никогда не закрывается», то

есть сознание моей бабушки — это действительно моё сознание,

и я действительно могу переживать мир вместе с ней, сочувство-

вать и вчувствоваться сквозь время, но только находясь в нело-

кальном «между» времерения-времирения.

58

Дарья Зиборова «Время и примирение: память, общение и встреча с Дру-

гим». Лекция в рамках «Школы интеллектуального развития». Киев,

01.10.2018 г. https://www.youtube.com/watch?v=D3LVegTf830

111

Мой старший сын однажды сказал, что сквозь него кто-то

другой (тот, кого уже нет с нами) иногда может продолжать

смотреть на мир и слушать музыку [Подзолкова 2021: 109-110].

И это правда, если «дверь не закрывается». Ведь тогда в каждом

из нас — продолжение бесчисленного множества сознаний, ко-

торые мы актуализируем, попадая в резонанс с текстом, с музы-

кой, с картиной. Тогда моё будущее как время Другого — не аб-

страктная вещь, а очень конкретное переживание, в котором все

мы вместе не как растворяющий каждого коллектив, а как каж-

дый, который только с этим коллективом в этом коллективном

творение и становится самим собой. Ни один не потерян, каж-

дый важен для всех.

Об этом прекрасно сказал Мартин Бубер: «По ту сторону

субъективного, по эту сторону объективного, на узкой кромке,

где встречаются Я и Ты, лежит область Между. Эта реальность,

открытие которой началось в нашу эпоху, указывает для буду-

щих поколений новый путь жизненного решения, который за-

бирает выше индивидуализма и коллективизма. Здесь намеча-

ется то истинное Третье, познание которого поможет человече-

скому роду вновь обрести подлинную личность и учредить ис-

тинную общность. Для философской же науки о человеке в этой

реальности заложена и отправная точка, откуда можно дви-

гаться, во-первых, к обновленному пониманию личности и, во-

вторых, к обновленному пониманию общности. Главным пред-

метом этой науки будет не индивидуум и не коллектив, но чело-

век с человеком. Особая сущность человека прямо познается

лишь в живом отношении» [Бубер 1993: 155].

Левинас называет это эсхатологическим видением, где эсха-

тология — это завершение конкретных историй локальных ми-

ров, конец человеческих изолированных враждующих созна-

ний-монад, порождающих войну тотальностей и попытку узур-

пировать межмирную территорию натягиванием на неё единой

картины мира. «Эсхатологическое, как пребывающее «по ту

112

сторону истории», вырывает людей из их подчинённости исто-

рии и будущему, оно призывает, побуждает их к полноте ответ-

ственности» [Левинас 2000: 68]. Теперь каждый в ответе за каж-

дого и не может «ускользнуть» в одиночку.

Мы показали поле, на котором начинают прорастать но-

вые образы Будущего. Можно пофантазировать и помечтать о

том, какие «цветы» и «плоды» взойдут на почве времерения-вре-

мирения, и чем они будут принципиально отличаться от трону-

тых страданием и небытием привычных «плодов» будущего То-

тальности. Представьте, например, прекрасный «бутон конвер-

генции Духа» Тейяра де Шардена [Миркина 2020: 156] или «мно-

голепестковый лотос Розы Мира» Даниила Андреева. И если бу-

дущее Тотальности искусственно конструировалось на основании

прошлого опыта (против чего всегда восставал Джидду Криш-

намурти), то будущее Бесконечности рождается само, впитывая

живительное творчество диалога сознаний. Это обетованная Но-

вая Земля, где Будущее есть продолжение Встречи, а не личная

неизбежная смерть.

Сенека сказал: «Только перед лицом смерти по-настоя-

щему рождается человек», то есть время подлинной осмыслен-

ной жизни течет в обратном направлении от гипотетической

точки неизбежной будущей смерти. Теперь мы можем сказать,

что этот экзистенциальный страх — только первый шаг «обрат-

ного движения материи жизни» [Моисеев 2019]. За ним после-

дуют ещё множество шагов: от смерти к жизни, от войны к

миру, от Себя к Другому.

2.4 Выводы по второму разделу

Приближая наше исследование к общей тематике сбор-

ника, можно сказать, что во второй части мы строили модель

(рисовали карту) для осуществления «процесса смешанного

размыкания» онтологической замкнутости внутреннего мира

человеческого сознания. Взглянув на картину с точки зрения пе-

реживания времени, мы увидели, что, с одной стороны,

113

существует точка истончения онтооболочки — локальное сейчас

(точка смыкания конусов прошлого и будущего), а с другой сто-

роны — мощное давление, не позволяющее заметить это истон-

чение и увлекающее сознание параллельно границам онтоизо-

лята — «стрела времени». Поскольку мы исследовали онтоизо-

лят извне (с позиции «сильного трансцендирования»), то

смогли заметить эту топологическую особенность и предполо-

жить, что изнутри онтоизолята можно предпринять попытку

совершить сознательное движение «вбок» и реализовать «сме-

шанное размыкание», то есть, продолжая быть собой (не поки-

дая до конца свой онтоизолят), выглянуть за его пределы и ока-

заться в слое инобытия, предназначенного для трансимманент-

ного обмена онтоизолятами своего духовного опыта. Позиция

«сильного трансцендирования» очевидно не пригодна для та-

кого обмена, поскольку предполагает полный выход за границу

онтоизолята.

Мы отметили также, что подобное «трансимманетное раз-

мыкание» не является «второстепенной опцией» конструкции

Всемира и совершается далеко не из праздного любопытства.

Напротив, если продолжить игнорировать эту возможность, то

Будущее Всемира во всех его слоях постепенно упрощается и

сходиться в трансимманентную неразличимость, равносильную

Небытию.

3. Стиль

Пока работала над статьей, поняла, что писать статьи — это

и не работа, и не призвание, а скорее предназначение — необхо-

димость поделиться своим «как». Я бесконечно благодарна всем,

кто делал и делает то же самое для меня — всем, кто писал и

пишет книги, музыку и картины, создавал и создает скульптуры

и прекрасные архитектурные шедевры, делится размышлени-

ями в Сети, каждый раз оставляя приоткрытой для меня «дверь сво-

его сознания», оставляя мне возможность проникнуть в простран-

ство «между», в нелокальное настоящее. Нацисты, сваливая в

114

затопленные подвалы шедевры Дрезденской коллекции, пола-

гали, что картины — это фрагменты физического пространства,

которое можно присвоить, спрятать, украсть, уничтожить. Но

произведения человеческого сознания — это ещё и приглаше-

ние к разговору в режиме левинасовской Бесконечности. И это

приглашение каждый раз и для каждого звучит совершенно

особенно и зовёт совершить нелогичный и даже нелепый «шаг в

сторону» — прочь от затопленных подвалов и картинных гале-

рей, прочь из концертных залов и уютных кресел — во времере-

ние-времирение, где, забыв о времени, погружаешься на беско-

нечные мгновения, не имеющие длительности, в сопереживание

с Другим.

Вот почему третьей координатой человекомерности явля-

ется Стиль. Не что сказано, а как сказано. Как нужно говорить

(писать, молчать, рисовать, исполнять музыку), чтобы «дверь

оставалась открытой».

3.1 Метафоричность как вариант «смешанногоразмыкания»

«Я увидел, что небо, как стеклянное, раскололось,

и куски начали падать на землю» [Поме-

ранц 2017: 36].

Григорий Померанц

В предыдущих статьях я говорила о поэзисе [Подзол-

кова 2020], сегодня скажу о метафоре. Мне становится всё замет-

нее, как она из второстепенного литературного приёма превра-

щается в главную действующую силу для разрыва онтологиче-

ской замкнутости. При этом метафора «работает» не только в

искусстве, но и в науке, в философии, в религии. Первый раз об-

ратила на неё внимание в названиях эссе Григория Померанца:

«Метафорика духовного опыта», «Метафорика любви» [Поме-

ранц 2017]. Он удивительно переосмыслил метафору как раз в

том «просторном» (даже «пространном») смысле, в котором она

нужна для приглашения в пространство Между. Теперь

115

достаточно сказать: «померанцевская метафора», и никаких

других пояснений можно не давать.

Метафора — иносказание, избегание называния реальных

и непреложных признаков вещей. Но это не значит, что она не

говорит о существенном, не именует главное. Она называет су-

щественное так, чтобы у него осталось пространство для ма-

нёвра. Например, для неожиданного «шага» в сторону времере-

ния-времирения. Поэтому стиль бытия Бесконечного — всегда

метафоричен. Лучшие метафоры не наиточнейшие (указываю-

щие на существенные признаки), а наиполнейшие (постоянно

пополняющие список существенного). Например, метафорика

«Книги Бытия» оказалась именно наиполнейшей, и на много ве-

ков хватает в ней самых разным смыслов и понятийных объёмов.

Приходят всё новые спрашивающие и находят свои новые непо-

вторимые ответы.

Метафора тем и удивительна (в этом её сила и главная

опасность), что точность её сиюминутного попадания может

быть очень глубока. Глубина, конечно, зависит от воспринима-

ющего, от его внутренней готовности принять Бесконечное. Так

при некоторых условиях метафора может пронзить насквозь

внутренний мир человека до самого основания. Переживание

это настолько сильное, что почти неизбежно появляется со-

блазн «застолбить» своё понимание, превратить метафору в

догму. И тотчас полнота превращается в бедноту. Отсекаются

пласты (объёмы/смыслы), которые «захватывались» метафорой

в иных прочтениях, во внутренних бесконечностях Другого. Диа-

лог останавливается.

Понять метафору буквально, пригвоздить к конкретному

смыслу — это то же, что отнять у истины бесконечность — её

неповторимость и Жизнь, и оставить ей только абсолютность —

мертвую непреложность Закона.

Прекрасно пишет З.А. Миркина: «Я уверена, что по-насто-

ящему о Вечном можно говорить только метафорой. И все

116

величайшие откровения, все священные писания разных рели-

гий метафоричны. И воскресение Христа — метафора. Говорю

так не потому, что не верю в возможность воскресения, а, может

быть, именно потому, что слишком чувствую его глубинную ре-

альность, которая не сводится к реальности физического

мира»[Миркина 2020: 6].

Прекрасно говорит о метафоре М.Е. Шильман: «Метафора

конструктивна и несговорчива, она обслуживает цели говоря-

щего и необъективна, она растит язык, который «вербует мир».

В этом смысле она выглядит врагом философии, чурающейся

поэзии, но лежит в основании неуемного мышления, порождая

переносные значения того, что всегда остается для человека фун-

даментально непереносимым»⁵⁹. Действительно, метафорич-

ность ожидает своего часа повсюду. Например, образы Буду-

щего, прорастающего из нелокального настоящего, о которых

мы говорили в предыдущей главе — это метафоры. Ведь Буду-

щее не может родится вне временного потока, который мы

(опять же метафорически) покинули. Но метафора вдруг обер-

нёт это неуловимое «сейчас» и ничье «здесь» плодородным по-

лем, побеги на котором растут ортогонально «локальному вре-

мени» онтоизолятов. И то, что было невозможным и даже не

представимым, сбывается событиями внутренней истории.

«Эсхатология» Левинаса — метафора «смешанного размы-

кания». И у нас перед глазами есть целый роман-метафора, ил-

люстрирующий жизненную необходимость такой эсхатологии.

Это «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста.

На протяжении семи томов автор пытается приблизиться

к границе своего внутреннего мира, но граница всё отодвигается

в бескрайние лабиринты памяти, уползая как черепаха перед

Ахиллесом. Это стиль «слабого трансцендирования» [Моисеев

59

Из описания к лекции. Шильман М.Е. Поэтическая измена неизменному.

https://vk.com/video332728718_456239163?list=66341a8320113f3fce

117

2023], не способного выскочить из слоя своей бесконечной исто-

рии, стиль, несмотря на весь свой гуманизм, продолжающий ло-

гику Тотальности. Эсхатологическая метафора Левинаса пола-

гает конец этой личной истории — побуждает нас вместе с авто-

ром поставить точку в конце седьмого тома и выйти из дома. И

вместо проговаривания своих воспоминаний, вместо наблюде-

ния за отражениями других людей в своём внутреннем про-

странстве, встретиться и ласково коснуться (физически) этих не-

понятных людей-миров. Метафорически Левинас и Пруст

встречаются в пространстве Между, и если нам с вами удастся

совершить тот же эсхатологический скачок «смешанного раз-

мыкания», то эта метафора превратится также в событие нашей

общей истории.

Интересно, что стиль левинасовской Бесконечности пред-

полагает и новое отношение к информации. До тех пор пока ин-

формация не помогает «частичному трансцендированию» (вы-

ходу в новый слой, «процессу смешанного размыкания»), она

находится в бытии Тотальности, а значит не гарантирует прира-

щение человеческого в человеке. И тогда можно беспрепят-

ственно сравнивать человеческое мышление с машинным ин-

теллектом, заменять его продукты ответами из Chat GPT. Новое

определение информации должно подразумевать стилистиче-

ские структуры, выходящие в нелокальное настоящее и обеспечива-

ющие преемственность сознания. Впрочем, здесь мы сильно от-

клоняем от предмета исследования.

Есть ещё кое-что важное — пограничный характер мета-

форы. Раз она всегда готова к избеганию привычного смысла, к

ускользанию от прямых именований, то любит селиться на

краю, на грани…

118

3.2 На грани⁶⁰

В мае этого года старший сын прислал мне в личном сооб-

щении небольшой текст. Я изменила (иногда просто поменяла

местами) буквально три-четыре слова, причем было ощущение,

что при этом делаю перевод с иностранного языка. Не с какого-

то молодёжного сленга, а с языка Другого (очень близкого чело-

века) на свой собственный язык. Я привожу этот текст здесь, по-

скольку мысль, высказанная в нем, очень быстро стала воспри-

ниматься как продолжение моего собственного сознания. (Ко-

нечно, я показала свой «перевод» автору, чтобы проверить, не

исказила ли мысль. Он согласился).

«Любовь и смерть — идут рука об руку. Есть ощущение, что

любовь — это весь мир тот что там, за гранью (смерти). Мы здесь

просто в вакууме почти. Вроде как живем, вроде постоянно ря-

дом со смертью, с осознанием того, что она есть. И с любовью

также. Но реально любовь проникает в наш мир в моменты гра-

ниц (разрывов). Граница — расставание, отпуск или поход. Уви-

делись на вокзале спустя неделю — почувствовали, что любовь

реальна⁶¹.

Граница отношений — самые первые слова «Я тебя

люблю». Именно они меняют тебя, отношение к человеку, ме-

няют жизнь. И самые последние эти же слова, что переводят

плавно к главной границе. Эта граница смерть. Человек умер.

Умирая, впустил в мир столько любви, что все плачут,

60

Вспомнился одноименный литературно-философский сборник «На грани»

(М: Диалог МГУ, 1999), подготовленный руководителем Философского семи-

нара г. Озёрска С.А. Борчиковым. В сборник вошли разножанровые и разно-

стилевые работы пяти авторов, имеющих общую особенность: мировосприя-

тие на грани — на грани жизни и смерти, возвышенного и низкого, поэтиче-

ского и прозаического, повседневного и философского. И всё-таки стиль у

этого сборника был – стиль, позволивший встретиться разным мирам.

61

Подумала, что не случайно первые и последние кадры фильма «Реальная

любовь» (Love Actually), 2003 г. — зал прибытия одного из крупнейших евро-

пейских аэропортов Хитроу.

119

потрясённые, испытывая помутнение сознания как от переиз-

бытка кислорода. Зачем мы здесь, а не там — непонятно. И

нужно ли здесь много любви? Но есть вероятность, что мы здесь

«отдыхаем» от ТОГО мира любви, чтобы, вернувшись, понять,

что мы любим любовь».

Мы ищем способ (стиль), чтобы преодолеть границу своей

изоляции. Не проще ли сделать это там, где ткань мира тоньше

всего — в её изломах и загибах, может быть, в разрывах? Дей-

ствительно, мы понимаем, как много человек для нас значил, в

разлуке с ним. Иногда, только потеряв, осознаем, что общее

пространство «между» всё-таки было, а потом, когда боль пере-

стает застилать внутреннее видение, осознаем и то, что это

«между» не бывает бывшим — «дверь всегда открыта»…

Может быть, детство и старость ближе к границам, а по-

тому чувствительнее к просачиванию Любви и Жизни (той са-

мой левинасовской Бесконечности), втекающих в этот мир («об-

ратное движение материи жизни» по В.И.Моисееву) и тут же

начинающих загустевать в «прямом потоке» множественности,

теряя свой поэзис и превращаясь в прозу повседневности.

«Чудо» постепенно уходит из жизни, к нему нужно снова и

снова прорываться, как прорывается, например, философия

Алексея Лосева или лирика Михаила Пришвина, или поэзия

Зинаиды Миркиной, снимая один пласт обыденного за другим.

На прошлой неделе у нас в квартире в одной комнате спала

внучка, которой исполнилось шесть недель, а в другой комнате

спал кот, которому не хватает шести недель до восемнадцатиле-

тия. Два бесконечно хрупких и дорогих существа: одно — только

что пришедшее в этот мир, а другое — готовящееся его поки-

нуть. Оба очень близки к границе трансцендирования, а потому

живут как бы «на грани», по умолчанию в режиме «смешанного

размыкания», и сквозь них в мой мир иногда проливается

Нежность. Точнее, пожалуй, не скажешь. Левинас предлагает

слово «ласка», но оно для прикосновения к поверхности

120

Неведомого. Для той ассиметричной этики⁶², когда Другой не

выходит тебе навстречу. А «нежность» — это Встреча миров

Мартина Бубера, это необычайный подарок взаимности под-

линного Отношения.

«Ожидание и появление внуков оформляет смысложиз-

ненную сферу, придает ей очертания завершенности и целост-

ности. В социально-психологическом аспекте появление внуков

является фактором трансцендирующим: с одной стороны, воз-

никают новая идентичность (дедушки, бабушки) и новые роли

во взаимодействиях со своими взрослыми детьми, с другой сто-

роны, особый характер привязанности к появившимся внукам

создает новую феноменологическую и экзистенциальную про-

екцию собственного продолжения уже не только в детях, но и в

тех, кто будет «после нас»…» [Сандакова и др. 1922: 176] — вот

так, говоря метафорическим языком науки, выглядит сегодня и

моя «смысложизненная сфера».

3.3 Сердце — орган метафорического вчувствования

«Его [человека] основная задача не в наполнении

памяти и не в образовании «интеллекта», а в за-

жигании сердца» [Сандакова и др. 1922: 175].

Иван Ильин

Любящее сердце всегда ищет выход — выход-метафору,

выход-избегание непреложного порядка.

Например, избегания «стрелы времени» или, как бобр Че-

рёмушка из чудесной «Повести о речных королях», — выход из

жестокого порядка пищевой цепочки. «Неужели нам никак

нельзя иначе? … Но хоть что-нибудь сделать можно?» — бьется

62

Дарья Зиборова «Левинас, Бубер, Сартр. Тайна Другого и ассиметричная

этика».

Лекция

30.11.2019

г.

https://www.youtube.com/watch?v=o9-

MtrGKWqU&list=PLBtxm_3BMyBYLIMaNdaYjlVS_ZWsSGDvY&index=3

121

в отчаянии ее любящее сердечко. «Что-нибудь всегда можно»,

— утешает мудрый ворон⁶³.

Правда не совсем в том, что говорят ученые о мире. Они

утверждают факты, познают локальные истины. Правда в том,

что иногда рассказывают детям в лучших сказках, стихах и пес-

нях, от которых у взрослых начинает «першит в горле». Эта

правда сердца и есть правда о том, какова жизнь, и куда в ней дви-

гаться. Но мы редко прислушиваемся к этому тихому голосу.

Эта правда создаёт новый полюс притяжения для движения в

сторону от непреложных фактов и прописных истин. Нелиней-

ность этого движения через метафоричность высказываний, че-

рез поэзию времирения — единственный способ попасть, куда

нужно. Обычно мы воспринимаем эти волшебные тексты как

«передышку» между грубой работой повседневности, эдакой

фантазией, расслабляющей и слезливой — много нельзя, чтобы

совсем не раскиснуть. Мы не думаем, что это и есть труд, причем

самый тяжелый. И дети готовы трудиться, если бы их в какой-то

момент не начинали останавливать. Хватит — выросли.

«Старая девочка» Зинаида Миркина отважилась досматри-

вать и додумывать эту работу «до конца», пройдя через «размяг-

чение сердца» к его укреплению и собиранию. И мудрый

«взрослый» Григорий Соломонович Померанц поверил ей. Он

понял, что это не передышка, а «поэзия священной глубины».

Вместе они стали эту работу — «Работу Любви»⁶⁴— делать, и

тогда образ Живого Будущего проявился, стал заметнее многим

63

Повесть о речных королях. Замечательная сказочная повесть современной

новосибирской писательницы Ольги Павловой о взрослении бобрёнка Черё-

мушки, а также о взаимосвязности, хрупкости и красоте множества малых

миров вокруг и внутри нас.

64

«Работа любви» – название философско-культурологического семи-

нара, основанного в 1996 году. Это была авторская программа культуролога

Григория Соломоновича Померанца и поэта-переводчика Зинаиды Алек-

сандровны Миркиной. Сейчас семинар ведет их ученик, член Союза писате-

лей России Роман Перельштейн.

122

людям. Они пошли дальше, чем те мистики, которые утвер-

ждают только силу и глубину Настоящего, они открыли в этом

Настоящем путь в Будущее. Эммануэль Левинас догадывался об

этой работе, называя её «la fertilité», что в нашем случае нужно

перевести даже не как «плодородие», а как «материнство». Об-

раз Будущего как Работа Материнства — это и есть создания но-

вого отношения между людьми.

Сердце — метафорический орган вчувствования. Именно

метафорический, потому что мы не можем его строго опреде-

лить, но именно им мы действуем. В одной из своих последних

лекций⁶⁵Роман Перельштейн говорит о том, что любой мысли

нужно уделить внимание, внимание нашего сердца. Что это зна-

чит? Здесь мысль понимается как раз в мирологическом значе-

нии — как малый мир, монада, онтоизолят, т. е. некое существо,

пришедшее к нам откуда-то. Встречая мысль, мы соприкасаемся

с другим измерением, с малой и хрупкой бесконечностью Дру-

гого. (В этой статье мы, в основном, говорили о Другом, как о

другом человеческом сознании, но сам подход мирологии и фи-

лософии Другого гораздо шире [см. статьи журнала ИФ]). Как

мы поступим с этой мыслью-существом? Начнем ее имманенти-

зировать, то есть встраивать в свою картину мира, приспосабли-

вать к тотальности и единообразию? Или отнесемся с внима-

нием и уважением и освободим ей пространство для жизни, ту

самую «межмирную» область времерения-времирения, где она

останется сама собой, зато, если захочет, поделится с нами сво-

ими секретами. Перельштейн предостерегает нас от первого

пути, потому что мысль, оставленная без внимания, может са-

мым непредсказуемым образом исказить наш внутренний мир:

будучи присвоена, может «вписаться» совсем «не безобидно».

65

Роман Перельштейн «Господи, останови мои мысли…»: лекция ко дню

рождения Григория Померанца в рамках лектория «Костер Померанца и

Миркиной», 13.12.2023 г. https://www.youtube.com/watch?v=HlmUAYqKs_M

123

Некоторые области психиатрии существуют только для того,

чтобы исправлять последствия присвоенных и оставленных без

внимания и уважения мыслей.

Но кто ответственен за правильное внимание к мысли-гос-

тье, за предоставление ей трансимманентного пространства?

Само мышление как процесс оперирования мыслями? Созна-

ние-наблюдатель или сознание-пространство, в котором все

происходит? Ум как руководитель и оператор мыслительных

процессов сознания? Вопросы неподъемные из-за многозначно-

сти слов и слишком большой разницы внутренних территорий,

расчерченных каждым мыслящим существом на свой лад. Но

есть выход: метафорический орган вчувствования — сердце.

Сердце, которое готово принимать без объяснений, сочувство-

вать без понимания, и размыкать границы миров просто в силу

своей метафорически-поэтической природы.

Сердце, если дать ему право голоса, первым готово смерить

своё эго для времерения и любить без синтеза мировоззренче-

ских аксиоматик для времирения. Сердце легко переносит пу-

стотность «межзвёздного» пространства нелокального настоя-

щего, там оно бьётся ещё веселей и свободнее. Ему тесно бывает

в замкнутом мире онтоизолятов. Поэтому, когда говорят о пре-

одолении границ, всегда используют метафору сердца. «От

сердца к сердцу», «чуткое сердце», «мудрое сердце», «всем серд-

цем». Двигаясь «вбок» в нелокальное настоящее, мы создаём пу-

стоту, зазор, воздух, которые так нужны отношениям (пустота

вообще очень ценный ресурс, если не путать её с Небытием). Ум

не может совершить это движение, ему не бывает тесно среди

своих мыслей, к тому же он осознаёт его (движения в сторону)

логическую невозможность. Нас выталкивает сердце. Через не

могу, в «вечное сейчас», из которого вопреки всем правилам и

без всякой тотальной необходимости прорастают побеги Но-

вого Будущего — Будущего, за которое всем нам не будет

стыдно.

124

3.4 Выводы по третьей части

Если в первой части мы говорили о принципиальном раз-

вороте бытия от эгоцентрированности в сторону Другого, во

второй части рисовали карту трансимманентного пространства-

времени для нового отношения с Другим, то в третьей части по-

старались предложить метод для осуществления этого отноше-

ния (для «смешанного размыкания» онтоизолятов человече-

ского сознания). Оказалось, что для «ускользания» (трансценди-

рования) за пределы ограниченности своего мира, мало этого

хотеть, мало знать, в каком направлении двигаться, важно нико-

гда не повторяться. Метод, по сути, заключается в отсутствии ме-

тода, в постоянной метафоричности, то есть изменчивости

средств, в готовности привести эти средства в соответствие За-

просу, исходящему из мерцающей глубины нелокального

Настоящего. Органом улавливания этого Запроса является чут-

кое человеческое Сердце, живущее «на грани». Оказалось, что

сердце и есть главный «трансимманентный труженик» — про-

водник между мирами/слоями, ответственный за то, чтобы

«дверь всегда оставалась открытой».

Заключение

Хочу завершить статью стихотворением узбекского поэта-

современника Раима Фархади, прекрасно показывающего иско-

мое «межслойное смешанное размыкание». Начиная с меди-

цинского диагноза «расширение границ сердца», автор выходит

в слой времирения, где чувствует мир живым, имеющим к нему

самое непосредственное отношение. Это размыкание соверша-

ется метафорически, но мы уже сказали, что метафоричность —

не только художественный приём, а единственная возможность

говорить о главном, о том, что действительно важно, возмож-

ность избегать общих мест и пустых лозунгов. Стихотворение —

не о теле человека и не о его физическом органе — сердце. Нет,

это стихотворение о Сердце как об органе вчувствования в мир,

органе сочувствия и сопричастности, которая постепенно растет

125