представления, и на мусульманскую традицию. Эта книга написана в русле
разработки философских теорий о Боге.
Впрочем и процедура демонстрации тоже может быть разноуровне-
вой – от примитивной до рациональной. Примитивная демонстрация –
это простое взаимодействие с предметом и показ этого взаимодействия.
Например, у меня есть часы, я могу их показать, и мне не надо строить
сложную систему логических силлогизмов, чтобы доказать это. Главное,
что я абсолютно убежден, что ношу их на руке, и каждому человеку могу
показать: «Смотрите, вот мои часы».
О различии доказательства и демонстрации
Проблематика доказательств бытия Бога насчитывает и в религии,
и в философии не одну сотню лет. Правда, в последние столетия
наблюдается ослабление интереса к ней и со стороны верующих, и со
стороны философов. Помимо тех причин, о которых много говорится,
я бы отметил гносеологическое взросление человечества, начавшего
понимать, что доказать – это еще не значит обрести саму реальность.
Попробуем разобраться, в чем дело. Начнем с вопрошания в
духе Канта: а что, собственно говоря, означает процедура «доказать»?
И прежде всего различим две процедуры: доказательство существования
чего-либо и демонстрацию существования этого же самого.
Хотя эти процедуры порой совпадают, все же у них несколько
отличающиеся характеристики и задачи. Георг Гегель в «Лекциях
о доказательстве бытия Бога» дает подсказку. Он пишет, что задача
доказательства – это создание убежденности, уверенности или усмотре-
ние непременности в существовании чего-либо1. Заметьте, что это не
обязательно демонстрация самого нечто.
В
юриспруденции есть доказательство через алиби, когда
также нет надобности выстраивать систему силлогизмов, достаточно
засвидетельствовать свое присутствие в другом месте в момент
преступления – и невиновность доказана. Кто-то, не будучи ученым, может
слетать на Марс, привезти оттуда какую-нибудь гусеницу и тем самым
без всяких научных теорий продемонстрировать наличие там жизни.
Путаница доказательства и демонстрации происходит, по всей
видимости, потому, что идеалом доказательства считается математи-
ческое доказательство, в которой доказывание и демонстрация просто
сливаются в одном действе. Например, если я доказываю, что дважды
два четыре, то я это тотчас и демонстрирую: 2 х 2 = 4. Если Пифагор
доказывает, что сумма углов в треугольнике равна 180 градусам, то он это
тотчас демонстрирует на примере любого треугольника.
Например, для детей доказательством могут быть слова мамы и
папы: «Мама сказала, что в соседнем дворе плохие мальчишки, значит,
так оно и есть». Для школьников это авторитет учителей и книг. Свои
механизмы доказательств в политике, юриспруденции, истории, искус-
стве и т.д. и т.п. Известны случаи, когда вина подсудимого судом доказа-
на, а впоследствии обнаруживается, что он невиновен. Это всё говорит о
зазоре между доказательством и реальностью.
Собственно говоря, подобная ситуация характерна для многих видов
деятельности, сопряженных с идеальными смыслами. Чтобы доказать,
что стихи можно писать ямбом или хореем, не обязательно быть доктором
филологии – достаточно сочинить стихотворение и представить его на
всеобщее обозрение. Напротив, доктор наук может научно доказать, чем
ямб отличается от хорея, и не уметь написать ни одной стихотворной
строчки.
Высшим видом доказательства считается научное, логическое
доказательство, или доказательство, основанное на доводах разума.
Несмотря на то, что оно имеет самую высокую адекватность по
сравнению с другими доказательствами, оно тоже не обеспечивает полной
демонстрации существования доказанного.
Например, кто-то может строго научно доказать, что на Марсе есть
жизнь. Через какое-то время другой ученый может найти ошибки в его
доказательстве и доказать обратное, что на Марсе ни при каких условиях
не может быть жизни. При этом, кроме перемены степени убежденности
человеческого сообщества, ничего не произойдет. Ни в том ни в другом
доказательстве нет демонстрации жизни на Марсе. Никто на Марс не
полетел и не подтвердил доказательство.
Философии это касается в первую очередь. Все метафизические
понятия и категории существуют исключительно как продукты духовной,
творческой, мыслительной деятельности. И никаким иным способом
нельзя убедить людей в существовании категорий, кроме как обладая
этими категориями в собственном мышлении и тут же воспроизводя их в
мышлении окружающих.
В религии разлад между внутренним обладанием божественной
реальностью и рациональными доказательствами еще больше. Как для
поэтов излишни доказательства писания стихов, так для верующих
излишни рациональные доказательства. Уверовавшие в Бога с Ним уже
встретились. У них непосредственная убежденность в божественном
существовании многократно превосходит ту, которая может возникнуть
из доводов разума.
В каком же смысле тогда следует относиться к попыткам авторов
книги реанимировать доказательства бытия Бога? Можно сказать, что
1
Гегель Г.В.Ф. Лекции о доказательстве бытия Бога // Гегель Г.В.Ф. Философия
религии. В 2 т. Т.2. – М.: Мысль, 1977.
6
7